Глава 698: «Виктор, ты еще способен за всеми уследить?!»
— Лю? — Прошептал он.
Китаец, мужчина, колоссальная наркосеть, призрачный стиль работы… Внезапно из самых глубоких, запыленных тайников памяти вынырнул четкий образ.
Грузная фигура, вечно улыбающееся, кажущееся безобидным лицо, простая, даже неопрятная одежда и глаза, в которых порой промелькивал стальной блеск проницательности.
Чжаохуа!!
Тот самый «богатый зритель», которого он видел в прошлой жизни, когда дрался на подпольных рингах в Юго-Восточной Азии. Тогда Виктор был лишь нищим бойцом, выгрызавшим право на жизнь кулаками и кровью, а Чжаохуа был одним из тех немногих «чудаков», что приходили смотреть на эти кровавые побоища.
Он сорил деньгами: за удачное выступление мог запросто сунуть бойцу толстую пачку долларов. Виктор и сам когда-то получал от него деньги. При этом сам богач ходил в застиранной футболке, шортах и вьетнамках, напоминая обычного пухлого дядюшку из соседнего двора.
Виктор долго считал его просто состоятельным туристом со странными вкусами. Лишь много лет спустя он увидел фотографию Чжаохуа в новостях: там уже не было той улыбки, зато были наручники, кандалы и судебные приставы за спиной.
В память врезалась даже одна знаменитая фраза:
«Это твой орден первой степени!»
Заголовки газет тогда кричали: «Король Наркотиков века Чжаохуа (Лю Чжаохуа) арестован! Объемы изъятого шокируют мир!» Это был человек уровня «Во все тяжкие», сумевший реализовать свой химический талант на полную мощь; масштаб его деятельности был беспрецедентен, а антинаркотические ведомства нескольких стран долгое время пребывали в полном бессилии.
— Второй Брат… Лю… — все ниточки в этот миг сплелись воедино.
Над Третьим Братом Се Чжилэ и «учителем Е» Е Чжэньли стоял Призрак, контролировавший всю цепочку поставок «Небесного Дара» и превративший Европу в хаос. И за этим призраком скрывался гений химии.
Выходит, это… чисто китайская команда? Ну и дела…
Дыхание Виктора на мгновение сбилось, но он тут же вернул себе абсолютное самообладание.
— Эта информация бесценна, — сказал Виктор в трубку. — Копайте дальше.
— Слушаюсь, сэр, — твердо ответил Итан Хант и отключился.
Виктор медленно положил трубку и обернулся:
— Джефф.
— Слушаю, сэр? — Отозвался Беннет.
— Немедленно перепроверь все отчеты по химическому анализу «Небесного Дара». Особенное внимание удели путям синтеза и характеристикам примесей. Кроме того, задействуй всю сеть глубоко законспирированных информаторов в Азии – прежде всего в Юго-Восточной Азии и на материке. Ищи имя: Лю Чжаохуа.
Беннет не понимал, почему босс вдруг нацелился на конкретного человека, но колебаться не стал:
— Будет сделано! — Он подхватил папку с делами и стремительно вышел из кабинета.
В комнате остались только Виктор и Касаре. Последний, не выдержав, спросил:
— Босс, этот Лю Чжаохуа… кто он?
— Времена меняются, а люди, кажется, всё те же, — Виктор не ответил прямо, словно разговаривая сам с собой.
На самом деле он уже проверил это имя через Золотой Палец. Система показала, что цель находится на территории Поднебесной. А это серьезно осложняло задачу.
— Свяжитесь с их управлением по борьбе с наркотиками, запросите совместный розыск.
У этого парня было слишком много имен: Лю Линьбинь, Лю Линьян, Лю Линьцюань, Чэнь Гуйсэнь… При малейшем шорохе он скрывался быстрее ветра. Поймать его – задача не из легких.
— Понял! — Кивнул Касаре.
Виктор смотрел на залитый огнями Мехико и внезапно почувствовал легкую усталость. Убивать… когда же это кончится?
…
Суринам, окраина Парамарибо.
