Глава 86: «Я, Виктор, с друзьями сама кротость!»
В одном из конференц-залов мэрии Энсенады было многолюдно. Четверо мужчин, сидевших за столом, обменивались красноречивыми взглядами. Те, кто был знаком друг с другом, то и дело украдкой косились на Виктора, занимавшего почетное место во главе стола.
По пути сюда они успели разузнать подробности последних событий. Трупы наркоторговцев, которыми были усеяны окрестные дороги – дело рук этого человека. Кто в сегодняшней Мексике не знал Виктора? Знаменитый «Борец с наркотиками», о крутом нраве которого ходили легенды.
Виктор сверился с часами и с улыбкой поднялся со своего места:
— Господа, все вы…
— Погодите, погодите! — Перебил его мужской голос.
Не успел Виктор закончить фразу, как в дверях показался человек в полицейской форме и очках в золотой оправе. Широко улыбаясь, он помахал присутствующим рукой и бесцеремонно плюхнулся на стул.
— А это кто такой? — Спросил Виктор.
— Я начальник полиции Кастаса, Эррера Гарсия, — представился вошедший.
Виктор вскинул бровь и, вежливо кивнув, снова глянул на часы. — Вы опоздали на две минуты. Мы договаривались на девять тридцать. А вы…
— Ну зачем же так строго, господин Виктор? — Эррера Гарсия небрежно отмахнулся. — У меня были дела, но раз уж вы искали встречи, я все отменил.
— О как? Стало быть, вы оказали мне честь?
— Пустяки, сочтемся, — Эррера Гарсия протянул руку и панибратски похлопал Виктора по плечу.
Сидевший рядом Касаре даже не рискнул повернуть головы – он лишь косился краем глаза на босса. Все, конец. Босс улыбнулся – жди беды.
Виктор посмотрел на руку, лежащую на плече, и внезапно наотмашь ударил наглеца. Сила удара была такова, что Эррера, не успев ничего сообразить, кубарем полетел на пол. Виктор оттолкнул мешающий стол и, шагнув вперед, со всей дури пнул лежащего прямо в лицо.
— Честь? Да ты кто такой, чтобы я тебя уважал, мразь! Слышишь? Твою мать! — Взревел Виктор.
Он схватил стул и обрушил его на полицейского. Тот скрючился на полу, словно креветка, а другие начальники полиции в ужасе повскакивали и забились по углам. Очки Эрреры Гарсии разлетелись вдребезги, а сам он потерял сознание.
Виктор шумно выдохнул, поправил одежду и обернулся к остальным:
— Запомните раз и навсегда: мне не нужно чье-либо уважение. Если кто-то не согласен – зовите своих людей, устроим бойню и посмотрим, кто сильнее. А если кишка тонка – сидите тише воды, ниже травы.
Он достал бумажник, отсчитал пачку стодолларовых купюр и швырнул их на бесчувственное тело. — Касаре, отвези его к врачу.
Толстый Тигр тут же кликнул двух офицеров, и те потащили Эрреру Гарсию к выходу.
Виктор сел на место, не спеша прикурил сигарету и окинул взглядом дрожащих начальников управлений, которые так и остались стоять у стен. Он с силой хлопнул ладонью по столу:
— Чего стоите? Я что, такой страшный?
Присутствующие засуетились, поспешно подтягивая стулья. Теперь они сидели прямо и неподвижно, словно на параде. «Дрянные шкуры!» – промелькнуло в голове у Виктора.
— Не беспокойтесь, я человек разумный, — начал он. — Вы же знаете, что за птица этот Эррера Гарсия? Не думайте, что я в неведении – он на посылках у Картеля Тихуана. Неужели вы считаете, что такой человек достоин сидеть за одним столом со мной?
Начальники полиции заискивающе заулыбались.
— Да-да, господин Виктор, вы совершенно правы.
— Именно! Мы всегда были против того, чтобы сидеть рядом с теми, кто спелся с наркоторговцами!
Каждый из них старался выгородиться, но нервозность выдавала их с головой. У кого из них совесть была чиста?
Губы Виктора тронула ироничная усмешка. Он дважды постучал пальцем по столу, и в комнате мгновенно воцарилась тишина.
— Я собрал вас здесь не для того, чтобы обсуждать всякую чушь. У меня лишь одно требование: Картель Тихуана должен быть полностью стерт с лица земли в Нижней Калифорнии!
