Глава 702: «С ходу прописал левый хук»
Главное управление полиции Белиза, закрытая комната для допросов.
Над головой, натужно гудя, горела мертвенно-бледная люминесцентная лампа, заливая светом лицо Фермина – обычно лоснящееся, а теперь совершенно обескровленное.
Его допрашивали уже более двух часов кряду. Офицеры раз за разом засыпали его вопросами о «Небесном Даре», VIP-залах казино, Карлосе и потенциальной сети сбыта, но он лишь крепче сжимал челюсти, сохраняя на лице выражение невинно обиженного мученика.
— Сэр, я клянусь, я понятия не имею, о чем вы говорите.
Фермин развел руками, отчего наручники на его запястьях громко звякнули. Он изо всех сил старался, чтобы его голос звучал жалобно и беспомощно:
— Казино «Нептун» – это легальное развлекательное заведение, имеющее государственную лицензию. Мы строго соблюдаем все законы и правила, как мы могли связаться с наркотиками? Это чистой воды навет!
Чем больше он говорил, тем сильнее распалялся:
— Зачем мне творить такое безрассудство, подписывая себе смертный приговор? Вы должны мне верить!
— Я порядочный человек!
Да какой, к черту, порядочный человек пойдет работать в казино?
Напротив, за столом для допросов, хранил молчание шеф Шульц. Он уже сыт был по горло этим пустым словоблудием.
Наконец он поднял руку, приказывая офицеру, ведущему протокол, и помощнику-дознавателю прерваться.
Шульц поднялся и медленно подошел к Фермину. Его высокая фигура в свете ламп отбросила длинную тень, полностью поглотившую задержанного.
— Менеджер Фермин, — негромко произнес Шульц, и тон его не предвещал ничего хорошего. — Я даю тебе шанс выговориться самому. Даю тебе путь к спасению. Ты думаешь, мы тут с тобой в бирюльки играем? Не будь у меня неопровержимых улик, стал бы я лично опечатывать «Нептун» и приглашать тебя сюда?
Кадык Фермина дернулся, но он, сохраняя напускное спокойствие, вскинул голову:
— Шеф, а где же улики? Вы все обыскали, всех опросили. Нашли хоть грамм наркотиков? Нет? Значит, всё это – клевета!
Шульц наклонился так низко, что их лица почти соприкоснулись, и отчеканил каждое слово:
— Камеры в казино «случайно» вышли из строя, у официантов VIP-залов случилась коллективная амнезия, а тут еще некая Элина Моралес, которая пыталась совершить убийство прямо в управлении, чтобы замести следы… Не слишком ли много совпадений, Фермин? Ты что, за идиотов нас держишь?
Фермин отвел взгляд, стараясь не встречаться с пронзительным взором Шульца, и упрямо буркнул:
— Я знать не знаю никакую Моралес. Камеры сломались по техническим причинам, а официанты просто напуганы… Это всё ничего не доказывает!
Шульц сверлил его взглядом несколько секунд, а затем внезапно осклабился. Он выпрямился, посмотрел на камеру наблюдения в углу, где горел красный огонек, и едва заметно кивнул.
В следующее мгновение красный огонек с негромким щелчком погас.
Единственный сторонний «глаз» в комнате закрылся.
Сердце Фермина екнуло, дурное предчувствие ледяной хваткой сжало грудь.
— Какая досада, в полицейском участке камеры тоже «случайно» сломались, — Шульц не спеша вытянул из-за пояса поблескивающую металлом электрошоковую дубинку и привычно нажал на кнопку. На конце устройства тут же с пугающим треском вспыхнула синяя дуга.
— Вы… что вы задумали? Шеф Шульц! Это незаконно! Полиция не имеет права выбивать показания пытками!
Фермин наконец запаниковал. Он инстинктивно вжался в спинку, пытаясь отодвинуться вместе со стулом, но тот был намертво привинчен к полу.
Шульц наступал, и его улыбка становилась всё более зловещей:
— Закон? Пытки? Кто тебе сказал, что я сейчас собираюсь толковать с тобой о законе?
— Здесь, в этих стенах, закон – это я.
Я, блять, пытался с тобой по-хорошему, а ты, видно, решил, что я какой-то святоша?
Он легонько похлопал электрошокером по похолодевшей от страха щеке Фермина. Едва ощутимый разряд заставил того вздрогнуть всем телом.