Вдали от городского шума спустилась ночь, нарушаемая лишь стрекотом цикад. В вилле на берегу реки свет намеренно приглушили до мягкого янтарного оттенка. Из дорогой аудиосистемы лилась плавная классика – «Канон» Пахельбеля.
Е Чжэньли в шелковой пижаме, ступая по мягкому ковру, медленно вел в танце свою жену Ю Чжии. Она положила голову ему на плечо, и на ее лице застыла печать неуходящей тревоги.
— Как только всё немного утихнет, съездим на родину, — тихо произнес Е Чжэньли. — Давно мы не зажигали благовония в память о предках.
Ю Чжии подняла глаза:
— Чжэньли, у меня на сердце неспокойно. Этот Виктор… он другой. Денег, что мы заработали, хватит на несколько жизней. Давай завяжем, а? Найдем место, где нас никто не знает, и заживем спокойно.
Е Чжэньли улыбнулся – в этой улыбке смешались безысходность и горькая ирония. Он погладил жену по спине:
— Завязать? Дорогая, мы стоим не на ковре, а на натянутой струне. Идя вперед, мы, возможно, выторгуем себе еще несколько дней жизни. — Он покачал головой. — А внизу – бездна. Желающих сожрать нас живьем хватит на очередь от Мексики до Шанхая. Остановиться – значит пойти на верную смерть. Скорую и очень некрасивую.
Он помолчал, обдумывая слова:
— Виктор? Он действительно крутой парень, законченный прагматик и тиран. Он верит, что пули и деньги решают всё. Но он не понимает одного: человеческая жадность безгранична. Он может держать Мексику в страхе, но он не властен над желаниями в людских сердцах. Чем лучше продается «Небесный Дар», тем больше хаоса в Европе и тем больше тех, кто его жаждет. Сама эта жажда – сила мощнее любого оружия. Виктор хочет задушить ее насилием? Смешно. Он не справится, потому что пытается обуздать саму человеческую природу. А мы… — Е Чжэньли чуть вздернул подбородок. — …мы поставляем высший продукт этой «эмоциональной ценности». Предельный кайф, абсолютный побег от реальности. Это бизнес, у которого нет решения.
Ю Чжии слушала, не до конца понимая смысл, но прижалась к нему крепче, словно пытаясь найти хоть какую-то защиту.
В этот момент музыку прервал едва слышный электронный сигнал. Это был не домашний телефон, а специальный спутниковый коммуникатор во внутреннем кармане пижамы.
Е Чжэньли замер, отстранил жену и, успокаивающе похлопав ее по руке, быстро ушел в кабинет, заперев дверь на замок. Он достал устройство размером меньше мобильника. На экране мигала строка кода и шел обратный отсчет.
Это была тревога высшего уровня. Она означала, что в его огромной сети обнаружена критическая уязвимость или кто-то коснулся ключевого узла. Он быстро ввел серию команд. Через несколько секунд зашифрованный поток данных был декодирован. Сообщение было коротким, источник скрыт, но от содержания по спине пробежал холодок:
[«Рыбак» молчит, в церкви прибрано, но «уборщик», возможно, помечен. Ветер переменился, похоже, с Востока идет «Муссон». «Садовнику» рекомендуется уйти на глубину.]
«Рыбак» – кодовое имя важного связного в Европе. «Церковь» – точка сбыта в Неаполе, где недавно произошла бойня. «Уборщик» – группа зачистки хвостов. А «Муссон с Востока»…
Восток! Зрачки Е Чжэньли сузились. Это значило, что характер расследования изменился: вмешалась сила, знающая внутренние правила игры. Но больше всего пугала последняя фраза. «Садовник» – один из его личных позывных.
Его предупреждали: опасность близко, он сам под прицелом. Кто это? Итальянцы? Исключено, их уровень не позволяет делать такие прогнозы. Виктор из Мексики? Его щупальца сильны в Западном полушарии, но так быстро и точно внедриться в Азию он бы не смог.
Ответ напрашивался сам собой. Великая родина на востоке. Та самая сеть, от которой, как они думали, можно скрыться за океаном.
