Глава 1148 - Гнев Бессмертного Шэньянь!
— Ох…
Едва табуированная божественная аура вырвалась из мира Таинственных Врат Ли Юня, затаившая дыхание Чэнь Сю изумлённо ахнула.
Благодаря своему Оку Распознавания Истины она прекрасно видела настоящую суть иероглифа «Огонь» и понимала, как воля Нерушимого Бессмертного захватывает тело Ли Юня.
Однако в это самое мгновение…
Стоило табуированной божественной ауре вспыхнуть, как всё затянулось непроницаемой пеленой.
Казалось, Ли Юня окутал невидимый таинственный барьер, пробить который не смогло даже её Око Распознавания Истины, совершенно потеряв способность разглядеть происходящее внутри.
«Сущность ещё более высокого порядка, чем Око Суда?..»
«Скрытая в братце Юне мистическая сила пробудилась… Она способна подавить и полностью перекрыть волю Нерушимого Бессмертного?!»
«Невероятно…» — Чэнь Сю была потрясена до глубины души.
Она давно догадывалась, что Ли Юнь таит в себе некую секретную мощь, но просто не расспрашивала его. Однако девушка и представить не могла, что эта сила окажется столь за гранью понимания!
С проявлением табуированной божественной ауры лихорадочное напряжение в душе Ли Юня мгновенно улетучилось.
Факты в очередной раз доказали: табуированная божественная аура, берущая начало от Врат Мириада Тайн, обладала безграничной, чудовищной мощью. Даже воля Нерушимого Бессмертного под её подавляющим гнетом не смогла оказать ни малейшего сопротивления.
Её моментально сковало по рукам и ногам!
Более того, табуированная божественная аура вытащила на свет и безжалостно обрубила нить причинно-следственной связи, уходящую в бесконечные глубины Сюйкун — ту самую нить, которую Ли Юнь раньше даже не способен был ощутить.
Лишившись поддержки извне, чужеродная воля Нерушимого Бессмертного превратилась в водоём без истока. Она и без того не могла противостоять натиску ауры Врат Мириада Тайн, а теперь её положение стало совсем плачевным.
Ли Юнь отчётливо чувствовал, как захватчик стремительно испаряется и тает на глазах.
«Ха-ха…»
«Воля Нерушимого Бессмертного, говорите? Перед табуированной божественной аурой моих Врат Мириада Тайн вы все — лишь серебряные наконечники из гнилого дерева! Красиво смотрятся, да толку ноль!» — злорадно подумал Ли Юнь, окончательно успокаиваясь.
Самое любопытное: осознав своё критическое положение, воля Нерушимого Бессмертного судорожно сжалась, устремившись обратно в иероглиф «Огонь», и попыталась вместе с ним вырваться из тела Ли Юня, чтобы сбежать.
Увидев это, Ли Юнь усмехнулся ещё шире:
— Ты уже зашёл ко мне в гости, а теперь возомнил, что можешь просто так свалить? Ты о чём вообще мечтаешь, придурок? Мечтать не вредно!
Раз уж воля Нерушимого Бессмертного забилась обратно в иероглиф «Огонь», Ли Юнь просто распахнул свой мир Таинственных Врат и целиком проглотил этот знак.
Мир Таинственных Врат являлся самым сердцем табуированной божественной ауры Врат Мириада Тайн.
Нетрудно было догадаться, какая участь ждала иероглиф «Огонь» после попадания в эту обитель.
Символ метался из стороны в сторону, пытался пробить границы мира Таинственных Врат с помощью своей бессмертной мощи и вырваться на свободу. Однако под гнётом табуированной ауры его исконная сила оказалась урезана по меньшей мере на девяносто девять процентов!
Он не мог сделать абсолютно ничего.
Напротив, табуированная божественная аура с лёгкостью зафиксировала знак, и затаившаяся в нём воля Нерушимого Бессмертного стала испаряться с удвоенной скоростью.
Он напоминал сладкий картофель, брошенный в раскалённую печь.
Исход был предопределён.
***
В этот самый момент.
