Глава 668: «Предатель!»
В кучах прелой листвы амазонских джунглей копошилась жизнь.
Джон Мактавиш, начальник отряда 141-го спецназа СВ, тактическим ножом приподнял маскировочную сеть, обнажая наполовину зарытые в землю дизельные бочки. В окулярах прибора ночного видения завод по производству наркотиков, притаившийся в трехстах метрах, походил на ядовитую жабу, распластавшуюся в грязи; капли конденсата на жестяной крыше скатывались по ржавым заклепкам и падали вниз.
— Колумбийцы на позициях? — Прорычал он в ларингофон, подавляя голос. Пот под бронежилетом стекал по ложбинке позвоночника прямо в тактические брюки. — Передайте снайперу по кличке «Гадюка»: если заставит меня ждать еще хоть секунду, я лично засуну его винтовку ему в задницу!
В наушнике раздался приглушенный смешок колумбийского спецназовца:
— Остынь, Джон Мактавиш. Мое перекрестие уже прилипло к пулеметчику у ворот завода.
Следом прозвучал голос человека с позывным «Гадюка»:
— А где проводник этих бразильцев? Где, черт возьми, этот вход в туннель, о котором он пел?
Джон Мактавиш сплюнул слюну вперемешку с гнилой листвой.
Три дня назад бразильская федеральная полиция предоставила данные: здесь находится дренажная система, соединенная с подземной лабораторией. Но местный проводник, который пять часов вел их в кромешной тьме, теперь трясся за стволом дерева в двадцати метрах, а от его штанов за версту несло мочой.
— Ублюдок. — Джон Мактавиш выругался по-испански. — Если ты еще раз соврешь нам, я отрежу твои яйца и скормлю их пираньям.
Он резко схватил проводника за волосы и ткнул лучом тактического фонаря прямо тому в лицо:
— Где туннель?!
Зрачки проводника сузились до игольных ушек, а из горла вырвался хрип:
— Там… там, у каучукового дерева позади завода… замаскированный стальной лист!
Джон Мактавиш разжал руку и подал знак идущим следом бойцам. Четверо мексиканских солдат, пригнувшись, двинулись к указанному месту. Хруст сучьев под их подошвами казался оглушительным в мертвой тишине джунглей. Внезапно в кустах метрах в тридцати слева послышался шорох. Мактавиш мгновенно вскинул M4A1, но в ПНВ мелькнул лишь испуганный ленивец.
— Твою мать, ложная тревога. — Он вытер холодный пот со лба. — Бразильцы, вы где? Мы же договаривались перекрыть восточное русло реки!
В наушниках повисло двухсекундное молчание, прежде чем раздался голос Карлоса, командира бразильской федеральной полиции:
— Нас зажали, проклятье! Наркоторговцы установили мины-ловушки в излучине реки, две наши лодки взлетели на воздух.
В его голосе сквозила подавленная ярость:
— Теперь идем пешком. Будем на месте минут через двадцать.
Джон Мактавиш тихо выругался и глянул на тактические часы на запястье.
Штурм, намеченный на три часа утра, задержался уже на сорок минут, и влажность джунглей медленно разъедала их снаряжение.
Хуже того, на периметре завода внезапно вспыхнули прожектора. Мертвенно-бледные столбы света полоснули по опушке леса, спугнув стаю истошно кричащих попугаев.
— Черт! Они нас заметили! — Голос Гадюки резко напрягся. — Пулеметчик на крыше зашевелился, его цель – это…
Очередь прошла почти вплотную к голове Джона Мактавиша.
Он инстинктивно нырнул в грязную яму. Пули выбивали щепу из стволов деревьев. В ПНВ было видно, как двое пулеметчиков на крыше завода ведут бешеный огонь, а трассеры, подобно красным змеям, мечутся в зарослях.
— C4! — Взревел Джон Мактавиш, перекатываясь за дерево. — Живо взорвите вход в туннель!
Двое мексиканских солдат с зарядами взрывчатки бросились вперед, но в пяти метрах от цели их скосил огонь из скрытого дота с фланга.
Джон Мактавиш беспомощно смотрел, как бронежилет одного из них рвется под пулями калибра 7.62, а внутренности вперемешку с кровавой пеной выплескиваются на каучуковое дерево.
— Ублюдки! — Он открыл яростный ответный огонь из M4A1. В тот момент, когда магазин опустел, он услышал за спиной лязг металла.