Е Чжэньли глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться, и удалил сообщение. Выйдя из кабинета, он уже сиял привычным спокойствием и даже ободряюще улыбнулся жене:
— Всё в порядке, небольшие трудности в делах, уже уладил.
Он залпом выпил стакан крепкого спиртного, чувствуя, как огонь обжигает горло, подошел к Ю Чжии и поцеловал женщину, которая когда-то из подруги по переписке стала его женой.
— Не волнуйся. Заработаем еще триста миллионов, и я найду способ завязать.
Под действием лекарств и усталости жена наконец уснула, хотя брови ее по-прежнему были сдвинуты, словно даже во сне не было покоя. Да и много ли наркоторговцев спят спокойно? Е Чжэньли бесшумно встал и вернулся в кабинет с идеальной звукоизоляцией. Он снова запер дверь. Тяжелые шторы были плотно задернуты. Он не стал зажигать люстру, включил лишь старую настольную лампу с зеленым абажуром. Тусклый круг света упал на стол, отбрасывая его тень на стену.
Он взял спутниковый телефон, помедлил и набрал номер, который помнил наизусть. Это был номер Третьего Брата Се Чжилэ – ядра сети, человека, который прятался еще глубже и контролировал основные каналы в Азии.
Гудки шли долго. На том конце не было приветствий – только тишина ожидания.
— Третий Брат, это я, Лао Е, — почти шепотом сказал Е Чжэньли.
— Знаю, что ты. В такой час добрых вестей не ждут.
— Просочилась информация изнутри. Кажется, нас ведут с Востока.
Наступило долгое молчание – такое долгое, что Е Чжэньли подумал, не прервалась ли связь. Он почти физически ощущал, как Се Чжилэ на том конце лихорадочно взвешивает риски. Наконец голос Третьего Брата зазвучал снова, чуть быстрее:
— Восток – это действительно проблема. Они долго запрягают, но если бьют, то наотмашь. Видимо, шум в Европе был слишком громким. — Он на мгновение замолк и выдал четкие инструкции:
— Действуем по второму протоколу. Азия, особенно материк и Юго-Восточная Азия – режим полной тишины. В Гонконге пусть «Восходящая Гармония» и 14K принимают удар на себя. Они же хотели долю? Дадим им немного «сладкого», пусть лезут на амбразуру и отвлекают огонь. Наши люди отходят в тень, сохраняем только основные финансовые каналы.
Е Чжэньли слушал, и это вполне отвечало его осторожности:
— А как быть со спросом в Европе и Америке? Там сейчас резня, если прекратим поставки, начнется хаос.
— Хаос? Это хорошо, — холодно усмехнулся Се Чжилэ. — Хаос отсеет слабаков и взвинтит цены. Поставки не прекратятся, но пойдем новым путем. Африка: Нигерия, Кения. Там проверки в портах – одно название, а полиция продажнее бандитов. Перебросим часть товара туда, а оттуда – в Европу. Путь длиннее, зато безопаснее.
Е Чжэньли согласился:
— Я немедленно отправлю людей налаживать африканский маршрут. И еще… Виктор в Мексике. Он становится серьезной угрозой. Его Белизская экономическая зона сейчас превратилась в рай для свободной торговли и прачечную для денег. Может, создадим ему проблем?
Е Чжэньли был мстительным человеком. Раз уж Виктор так любит совать нос в чужие дела, пусть попробует разгрести свои собственные.
Се Чжилэ перебил его с жестким расчетом в голосе:
— Мексика! Верно. Виктор возомнил, что выстроил железную крепость? Глупости. Где есть порт, там есть и щели. Найди способ забросить «Небесный Дар» в Белизскую экономическую зону. Не нужно много, бери качеством. Целься в таможенников, в верхушку управления портом. Дай им лучший товар по бросовым ценам, а то и вовсе даром. Стоит затянуть их в это болото, и зона станет нашим задним двором. Тогда Виктор, будь он хоть самим дьяволом, будет лишь беспомощно наблюдать, как его территорию разъедают изнутри!
В случае успеха это стало бы отравленной иглой в самом сердце империи Виктора.
