Глава 1058 - Его зовут Ли Юнь, и, как по мне, он тоже далеко не прост!
Чем дольше Ли Юнь всматривался, тем больше поражался открывающейся перед ним картине. Вскорости вся история прояснилась до малейших деталей.
Много эпох назад Чэнь Цзюсюй явился на свет в Бессмертном Городе Цзиньгу Великого Мира Укун. Как сын Земного Священного, он обладал не только высоким положением и непререкаемым авторитетом, но и врожденной аномалией — Древним Взором Войны, даровавшим ему феноменальный талант.
Что ещё важнее, этот талант идеально сочетался со Священным Путем Тайу.
Его появление на свет привлекло внимание Девяти Небесных Священных из Храма Тайу. Сам Великий Небесный Священный Тайу во всеуслышание заявил, что у младенца есть потенциал стать Небесным Священным.
Вскорости мальчика забрали на обучение в Храм Тайу.
В те времена это событие стало величайшей гордостью для всего Великого Мира Укун, а прочие Земные Священные едва не лопались от зависти к Земному Священному Укуну.
И Чэнь Цзюсюй оправдал возложенные надежды. Всего за три тысячи лет он дошёл до уровня Повелителя-Императора Бессмертных первого ранга и возвёл Священный Путь Тайу до шестого уровня.
До сковывания плода Дао Священного Бессмертного ему оставался буквально один шаг.
Но именно тогда случилась беда.
Во время одного из странствий за пределами Храма Тайу Чэнь Цзюсюй попал в подлую западню.
Одним сокрушительным ударом враг стёр его плоть в порошок. Лишь благодаря молниеносной реакции Небесного Священного Тайу, успевшего вмешаться в последний миг, Истинный Дух Чэнь Цзюсюя удалось сберечь и отправить в сансару.
Однако отпраправить Истинный Дух в перерождение легко — куда сложнее заставить его пробудиться.
Сменив тысячи воплощений, Чэнь Цзюсюй бесчисленное количество раз перерождался человеком, но лишь единичные жизни давали ему шанс стать практикующим. Ни в одной из них он так и не смог разбудить изначальную память.
И лишь в последнем воплощении, став главой секты Тяньу Чэнь Цзюсюем на континенте Тяньгу, он при прорыве на ступень Небесного Человека случайно пробудил крошечную крупицу силы Древнего Взора Войны.
Затем явился Чертог Пустотного Созвездия. Под влиянием Ли Юня он увязался за ним, попал в Чертог, а оттуда случайно проник в Священную Небесную Обитель, где быстро достиг бессмертия.
После этого, повинуясь воле случая, он наткнулся на руины павшего воителя Священной Обители Тайу эпохи Третьего Эона и унаследовал его наследие.
И вот восемьдесят лет назад к нему наконец окончательно вернулась память прошлой жизни, вызвав полное пробуждение судьбы!
Это событие переполошило Храм Тайу. Сам Небесный Священный Тайу лично пересек Пустоту Хаоса, чтобы вызволить Чэнь Цзюсюя из Священной Небесной Обители и вернуть домой.
На сей раз Чэнь Цзюсюй прибыл в Бессмертный Город Цзиньгу, чтобы пройтись по местам былой славы, предаться воспоминаниям и заодно повидаться с отцом, Земным Священным Укуном.
Поняв всё это, Ли Юнь снова мысленно обозвал себя слепцом.
Он-то всегда считал, что у Чэнь Цзюсюя посредственные задатки — даже хуже, чем у старого даоса Ученя, — и что без его помощи тот едва ли дотянет до уровня Владыки Бессмертных.
А перед ним, оказывается, стоял истинный аристократ высшей пробы!
Судя по его биографии, это был готовый главный герой эпоса: преодолевший все невзгоды, закаливший дух и тело и вернувшийся из небытия!
Истинно древний исполин!
Из-за того, что Истинный Дух Чэнь Цзюсюя долгое время спал, а сам Ли Юнь при прошлой проверке не обладал силой Священного Бессмертного и не выковал плод Дао Судьбы, он не смог разглядеть ни единого намека на его прошлую жизнь.
