Глава 92: «Сегодня я отпраздную свой день рождения на Гуадалупе!»
Мексиканские наркоторговцы оказались куда расторопнее правительства.
В конце концов, Виктор всерьез задел их жизненно важные интересы.
Больше всех суетился Бенхамин.
Он хлопотал, не покладая рук.
Вы думаете, он действительно жаждал мести за братьев и сестер?
Не будьте наивными…
Все дело было в личной выгоде.
Сейчас ему удалось втянуть в это дело толпу «идиотов», чтобы уничтожить Виктора и защитить активы картеля Тихуана.
В разгар подготовки к погрузке на суда один из подручных протянул ему трубку:
— Босс, это господин Абрего из Картеля Залива.
Бенхамин вскинул бровь, взял телефон и, выслушав пару фраз, мгновенно переменился в лице.
— Hijo de puta! — Выругался он. — Ублюдок!
…
Матаморос, цитадель Картеля Залива!
Здесь находилось родовое кладбище семьи Абрего.
Но Хуан Непомусено еще не был предан земле. Абрего поклялся, что принесет голову Виктора в жертву духу своего дяди.
В роскошном особняке Абрего с мрачным видом наблюдал через стекло за происходящим в соседней комнате. Мужчина, привязанный к стулу, уже мало походил на человека – на теле не осталось живого места, кое-где даже проглядывали кости. Палач нажал на кнопку.
Тело пленника забилось в конвульсиях.
Крики не смолкали ни на секунду.
— Убейте меня! Прошу, убейте! — Вопил несчастный.
Абрего и представить не мог, что среди его людей найдется крыса, работающая на полицию!
Неужели он решил, что мексиканским картелям пришел конец?
Паршивый предатель!
— Где его жена и дети?
Стоявший рядом Эль Менчо ответил:
— Закатаны в бетонные блоки.
— Повесьте его на мосту в Матаморосе. Пусть все видят, что бывает с теми, кто предает Картель Залива, — Абрего буквально скрежетал зубами.
— Босс, я считаю, нам стоит отложить основной план. Виктор хитер, он наверняка уже подготовился. Прямая атака приведет к неоправданным потерям.
Абрего прищурился, вспоминая наставления дяди: «Всегда сохраняй холодную голову, не давай гневу затуманить рассудок».
Он глубоко вздохнул, но покачал головой:
— Это решение «большой пятерки». Если мы нарушим уговор, они набросятся на нас всей толпой. Ущерб будет куда серьезнее.
Эль Менчо глухо отозвался:
— Нарушение уговоров в Мексике – не преступление. Смерть – вот что по-настоящему страшно. Учитывая рельеф Гуадалупе и огневую мощь полицейского участка, наши шансы на успешную высадку стремятся к нулю.
Он хладнокровно разложил ситуацию по полочкам.
С каких это пор наркоторговцы стали заботиться о морали и принципах?
Предательство – обычное дело в их мире. Если куш достаточно велик, можно и родную мать выставить на торги.
Правила?
Не будьте наивными. Если бы в Мексике соблюдались правила, страна не превратилась бы в это пепелище.
— Мы можем спровоцировать стычку с полицией штата Тамаулипас. Скажем остальным, что завязли в бою и не можем вырваться. А когда Бенхамин уведет своих людей из Тихуаны, мы ударим первыми и захватим его территорию.
— Тогда мы возьмем под контроль весь регион Нижней Калифорнии. С морскими и воздушными путями наша прибыль взлетит до небес!
Сердце Абрего пропустило удар. Он внимательно посмотрел на Эль Менчо – зятя-примака из картеля «Миллениум». Тот сохранял абсолютное спокойствие, словно говорил о самых обыденных вещах.
Абрего видел: этот парень далеко пойдет!
Хитрый, жестокий, коварный и обладающий редким для наркоторговца умом.
— В твоих словах есть смысл, — после недолгого раздумья кивнул Абрего. — Но совсем не явиться нельзя. Отбери тех, кто нам мешает, пусть отправляются на остров вместе с Бенхамином.
Он решил воспользоваться случаем, чтобы избавиться от «неудобных» подчиненных.
— Стычку в Тамаулипасе поручаю тебе. Держи дистанцию, не подставляйся под удар, — Абрего сделал паузу. — Когда все закончится, я отправлю тебя курировать дела в Халиско.
В душе Эль Менчо ликовал, но годы, проведенные в зависимости от чужой воли, научили его скрывать эмоции. У него был свой кодекс и свои методы.
Ему уже до чертиков надоело работать на дядю.