— Я понял, Третий Брат. Лично подберу людей. Мы возьмем ключевые фигуры в порту Белиза.
— Помни, Лао Е, — голос Се Чжилэ стал тяжелым, — мы танцуем с великанами. Один неверный шаг – и пропасть. Денег можно заработать сколько угодно, но жизнь всего одна. Уходим на глубину. Без моего приказа на связь не выходить.
Щелчок – и связь оборвалась.
Е Чжэньли потер виски, чувствуя колоссальное давление.
…
Мексика, Белизская экономическая зона.
Здесь всё казалось иным миром, далеким от кровавого Неаполя. Небоскребы уходили ввысь, в порту неутомимо сновали гигантские суда, контейнеры громоздились горами. Товары, капиталы и люди, обуреваемые мечтами о богатстве, стекались сюда со всего света. Минимальный контроль и свобода предпринимательства привлекли огромные инвестиции, но они же, словно кусок жирного мяса, притянули бесчисленных мух, почуявших запах наживы.
С приходом ночи зона вспыхивала неоном. Ночные клубы, элитные рестораны и бары стояли стеной; воздух был пропитан ароматами алкоголя, дорогих духов и азартом. Здесь за деньги можно было купить любую услугу и удовлетворить любой каприз. Совсем как в тех зонах на границе с Китаем, хе-хе.
Однако под глянцевой поверхностью бурлили темные течения. Банды со всего мира искали здесь свою нишу. Они не смели трогать крупные корпорации или государственные проекты, но для тысяч мелких лавок, баров и кафе «плата за защиту» оставалась их традиционным промыслом. От этого никуда не деться. Какая страна может похвастаться, что полностью искоренила преступность? Где есть люди, там есть и подворотни.
Среди этих банд особенно выделялись русские во главе с Иваном Петренко. В основном это были ветераны или безработные парни, оказавшиеся за границей после распада СССР – дерзкие, жестокие, верящие только в водку и силу. Они держали несколько кварталов на окраине зоны, перебиваясь рэкетом и мелкими стриптиз-барами.
В прокуренном баре, оформленном в русском стиле, Иван Петренко с парой подручных пил дешевую водку, глядя на мутную запись боксерского поединка по телевизору. Посетителей почти не было, в зале царило уныние. Дела в последнее время шли паршиво: охрана в зоне крепла, лавочники начали объединяться или нанимать частных секьюрити. Собирать «дань» становилось всё труднее.
В этот момент у Ивана зазвонил телефон. Увидев неопределенный европейский номер, он нахмурился, но трубку взял.
— Иван, старый друг! — Раздался в трубке голос с сильным восточноевропейским акцентом, чересчур восторженный.
Звонил Сергей – торговец оружием, с которым Иван сошелся еще в Восточной Европе, прежде чем тот, по слухам, перебрался в Голландию.
— Сергей? Сукин сын, ты еще жив? — Грубо отозвался Иван, хотя в голосе слышались нотки старого знакомства.
— Ха-ха! Господь пока не хочет меня забирать. Слышал, ты неплохо устроился в этом мексиканском раю?
— В раю? — Иван хмыкнул и отхлебнул водки. — Это позолоченный ад, мать его. Зарабатываем крохи на кусок хлеба. Что, есть деловое предложение?
Голос Сергея стал тише и таинственнее:
— Иван, до меня дошли слухи, что в Белизской зоне можно продать что угодно, если есть связи.
Иван напрягся:
— Смотря что продавать. Оружие? Люди Виктора следят в оба, лезть в это – самоубийство.
— Нет-нет, друг мой, это куда прибыльнее стволов, — в голосе Сергея сквозило искушение. — Порошок радости. Новейший, лучший на рынке. Его называют «Небесный Дар».
— «Небесный Дар»? — Иван опешил, хмель мгновенно выветрился, и он выпрямился. — Ты с ума сошел?! Хочешь протащить это дерьмо в зону? Если хочешь сдохнуть, не впутывай меня! Псы Виктора нас на куски порубят и скормят крокодилам!
Он слышал об этом новом наркотике и прекрасно знал политику нулевой терпимости Виктора, особенно на его собственной земле.
