Глава 1819 - Синхронное угасание плоти и Божественного Лика?
По правде говоря, Ли Юнь действительно не стремился бороться за власть над Планом.
В глазах обывателей эта сила выглядела божественным даром — возможность повелевать мощью Древнего Дао Плана и ставить себя над всеми живыми существами манила многих. Но для Ли Юня это была не столько великая сила, сколько кандалы.
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Если человек без долгих трудов получает могущество, на накопление которого у других уходят тысячи эпох, в этом кроется подвох. За подобный «подарок» неизбежно придётся заплатить. И цена этой власти — вечная привязка собственной души к Древнему Дао Плана. Дао Плана возвышает тебя, но оно же делает тебя своим рабом. Разве может такое могущество сравниться с силой, добытой собственным потом и кровью и принадлежащей только тебе?
Впрочем, хотя власть над Планом и не была его конечной целью, пока он ещё не достиг пика формы, использовать её как вспомогательный инструмент казалось отличной идеей.
Принцип прост: я не возвожу это в культ, но и отказываться от инструмента не стану. Власть над Планом останется лишь молотом в его руках, но никогда не станет его сутью.
Поэтому, едва Гуанмин отбыл, Ли Юнь вновь погрузил сознание в Мир Мириада Богов.
Ныне Мир Мириада Богов изменился до неузнаваемости. Вслед за Доменом Меча Чжоутянь он поглотил ещё несколько сотен миров разного масштаба, и его фундаментальная суть возросла в невероятное количество раз. Предел развития местных обитателей взлетел до небес.
Раньше практик, достигший уровня обычного Небесно-золотого Соверена, мог оборвать все кармические нити с Миром Мириада Богов и вырваться на свободу. Теперь же для обретения свободы требовалась сила уровня Соверена Великого Дао или же полный комплект из трёх тысяч Небесно-золотых Престолов Повелителя, каждый из которых должен был содержать не менее трёх тысяч властей Соверена.
Иными словами, укрепившийся Мир Мириада Богов стал сильнее удерживать свои творения. Зато тот, кто всё же умудрялся вырваться наружу, сразу же оказывался Совереном Великого Дао с совершенным Божественным Ликом девятого ранга — мощным практиком даже по меркам Вечного Бессмертного Домена.
Разумеется, из-за этого удлинился и сам цикл рождения и гибели.
С момента прорыва Ли Юня во внешнем мире прошло три тысячи лет. С учётом стомиллионного ускорения времени, внутри Мира Мириада Богов пронеслось более трёхсот миллиардов лет! И лишь теперь новая эпоха начала медленно вступать в свои права.
После полного уничтожения прошлый мир пролежал в небытии триста миллиардов лет, прежде чем в нём затеплилась первая искорка жизни.
И едва эта искорка вспыхнула, Ли Юнь, сфокусировав сознание, ощутил бурный приток Изначальной Ци Сянтянь.
Поток этой ци тут же разделился в пропорции семь к трём. Семь частей остались в Мире Мириада Богов, став топливом для перерождения душ и зарождения новой жизни, а три части через Верховные Бессмертные Врата устремились прямо в тело Ли Юня.
В тот же миг Ли Юнь ощутил мощнейший удар. Вся его плоть и кости словно захлестнул исполинский прибой.
Огромные объёмы Изначальной Ци Сянтянь хлынули в его тело и вплелись в Божественный Лик Уцзи Рождение и Гибель. Его плоть и Божественный Лик, подобно путникам, умирающим от жажды в пустыне, с жадностью припали к этому источнику. Ауры обоих начали стремительно разбухать, устремляясь к пределу.
И в какой-то момент произошло невероятное.
Тело и Божественный Лик слились воедино!
Это единство плоти и духа вознесло его на вершину, от которой перехватывало дыхание. На миг Ли Юню показалось, будто он обрёл мощь, способную одним помыслом стереть весь Вечный Бессмертный Домен!
Но этот пик длился лишь мгновение.
Как после расцвета неизбежно наступает увядание, так и его состояние естественным образом покатилось под откос. Силы начали стремительно угасать, увлекая его к гибели.
Ли Юнь содрогнулся:
«Синхронный пик плоти и Лика… за которым следует их синхронная гибель?! Но разве у Соверенов Великого Дао угасать должен не только Божественный Лик?!»
Не успел он осмыслить происходящее, как вокруг его тела из ниоткуда возникла зловещая, нечистая аура. Спад ускорился в сотни, в тысячи раз!
Всего за сутки тело Ли Юня и его Божественный Лик Уцзи Рождение и Гибель пропитались духом полного тлена. Разум закостенел: если раньше за мгновение пролетали миллиарды мыслей, то теперь на одну мысль уходили долгие минуты.
Через двое суток тело Ли Юня окончательно лишилось жизни. Оно уподобилось ледяному изваянию под палящим солнцем — плоть таяла, испуская струйки серого пара…
Через три дня… Через пять дней…
Физическое тело Ли Юня вместе с Божественным Ликом полностью исчезли!
Он умер! Сгнил! Растворился!
На месте, где он сидел, осталась лишь крошечная точка — в миллиарды раз меньше толщины волоска. Даже опытный Соверен Великого Дао, окажись он рядом, не смог бы засечь её своим духовным чутьём. Это было состояние, максимально близкое к небытию.
Но внутри этой точки таилась бездонная пустота, исполненная первозданного хаоса и тишины, ожидающая часа, когда в ней вновь зародится жизнь.
Прошёл день. Месяц. Три месяца.
И вот, спустя полгода, эта невероятно малая точка едва заметно вздрогнула.
И именно в этот момент к деревне Юньшань подошёл Соверен Гуанмин. А за ним следовали Тяньмин и ещё трое Соверенов Великого Дао с повреждёнными Ликами — Цзинмин, Доумин и Хуамин…