Лица присутствующих исказились. Им стало не по себе; они начали переглядываться, явно подыскивая предлог, чтобы сбежать. Виктор, подметив эту реакцию, негромко рассмеялся:
— Чего вы боитесь? Братья Рамон из окружения Бенджамина уже уничтожены моими людьми. Неужели с остальной шушерой не справимся?
— Господин… господин шеф Виктор, дело не в том, что мы не хотим, — решился подать голос один из начальников, но тут же вздрогнул под тяжелым взглядом. В памяти всплыло окровавленное лицо Эрреры Гарсии, и он затараторил:
— У наркокартелей слишком много оружия. У них штурмовые винтовки, гранаты, даже гранатометы… Мы просто бессильны против этого.
— Верно, верно! — Подхватил другой. — Я слышал, Бенджамин пригнал из США две бронемашины. А у нас в участках до сих пор на вооружении револьверы. Мы ничего не можем сделать.
— Говорят, в полиции Тихуаны зарплату не платили уже три месяца. Офицеры на улицы вышли мороженым торговать, чтобы хоть как-то прокормиться.
Это были реальные проблемы, и Виктор не злился. Он молча выслушал каждого и кивнул:
— Я понимаю ваши опасения. Раньше это было проблемой, но отныне – нет! Полиция Гуадалупе берет ваши четыре города под свою опеку. Мы предоставим партию оружия и военных советников для борьбы с наркоторговцами. Все расходы на вооружение мы берем на себя. Более того, мы готовы полностью выплачивать жалованье вашим сотрудникам.
При этих словах у присутствующих загорелись глаза.
— От вас же требуется сущая мелочь. Чтобы противостоять растущей угрозе, вам нужно подписать соглашение о сотрудничестве с… со мной… то есть, с Полицией Гуадалупе. Сроком на пять лет. Основная цель – искоренение преступности на ваших территориях! И это заявление должно быть обнародовано на телевидении.
Начальники полиции переглянулись в нерешительности. Это означало открытый разрыв с Картелем Тихуана. А что, если их убьют? Никто не смел проронить ни слова.
Виктор не торопил их. Одной из его целей в Энсенаде было создание особого «Альянса Виктора по борьбе с наркотиками», объединяющего полицию соседних городов. Ему нужно было официальное имя, иначе кто узнает, кто стоит во главе? К тому же, если они вступят в альянс, это станет «партнерскими отношениями», и за каждого убитого или арестованного ими преступника Виктор будет получать очки системы!
— Господа, зло никогда не одолеет справедливость… если у справедливости калибр больше! — Провозгласил Виктор. — Давайте проголосуем. Я человек демократичный. Кто «за»? Кто «против»?
Он обвел их взглядом. — Кто за, прошу поднять руки.
Сам Виктор первым поднял руку. Четверо руководителей полиции смотрели друг на друга, но в итоге руку поднял лишь один! Иного и ждать не приходилось…
История наркоторговли в Мексике насчитывала сотни лет. По самым скромным подсчетам, число убитых чиновников шло на тысячи, а мирных жителей погибли миллионы. Конца этой войне не было видно.
Да, Виктор крут, и непонятно, откуда у него оружие, но людей-то у него горстка. Знает ли он, сколько в Мексике наркоторговцев? Пятьсот тысяч! А сколько людей косвенно вовлечено в перевозку, продажу и выращивание? Почти семь миллионов! На бумаге это просто цифры, но представьте, что будет, если все эти люди разом останутся без работы? В 1994 году в штате Чьяпас вспыхнуло крестьянское восстание. На дворе новые времена, а проблемы всё те же. Не то чтобы никто не пытался что-то изменить – просто это было невозможно.
Виктор смотрел на оставшихся троих. Те втянули головы в плечи, боясь встретиться с ним взглядом. Но он не злился. Совсем не злился.
— Шеф Симон Боливар, в прошлом месяце вы проиграли в казино два миллиона песо. Навряд ли вы смогли бы вернуть такой долг сами, верно? Деньги Картеля Тихуана очень кстати пришлись, не так ли?
Сидевший за столом седовласый мужчина средних лет мгновенно побледнел.
— Шеф Тиаго, ваш сын убил человека в Тлаке, причем беременную женщину. Вы ведь в курсе этой истории? А вы, Рикарсенс… На имя вашей жены записано тринадцать магазинов. Дайте-ка вспомнить, кто был их прежним владельцем… Ах да, кажется, некий Рамон Феликс? Более того, вы – один из ключевых людей в Тихуане. Сначала торговали наркотиками, а потом пошли в полицию. Я ведь не ошибся?