— Спокойно, Иван, спокойно! — Затараторил Сергей. — Дослушай! Чем выше риск, тем больше куш. В шторм рыба дороже. Знаешь, почем это идет снаружи? Сто тридцать евро за грамм! А то и больше! А мой босс даст тебе такую оптовую цену, что ты глазам не поверишь…
Сергей назвал цифру – до неприличия низкую. Иван и его подручный, навостривший уши, затаили дыхание. Они были людьми со дна и слишком хорошо понимали, какая за этим стоит прибыль.
— Если протащишь это в зону и начнешь распространять среди богатых туристов, коммерсантов и тех лощеных шлюх, у которых внутри пустота, то накрутишь цену в шестьдесят, в сто раз! А если сможешь толкнуть в остальную Мексику… — Сергей выдержал паузу, — …то в триста раз! Подумай, Иван, сколько это бабок? Тебе больше не придется вышибать гроши из лавочников. Ты в один миг станешь настоящим богачом!
Сердце Ивана забилось чаще, он так сжал стакан, что побелели костяшки пальцев. Триста концов! Эта цифра, как шепот дьявола, крушила его рассудок и страх.
— Но… Виктор… — голос Ивана стал сиплым.
— Виктор следит за большой игрой! — Перебил Сергей. — Зона огромна, сколько народу туда-сюда шныряет каждый день? Разве он уследит за каждым? Если действовать тихо, продавать только иностранцам в закрытых местах – кто узнает? Удача любит смелых, Иван. Вспомни свою жизнь – неужели хочешь до смерти, как бродячий пес, грызть кости в трущобах? Шанс прямо перед тобой!
Наступила долгая тишина. Мозг Ивана работал на пределе, страх боролся с жадностью. В конце концов, ненависть к нищете и жажда золотых гор пересилили ужас перед Виктором. Он залпом допил водку, с грохотом опустил стакан на стол и прорычал в трубку:
— Черт с ним! Погнали! Когда первая партия? Как передадите?
На том конце Сергей довольно ухмыльнулся:
— Скоро, друг мой, очень скоро… Ты еще благословлять будешь этот день. Детали сообщу позже. Готовься к новой жизни, босс Иван Петренко!
Связь прервалась. Иван тяжело дышал.
— Босс, мы реально в это вписываемся? — Подошел Василий, его подручный. Голос его дрожал от страха и предвкушения бешеной наживы.
Иван резко обернулся, сверля его налитыми кровью глазами:
— Тебе деньги не нужны, Василий? Хочешь всю жизнь в этой конуре сидеть и слюни пускать на жалкие чаевые стриптизерш?
Он обвел рукой обшарпанный пустой бар, и в его жесте было столько отвращения. Василий сглотнул, вспомнив пустой кошелек и мать в далекой деревне, которой нужны были переводы. Взгляд его стал жестче. Он решительно кивнул:
— Нужны! Босс, мне очень нужны деньги!
— Раз нужны – значит, будем рисковать шкурой! — Рыкнул Иван. Он схватил бутылку и приложился к горлышку. Дешевое пойло обожгло нутро, придав ему еще больше азарта. — Плевать на Виктора! Он человек, а не бог. Зона необъятная, сколько судов заходит! Разве он за всем усмотрит?
Он с грохотом поставил бутылку, брызги разлетелись во все стороны.
— Будем работать по иностранцам – жирным янки, европейцам, они же торчат круче всех! Сделаем всё по-тихому, и никто не пикнет. А когда нагребем бабла – куда угодно свалим. В Москву, в Питер! Будем, мать их, олигархами!
Он говорил это, чтобы подбодрить парней, но больше – чтобы убедить самого себя. Страх отступил под напором алкоголя и обещания сказочного богатства. Ему уже грезились пачки евро и долларов, забивающие этот вонючий бар.
— Готовься, Василий, — прохрипел Иван, и взгляд его стал хищным. — Наша новая жизнь… начинается сейчас.
В свое время в Китае целые деревни в пыль стирали бронетехникой. Но посмотрите… Смерти боятся не все. Деньги – вот корень всех бед.
…