Тот самый бразильский проводник, дрожа всем телом, поднял пистолет. Черное дуло смотрело точно в затылок Мактавишу.
— Простите… — голос проводника дрогнул от слез. — Они сказали, что убьют мою семью…
Джон Мактавиш не колебался.
Резким движением он метнул тактический нож. Лезвие, вращаясь, вошло проводнику прямо в горло.
Как только тело рухнуло, он подхватил пистолет покойника и нажал на спуск, целясь в наркоторговцев, внезапно высыпавших в двадцати метрах впереди.
Когда пуля пробила лоб первому из них, он заметил на его бронежилете эмблему с головой змеи – тот самый наркокартель «Золотая змея», о котором говорилось в мексиканской разведсводке.
«Что ты за тварь такая, раз носишь змеиный язык?»
— Джон Мактавиш! Туннель слева от тебя! — Гхнул снайперский выстрел Гадюки, и голова пулеметчика на крыше разлетелась кровавым цветком. — Вижу, как из туннеля вытаскивают ящики!
Джон Мактавиш перекатом ушел в кусты. Сквозь прицел он увидел троих наркоторговцев, тащивших деревянный ящик к реке. Один из них внезапно развернулся, и реактивная струя РПГ-7 прочертила в джунглях оранжевую дугу.
— Ложись! — Рявкнул Мактавиш, прыгая в ближайшую рытвину. Ракета взорвалась в пяти метрах; взрывная волна сорвала с него шлем, в ушах нестерпимо зазвенело. Когда он попытался подняться, то обнаружил, что на правой ноге зияет глубокая рана от осколка, а кровь стекает в ботинок.
— Проклятье, я ранен! — Он сорвал тактический ремень и перетянул бедро у самого паха. — Карлос, где вас черти носят?!
В наушнике послышалось тяжелое дыхание бразильского командира:
— Еще три минуты! Держитесь!
Джон Мактавиш сорвал разорванную перчатку и, достав из аптечки шприц-тюбик с морфином, вогнал его в бедро. Боль немного притупилась. Он схватил M4A1, чтобы продолжить бой, но магазин был пуст.
— Джон, лови! — Голос колумбийского снайпера внезапно раздался совсем рядом.
Гадюка незаметно соскользнул с дерева и бросил ему магазин и гранату M67:
— Позади завода склад горючего, взорви его!
Джон Мактавиш с хищным оскалом выдернул чеку и швырнул гранату в гущу наркоторговцев, выбегающих из туннеля. В грохоте взрыва он увидел, как минимум троих подбросило в воздух. Горящий бензин хлынул по туннелю внутрь завода, мгновенно воспламенив запасы химикатов.
В свете взметнувшегося до небес пламени Мактавиш, припадая на одну ногу, доковылял до берега реки и посветил фонарем на плавающие ящики. Один из них был вспорот осколком, обнажая плотно уложенные брикеты кокаина, на каждом из которых красовалась этикетка: «Спецзаказ для испанской королевской семьи».
— Засняли? — Прохрипел он в микрофон. — Этих улик хватит, чтобы устроить встряску тем ублюдкам из Мадрида!
Ответом ему стал нарастающий гул вертолетных лопастей.
Вертолет «Черный Ястреб» бразильского спецназа приземлился на поляне. Карлос с бойцами выпрыгнули наружу, сминая подошвами горящие брикеты кокаина.
— Отличная работа, Джон Мактавиш! Однако… — он внезапно навел пистолет прямо в голову Джону. — Мексиканец, отдай то, что взял в туннеле.
Джон Мактавиш застыл. Он увидел, что на тактическом жилете Карлоса красуется точно такая же эмблема с головой змеи.
— Ты думал, почему мы «опоздали»? — Карлос ухмыльнулся, палец лег на спуск. — Товар «Золотой змеи» никто не заберет себе целиком!
В момент выстрела снайперская пуля Гадюки пробила лоб Карлосу. Колумбиец спрыгнул с дерева и швырнул последнюю гранату в тонущее судно наркоторговцев:
— Оставь свой кокаин себе, ублюдок. Нам нужны только улики.
В мутных водах Амазонки горящие ящики плыли по течению, словно цепочка фонариков, освещающих тьму. Джон Мактавиш лежал в медицинском отсеке вертолета, слушая экстренное сообщение Интерпола: в Мадриде за отмывание денег арестован глава одного из банков, в чьем сейфе нашли список счетов, предоставленный Мексикой.