Виктор указал на троих офицеров:
— Ко мне поступили официальные доносы на каждого из вас. Полагаю, мне стоит дать им ход.
Троица буквально взорвалась негодованием.
— Господин Виктор, это… это чушь собачья! Где эти доносы? Где они?! — Выкрикнул Рикарсенс.
Остальные двое поспешно закивали, подтверждая его слова.
Виктор кивнул и поманил пальцем Касаре. Тот подал ему ручку. Виктор быстро нацарапал что-то на листке бумаги и протянул его офицерам:
— Вот, пожалуйста. Донос.
От такой наглости у них глаза полезли на лоб.
— Да это же клевета! — Рикарсенс нервно рассмеялся. — Виктор, вы нам просто мстите!
— Но факты – упрямая вещь. А я, Виктор, в своих делах всегда опираюсь на улики!
С этими словами Виктор внезапно схватил Рикарсенса и запихнул бумагу ему в рот. Тот отчаянно сопротивлялся, выплюнул обрывки, но листок уже превратился в кашицу.
— Ах, какая досада! — Воскликнул Виктор. — Рикарсенс, вы уничтожили улику на глазах у всех! Это же вопиющее неуважение к закону!
Виктор изобразил крайнюю степень возмущения. Касаре, вошедший в зал, мгновенно сообразил, что к чему. Настал его выход. Вместе с офицерами он навалился на троицу и прижал их к полу.
— Ты творишь беззаконие! Виктор, ты позор полиции! Это клевета, я буду жаловаться! — В ярости кричал Рикарсенс.
Он не выдержал и перешел на прямые оскорбления.
— Это что, попытка нападения на должностное лицо при исполнении? — Вкрадчиво спросил Виктор.
Рикарсенс мгновенно затих. Он был тертым калачом и прекрасно знал эту формулировку. Когда Картель Тихуана поручал ему «убрать» кого-то, он сам частенько использовал этот предлог.
— Кажется, он не слишком доволен моим судом, — обратился Виктор к Касаре. — Отправь его к мэру Хосе Лопесу, пусть расспросит его сам.
Касаре с каменным лицом кивнул, схватил Рикарсенса за волосы и поволок к выходу. Оставшиеся двое замерли, не смея дышать. Отправить к мэру Хосе Лопесу? Но ведь тот мертв! Неужели у Виктора есть «сверхспособность» отправлять людей прямиком на свидание к Господу?
— Не волнуйтесь, ваш грех будет судить другой человек.
Это был прощальный подарок Виктора его старому начальнику Алехандро. Тот вот-вот должен был вступить в должность, и ему требовались громкие успехи для отчета. Виктор, если не считать вспыльчивости, был человеком неплохим. Но разве это недостаток?
Когда офицеры увели арестованных, Виктор повернулся к последнему начальнику полиции, который, словно побитый пес, дрожал в углу. Как же это было жутко! Зашли вчетвером, а остался он один. В фильмах ужасов хотя бы парочка героев доживает до финала.
Заметив взгляд Виктора, тот поспешно выдавил из себя улыбку:
— Господин… господин Виктор, я…
— Закурите, господин Сальвадор Гильермо? — Виктор протянул ему пачку сигарет.
— Нет… не курю… Ой, то есть да, спасибо, спасибо! — Гильермо суетливо принял сигарету обеими руками.
Виктор удовлетворенно кивнул:
— Если не ошибаюсь, вы служите в Текате?
Тот закивал с неистовой силой.
— Возвращайтесь со спокойной душой. Перевезите жену и детей на остров Гуадалупе, там безопасно. Вы же не хотите, чтобы наркоторговцы им отомстили?
Гильермо с похоронным видом кивнул.
— Не переживайте, отныне вы под моей защитой! Тот, кто тронет вас – оскорбит лично меня. Если будете поддерживать порядок в Текате, я найду способ продвинуть вас по службе. Не век же вам на низах сидеть? — Виктор похлопал его по плечу. — Мы – полиция, и должны блюсти закон. Если мы не удержим эту грань, в мире не останется места для морали.
Среди этой четверки Гильермо был, пожалуй, самым «чистым». Да, он тоже брал взятки у картеля Тихуана. Сказать по правде, в Мексике выбор невелик: либо берешь деньги, либо вся твоя семья отправляется на тот свет. Но в остальном за Гильермо ничего не числилось. А главное… брал он деньги или нет – решать будет Виктор. То есть, закон!