— Фермин, похоже, ты так и не понял, куда попал, — Шульц склонился к его уху. — В Белизе, на земле, где всё решает господин Виктор, с такими паразитами и опухолями, как ты, порой нужно действовать нестандартно. Соблюдать процессуальную справедливость с такой мразью, которая не понимает добрых слов? Это оскорбление самой справедливости!
Он резко выпрямился, и его взгляд стал свирепым. — Сегодня я не коп! Я – бандит, вычищающий ряды господина Виктора! Говори! Кто поставщик?! Кто сообщники в казино?! Кто ваша «крыша»?!
Не давая Фермину и шанса снова начать юлить, Шульц одной рукой вцепился ему в голову, а другой с силой ткнул шипящей дубинкой в бедро!
— А-а-а-а-а-а! — Ток высокого напряжения мгновенно прошил тело Фермина.
Он зашелся в диком, нечеловеческом крике, всё его существо забилось в конвульсиях и судорогах. Зубы лязгали, глаза закатились, а изо рта бесконтрольно потекла слюна.
В воздухе тут же разлился едкий запах мочи…
Он обмочился.
Разряд длился секунды три, но когда Шульц убрал дубинку, Фермин обмяк на стуле, словно бесформенная куча тряпья.
Шульц бесстрастно наблюдал за ним:
— Ну как на вкус? Это была лишь закуска. Будешь говорить?
Фермин тяжело, со свистом дышал, губы его дрожали, но он, кажется, еще пытался держаться.
Шульц, не колеблясь, снова ткнул электрошокером, на этот раз в другое бедро, да еще и провернул его!
— А-а-а-а! Хватит! Хватит! Я скажу! Всё скажу!
А я-то думал, ты покрепче будешь.
Пф, слабак. В свое время вашего покорного слугу, автора, так током поджарили – и то ни звука не проронил.
Только тогда Шульц убрал оружие и посмотрел на него сверху вниз:
— Чего ради строил из себя героя, если так быстро спекся?
Заливаясь слезами и соплями, Фермин начал прерывисто давать показания:
— Товар… товар шел через одного русского, мы каждый раз встречались в разных местах. В казино… в курсе были Артуро, старший смены в VIP-зоне, и Диего, начальник охраны.
Слова посыпались из него как горох из мешка.
Больно, больно до безумия.
Шульц не стал сразу заниматься проверкой этих сведений.
Выйдя из допросной, он жадно вдохнул относительно свежий воздух коридора и негромко приказал дежурившему снаружи верному подчиненному:
— Надавите как следует на Артуро и Диего. Мне нужны их показания как можно скорее, чтобы сверить с тем, что наплел Фермин. Но знайте меру, не прикончите их – они нам еще понадобятся.
— Понял, шеф! — Подчиненный всё уяснил с полуслова и тут же повел людей к двум другим допросным.
Шульц зашел в уборную и с силой плеснул в лицо холодной водой, пытаясь смыть остатки ярости и усталость от допроса.
Глядя в зеркало на свои покрасневшие глаза, он понимал: этот шторм только начинается.
В этот момент в дверь постучал офицер:
— Шеф, там прибыл господин Сесар Торес с адвокатами. Он в ярости, требует немедленной встречи.
Рука Шульца, вытиравшая лицо, замерла.
Сесар Торес – официальный владелец и мажоритарный акционер «Нептуна», один из известнейших богачей спецзоны. Он славился деловой хваткой и умением держать дистанцию с политиками и бизнесом.
С виду – успешный магнат индустрии развлечений, но слухов о нем ходило предостаточно, просто раньше его ни разу не ловили за руку.
— Быстро же он примчался. Пусть ждет в моем кабинете.
Спустя несколько минут атмосфера в кабинете Шульца была накалена до предела.
Сесар Торес и впрямь выглядел так, будто пришел вершить суд. За его спиной стояли двое адвокатов.
Сам Торес изо всех сил старался сохранять невозмутимость, но подергивающееся веко и сжатые кулаки выдавали его истинное состояние.
— Шеф Шульц! — Стоило тому войти, как Торес сделал шаг вперед, и его голос от сдерживаемого гнева стал пронзительным. — Я требую объяснений, немедленно! На каком основании вы без единой веской улики опечатали мое казино и задержали моих сотрудников? Вы хоть представляете, какие убытки несет «Нептун» за каждый день простоя? А какой это удар по репутации спецзоны? Я – крупнейший налогоплательщик, я внес огромный вклад в процветание этого места! И так вы обходитесь с честными бизнесменами? Я требую справедливости!