Далеко-далеко, в бескрайних глубинах Великого Сюйкуна Хаоса, за Верховными Бессмертными Вратами, на необъятном материке возвышалась священная гора. В её недрах, среди бушующего океана огня, неожиданно взметнулись языки пламени, и из раскалённых глубин поднялся багровый бессмертный дворец, излучающий жудовищную бессмертную мощь.
Из чертогов вырвался исполненный ярости рев:
— Дерзость!
— Какой мерзавец осмелился разрушить мои замыслы и таким подлым способом похитить мой иероглиф «Огонь»?! Не слишком ли ты перегнул палку?!
Из багрового дворца на огненную гладь стремительно шагнул сам Бессмертный Шэньянь.
Вскоре над пламенным морем поднялись ещё три бессмертных чертога, из которых вышли трое мастеров — двое мужчин и одна женщина. От них веяло чистейшей, неисследимой аурой огня и плотной бессмертной мощью. На их лицах застыло недоумение: внезапный взрыв ярости Бессмертного Шэньянь переполошил их, но они не понимали причин происходящего.
Троица быстро приблизилась к Шэньяню.
— Шэньянь, что стряслось?
— Почему ты в такой ярости?
Шэньянь резко повернул голову и свирепо уставился на прибывших, взревев от гнева:
— Не ваших ли рук это дело?! Кто из вас это сделал?!
— В смысле «наших»? Что за тон?! — нахмурился один из них.
— Ты с какого перепугу подозреваешь нас?! Мать твою! — вспылил второй.
Мужчины и женщина мгновенно воспылали гневом от тяжелого взгляда и обвинительного тона Шэньяня.
— Всё ещё притворяетесь?! — рябнул Шэньянь. — Иероглиф «Огонь», оставленный мною в Городе Бессмертных Шэньянь, уже нашёл подходящего наследника, но мою волю внутри него кто-то стёр! Кому ещё, кроме вас, мог понадобиться мой знак?! Вы решили так со мной поиграть ради плода Дао Предка Огня?!
— Слушайте меня внимательно! — продолжал беспрепятственно орать Шэньянь. — Я, Бессмертный Шэньянь, запомнил сегодняшний день! Рано или поздно вы за всё ответите!
Бросив угрозу, Бессмертный Шэньянь круто повернулся, мгновенно скрылся в своём багровом дворце и испарился вместе с ним. Чертог снова погрузился на дно бесконечного огненного моря, не оставив и следа.
Оставшаяся троица застыла в немом шоке и гневе.
Они даже не успели перехватить его.
Когда они пришли в себя, Бессмертный Шэньянь вместе со своей обителью исчез без следа. Найти его за пару мгновений не представлялось возможным.
От такой несправедливости у них чуть дым из ушей не повалил.
— Этот Шэньянь совсем из ума выжил! У него украли иероглиф «Огонь», а при чём тут мы?! С какого перепугу он нас обвиняет?!
— Вот именно! Сам провалил свой замысел из-за собственной криворукости… А свалил всё на нас!
— Мы ещё, дураки, пришли выразить ему сочувствие! Добрые дела не остаются безнаказанными, проклятье!
Оба мужчины рвали и метали. Не сделав ровным счётом ничего, они оказались виноватыми и нажили врага — эдакая несправедливость вывела их из себя.
Лишь женщина глубоко задумалась.
Внезапно она подала голос:
— Братья… а вам не кажется всё это странным? Кто способен стереть волю, оставленную Бессмертным Шэньянь в его собственном иероглифе? Если никто из нас троих действительно не прикладывал к этому руку, остаются лишь два варианта.
— Первый: Шэньянь сам разыграл эту комедию, чтобы что-то спланировать под шумок.
— Второй: кто-то действительно смог провернуть такое за нашей спиной… И если это так, не кажется ли вам это жутковатым?
Мужчины моментально изменились в лице.
— Да ну, бред…
— Шэньянь был искренне взбешён, вряд ли это спектакль. Значит… помимо нас есть кто-то ещё, кто охотится за плодом Дао Предка Огня? И у этого кого-то хватило наглости обвести вокруг пальца самого Шэньянь?!
— А мы ни за что ни про что стали для него козлами отпущения?!
— Вот же дерзкая тварь!