Но после того как «Семья Мичоакана» разгромила картель «Миллениум» его тестя, у него не осталось ресурсов. Пришлось прибиться к Абрего, где он быстро заслужил доверие своей свирепостью и молчаливостью.
И вот наконец – его шанс!
Штат Халиско – отличное место!
У Эль Менчо была мечта…
— Стать величайшим наркоторговцем в Мексике, да и во всей Латинской Америке!
…
Бенхамин, закончив ругаться, со всей силы швырнул телефон.
— Этот выродок из Матамороса умудрился сцепиться с полицией штата именно сейчас! Что у него в голове? Дерьмо вместо мозгов?
Подручные испуганно молчали, опустив головы.
Что толку орать сейчас, когда в трубку ты ему ничего не сказал?
— Плевать на него. Действуем по плану. Сначала прикончим Виктора, а потом разберемся с этим умником.
7 февраля 1990 года.
Ясно.
Ни единого обла…
Хотя нет, к вечеру зарядил дождь.
Бенхамин подготовил восемь судов типа ро-ро – грузовых судов с горизонтальной погрузкой.
Это такие корыта, куда тягачи загоняют прицепы с контейнерами или паллетами прямо через аппарель. Места внутри – вагон, можно хоть пару танков запихнуть.
Обычно такие суда были «рабочими лошадками» в прибрежных зонах.
Около девяти вечера.
Шесть судов вышли из разных портов Нижней Калифорнии, не считая Энсенады, разрезая волны. На палубах красовались 20-мм установки G1–2, более известные как шестиствольные пушки системы Гатлинга!
Старое доброе железо южноафриканской компании «Армскор».
Куплено на черном рынке США.
Этого хватит, чтобы подавить любые огневые точки на берегу.
Вы думали, наркоторговцы придут с пустыми руками?
Бенхамин вытряхнул все заначки, потратив почти шестьдесят миллионов долларов на вооружение. Он даже переоборудовал верхние палубы шести судов, превратив их в вертолетные площадки для двух французских SA341 «Газель» и четырех Bell 214!
И нанял профессиональных пилотов.
Все-таки связи во Франции у него тоже имелись.
Неужели кто-то думал, что наркотики продают только в Штатах?
У главарей картелей связи по всему миру!
Бенхамин прекрасно понимал, что боевая выучка его головорезов оставляет желать лучшего. Обижать слабых и безоружных – это они мастера, но в открытом бою с опытным Виктором им ловить нечего.
Поэтому он выложил десять миллионов долларов за отряд из ста семидесяти наемников – тертых калачей, прошедших африканские войны.
Не можешь победить сам – купи тех, кто сможет. У меня есть деньги!
У наркоторговцев, кроме денег, по сути, ничего и не было. Вспомнить хоть Пабло: когда он бежал и его семья мерзла, он, не задумываясь, сжег два миллиона долларов за ночь, чтобы согреться.
Честное слово, наличности у них было побольше, чем у многих корпораций.
Бенхамин пошел ва-банк!
По его логике, любая проблема, которую можно решить деньгами, – это не проблема. А таких, как Виктор, кого купить нельзя, нужно устранять чужими руками. За большие деньги!
Тактика привлечения наемников станет массовой через несколько лет, когда мексиканские картели начнут трансформироваться в ультра-насильственные военизированные структуры. Тогда, после распада Союза, многие спецы останутся не у дел и пойдут тренировать боевиков или сами вступят в игру.
— Босс, до Гуадалупе десять морских миль! — Раздался доклад по рации.
— Действуем согласно плану!
— Принято.
Как только Бенхамин отдал приказ, закипела работа. На воду быстро спускали надувные штурмовые лодки.
Наркоторговцы и наемники, обвешанные оружием, перебирались в них, готовясь к броску на остров.
В лунном свете…
Виднелась целая армада из сотни лодок. Даже если в каждой по четыре человека – это уже почти пятьсот бойцов первой волны.
В небе под покровом ночи на малой высоте зашли шесть вертолетов. Их задача – расчистить плацдарм для десанта и подавить любое сопротивление.
Таков был план Бенхамина.
Он не верил, что Виктор сможет защититься от такого натиска. Если у того и хватит духу ответить – пусть попробует накрыть огнем весь океан!
Бенхамин чувствовал себя триумфатором.
— Сегодня я отпраздную свой день рождения на Гуадалупе!
Брат, такие фразы до добра не доводят. Ты не вытянешь. Последнего, кто ляпнул нечто подобное, уже несколько десятилетий из могилы достают для показательной порки.
Люди, запомните: никогда не открывайте шампанское в середине матча.
И не вешайте на себя лишних флажков.
…