Адвокат рядом с ним тут же подхватил жестким тоном:
— Господин шеф, у нашего доверителя есть все законные лицензии. Если у полиции возникли подозрения, расследование должно вестись в рамках закона, а не такими грубыми методами, как закрытие заведения. Это грубое нарушение наших прав, и мы оставляем за собой право на судебный иск!
Шульц спокойно прошел к своему столу и сел, не спеша отвечать на их тирады.
Он размеренно достал из ящика документ, снял трубку внутреннего телефона и бросил:
— Занесите предварительный протокол допроса.
Только после этого он поднял глаза на багрового от ярости Тореса, взял принесенную помощником свежую копию протокола и взвесил ее на ладони.
— Твой менеджер, Фермин, только что признался, что в VIP-залах «Нептуна» на постоянной основе снабжали клиентов новым наркотиком под названием «Небесный Дар» и склоняли их к его употреблению. Среди прочих – сын богача Карлоса. Свидетели, часть вещдоков и его собственные чистосердечные признания – всё здесь.
Сесар Торес резко изменился в лице.
— Нет… это невозможно… Фермин несет чушь!
Адвокат за его спиной выступил вперед, поправил очки и пафосно заявил:
— Господин шеф! Показания, полученные в ходе ненадлежащего допроса и вызывающие сомнения в их достоверности, не могут служить основанием для обвинения. Наш доверитель имеет право сомневаться в законности этого протокола. Мы требуем немедленной встречи с нашим подзащитным господином Фермином и обеспечения его законных прав! Это право даровано нам законом!
— Права? — Мускул на лице Шульца дернулся. Он внезапно схватил со стола тяжелую стеклянную пепельницу и без всякого предупреждения швырнул ее в разглагольствующего юриста.
— В жопу твои права!
Пепельница описала стремительную дугу и с пугающей точностью вписалась адвокату прямо в висок!
Тот вскрикнул, обливаясь кровью, пошатнулся и рухнул, очки его отлетели в сторону.
Но на этом дело не кончилось!
Шульц, словно разъяренный лев, выскочил из-за стола и принялся остервенело избивать лежащего. Каждый удар ботинком приходился точно в цель, сопровождая избиение глухими звуками ударов по плоти.
— Паршивый законник! Решил мне тут о законах лекцию прочесть? На моей территории хвост заносить?!
— Тебе решать, как мне исполнять закон? Ты, шавка в костюме, будешь мне указывать?!
— Адвокат? Я тебе покажу адвоката!
Он бил и матерился, выплескивая ругательства как из пулемета.
Только когда юрист на полу смог лишь жалко стонать, запыхавшийся Шульц остановился.
Он поправил воротник формы, сбившийся от резких движений. Затем выудил из внутреннего кармана маленькую расческу и методично, волосок к волоску, привел в порядок свою прическу.
Закончив, он посмотрел сверху вниз на скорчившегося адвоката:
— Мразь, я тебе лицо сохранил, а ты берега попутал? Слушай сюда: до того как надеть этот мундир, я на границе бандитов пачками клал. Таким пустозвонам, как ты, я бы задницы в пушки засунул и в небо запустил. Со мной он, видишь ли, разговаривать вздумал! Тьфу!
Эта тирада, полная бандитского куража, окончательно парализовала присутствующих.
Второй адвокат Тореса стоял белый как полотно, плотно сжав губы. Ни слова больше.
Я адвокат, а не боевой маг. Против воина в ближнем бою даже магу крышка.
Шульц повернулся к Сесару Торесу и, прищурившись, впился в него взглядом:
— Говоришь, я тебя оклеветал? Ха! Если бы я правда захотел тебя подставить, то за все твои делишки в казино ты бы уже не стоял здесь, а кормил рыб в какой-нибудь сточной канаве вместе со всей своей семейкой!
Кадык Тореса ходил ходуном, на лбу выступил холодный пот. Грубые слова Шульца попали в самую точку, задев его глубинные страхи.
Видя, что спесь с Тореса сбита окончательно, Шульц глубоко вздохнул и смягчил тон:
— Я в курсе, что Фермин – брат твоей смазливой любовницы. И нечего на меня так пялиться, я про все ваши грязные делишки знаю!