Зато теперь… Поразительно. Просто поразительно!
Пока Ли Юнь предавался размышлениям, Чэнь Цзюсюй уже переступил порог старинной усадьбы.
В тот же миг несколько невероятно мощных, невидимых для обычных людей аур вспыхнули в воздухе и бесшумными тенями метнулись внутрь поместья.
Ли Юнь насторожился. Слегка глянув сквозь Врата Бессмертия Чэнь Цзюсюя, он зафиксировал ауры восьми человек: одного Земного Священного и семерых Священных Бессмертных.
Сомневаться не приходилось: это были Земной Священный Укун и его семеро учеников — Человеческих Священных.
Сын, которого он считал давно погибшим в подлом нападении, вдруг вернулся после гибели и сансары, да ещё и с полностью пробуждённой памятью! Можно лишь догадываться, какой восторг охватил старого отца.
Суровый, скупой на эмоции Земной Священный Укун рыдал, как ребёнок, прижимая Чэнь Цзюсюя к груди. Голос его дрожал от захлестнувших чувств: «Сынок… Дитя моё, ты наконец вернулся…»
Ли Юнь не смел всматриваться слишком пристально, но даже долетая до него сквозь пространственные барьеры голоса были слышны предельно чётко.
Он не мог не вздохнуть. Родительская любовь не знает границ — даже если ты Земной Священный.
Впрочем, всё это закономерно.
Как бы ни был силён Земной Священный, законы мироздания строги к великим: достигнув подобных высот, зачать дитя становилось почти невыполнимой задачей.
Земной Священный Укун прожил со своей супругой много эпох, прежде чем у них родился единственный сын — Чэнь Цзюсюй.
Мальчик, отмеченный похвалой самого Великого Небесного Священного, с малых лет рос в Храме Тайу, и отец возлагал на него колоссальные надежды. И когда этот единственный, одарённый сын погиб от рук подлого убийцы, боль Земного Священного Укуна не имела границ.
К счастью, Чэнь Цзюсюй заимел за спиной поддержку Небесного Священного, урвав шанс на перерождение. Будь на его месте кто другой — давно бы истлел в прах без малейшей надежды на возвращение.
И вот, спустя столько лет, он вернулся. Как тут не радоваться?
— Сынок… Расскажи скорее, как ты выживал всё это время? — со слезами на глазах допрашивал его Земной Священный Укун. — Это Великий Небесный Священный привел тебя обратно? Сказал ли он, кто стоял за тем нападением?.. Кто тот ублюдок? Скажи мне, и я лично сдеру с него шкуру!
Чэнь Цзюсюй лишь печально улыбнулся. На него разом нахлынули воспоминания о бесчисленных перерождениях…
Он тяжело вздохнул:
— Отец, прошедшие эпохи были слишком долгими. Если рассказывать обо всём, не хватит и тысячи лет. Говорят, бессмертные живут вечно, но перед лицом истинного времени даже Небесные Священные — лишь упрямые камни в бурной реке, которые расточит поток… Что уж говорить обо мне? То, что я смог пробудить Истинный Дух и вернуться в Великий Мир Укун, кажется мне затянувшимся сном, от которого я боюсь очнуться. И если уж на то пошло, за своё пробуждение я обязан одному человеку. Не будь его, я бы до сих пор оставался ничтожным воином области Превосходящего Небеса на континенте Тяньгу, а то и вовсе сгорел бы в топке Дворца Небесного Дао… и никогда бы не вернулся!
— Что? — Земной Священный Укун нахмурился. — В это замешан Дворец Небесного Дао?!
Дворец Небесного Дао не был рядовой силой. Наглые, загадочные и невероятно могущественные, они не уступали Священной Обители Тайу.
— И кто же помог тебе?
— Ха-ха… — Чэнь Цзюсюй тепло улыбнулся. — Его зовут Ли Юнь. И, как по мне, он тоже далеко не прост!