Он указал в сторону допросной:
— А теперь иди туда и сам скажи ему, чтобы выкладывал всё дочиста. Кто еще замешан, кто «крыша» – пусть выплевывает всё! Если будет сотрудничать, может, и выживет. А если продолжит в молчанку играть…
Шульц холодно хмыкнул, не договаривая, но смысл был ясен и без слов.
Лицо Сесара Тореса исказилось, но под свирепым взглядом шефа он тяжело кивнул и прохрипел:
— Ладно. Я поговорю с ним.
В сопровождении офицера Торес вошел в душную комнату для допросов.
Едва дверь закрылась, он увидел Фермина – раздавленного, жалкого, с остекленевшим взглядом. Гнев и страх, копившиеся в Торесе, нашли выход. Он бросился вперед и – н-на! — Отвесил Фермину две звонкие оплеухи!
— Тупица! Идиот! — Прошипел Торес, срываясь на сдавленный рык. — Что произошло?!
Эти пощечины, в которые он вложил всю злость, пришлись по лицу, только что испытавшему удары током. Звук вышел глухим.
Голова Фермина мотнулась в сторону, взгляд стал еще более мутным, из горла вырвалось нечленораздельное хрипение, а по подбородку вместе со слезами потекла слюна.
— Говори, ублюдок, что случилось?! При чем тут этот русский?!
Торес схватил Фермина за шиворот и тряс его. Он был на грани. А как иначе? Торговля наркотиками – один из трех главных грехов в Мексике!
Но Фермин еще не отошел от мучительной боли и лишь бессвязно повторял:
— Ток… русский… дьявол… не надо больше… я скажу… всё скажу, только не бейте током!!
Видя, что его шурин окончательно сломлен, Торес взвился от ярости и добавил еще пару пощечин.
В этот момент в дверь постучали. В комнату вошел верный детектив Шульца и протянул шефу свежий отчет, негромко доложив:
— Шеф, пришли показания с других допросов. Старший смены Артуро и начальник охраны Диего раскололись быстро. Оба указывают на одного человека – Ивана Петренко. Говорят, весь «Небесный Дар» шел через этого русского, Фермин контактировал с ним лично. Они лишь обеспечивали безопасность и скрытое распределение в VIP-залах.
Детектив помедлил и добавил:
— По их словам, этот Иван крайне осторожен. Места сделок всегда разные, пользуется одноразовыми телефонами, к тому же, поговаривают, он вооружен и на голову отбитый. Знают только, что он отирается в западной части города, в старом доковом районе и прилегающих трущобах, но точного адреса нет.
Шульц бегло просмотрел отчет и перевел взгляд на побледневшего Тореса:
— Слышал, господин Торес? Твой менеджер и твои сотрудники поют в унисон. Иван Петренко, залетный гусь из России… Смелый малый, раз решил так гадить на моей территории.
Он похлопал Тореса отчетом по груди:
— Теперь ты всё еще думаешь, что я тебя подставил? Твое казино стало главным узлом сбыта в этой цепочке. Думаешь, ты, как владелец, выйдешь сухим из воды?
Губы Тореса задрожали, он хотел что-то возразить, но факты били наотмашь.
Он понуро опустил голову и глухо произнес:
— Шеф… я правда был не в курсе. Это всё Фермин, подонок, за моей спиной провернул… Я готов помогать. Сделаю всё, чтобы вы взяли этого Ивана Петренко!
Шульц холодно хмыкнул:
— Помогать? А у тебя разве есть другой выбор?
Он повернулся к детективу:
— Немедленно разослать фото и приметы Ивана Петренко. Объявить план перехват, перерыть весь старый доковый район. Даже если придется перевернуть весь Белиз вверх дном, достаньте мне этого русского!
— Есть, шеф! — Детектив вытянулся, отдал честь и быстро вышел выполнять распоряжение.
— Торес, пока не возьмем Ивана, молись, чтобы больше никаких сюрпризов не вылезло. А что до Фермина… — Он с брезгливостью глянул на обмочившегося бедолагу. — …под замок его. Когда возьмем главного, со всеми разом и поквитаемся.
— Единственное, что ты сейчас можешь сделать, – это встать на колени и молиться господину Виктору.
…