— Кажется, подарок сработал, — он вырвал катетер и выудил из кармана брюк чекушку текилы. — Передайте в Мехико: в следующий раз мы разнесем логово «Золотой змеи» в щепки.
Когда вертолет пролетал над джунглями, Мактавиш видел, как внизу все еще полыхает завод, а в огне мечутся тени наркоторговцев, палящих друг в друга.
Он усмехнулся и плеснул алкоголь на рану на ноге, позволяя боли и спирту яростно столкнуться в венах.
— Вот это я понимаю – война с наркотиками, — прорычал он в ночное небо. — Пусть мадридские сучки знают: Латинская Америка – не их личный банкомат!
…
В конференц-зале президентского дворца в Бразилиа дым стоял такой густой, что в нем были видны лучи света.
Министр обороны с силой хлопнул отчетом о предательстве Карлоса по столу из красного дерева. Кофе в чашке плеснул через край, расплываясь темным пятном по документам.
— В системе федеральной полиции завелся такой паразит! — Его голос охрип от ярости, он тыкал пальцем в каждого присутствующего. — Этот подонок был не просто командиром операции, он был ядовитой иглой, которую «Золотая змея» вонзила в наше сердце! Если бы Джон Мактавиш и его люди погибли в джунглях, как бы мы оправдывались перед мексиканцами? Что бы сказали Латиноамериканскому союзу?!
Шеф федеральной полиции побледнел как полотно. Он схватил бутылку минералки и в один присест вылакал половину. Звук его кадыка в гробовой тишине зала казался невыносимо громким.
— Немедленно начать внутреннюю чистку! — Он резко встал, так что пуговица на мундире едва не отлетела. — Проверить всех подчиненных Карлоса. Заморозить все счета, связанные с «Золотой змеей». Я заставлю этих крыс, забившихся по углам, понять, что бывает за предательство родины!
Тем временем в переговорной министерства иностранных дел Бразилии, подготовленной для мексиканской делегации, воздух казался застывшим бетоном.
Герд фон Рундштедт, заместитель командира фронтовых частей, формально числящийся в Совете национальной безопасности Мексики, недобрым взглядом сверлил своего бразильского коллегу, заместителя госсекретаря по вопросам безопасности Алмейду.
— Господин Алмейда. — Голос Рундштедта был низким и резким, словно скрежет камня о камень. Он внезапно швырнул отчет о потерях. Звук скользящей по столу бумаги полоснул по ушам:
— Кровь моих людей в джунглях еще не просохла. Вы понимаете, что значит, если Джон Мактавиш останется калекой? Это лучший командир антинаркотического спецназа Мексики, воин, прошедший через ад, и он едва не погиб от рук ваших же людей!
Алмейда покрылся испариной. Он попытался взять стакан воды, но пальцы предательски дрожали:
— Генерал Рундштедт, это наша внутренняя халатность, мы…
— Халатность? — Рундштедт вскочил, и его сапоги гулко бахнули по полу. — Это, мать вашу, гниение! — Он прибавил громкости, так что карта Америки на стене, казалось, задрожала. — Змеиный жетон Карлоса пылился в архивах пять лет! На его банковский счет каждый месяц капали деньги от «Золотой змеи»! Ваши антикоррупционеры ослепли или оглохли?!
Он навис над Алмейдой, едва не брызгая тому в лицо слюной:
— Мы пришли к вам с лучшим снаряжением и разведданными, а вы пустили гадюку в нашу палатку! Пока Джон Мактавиш бился с наркоторговцами в туннелях, ваш командир подсчитывал, как прибрать товар к рукам. Это и есть ваша «гарантия безопасности»?
Алмейда дернул кадыком, пытаясь что-то вставить, но Герд фон Рундштедт жестко его оборвал:
— Молчать! Мне не нужны ваши извинения и эта показушная проверка!
Он ткнул пальцем в сторону двери:
— Проблема в том, что вы прогнили до основания! Сколько полицейских и чиновников набивают карманы деньгами наркоторговцев? Для скольких из вас интересы страны стали разменной монетой?
Он внезапно схватил кофейник и с силой швырнул его в кашпо с растением в углу. Осколки керамики вперемешку с землей разлетелись во все стороны.
— Послушайте, Алмейда, в этот раз нам просто повезло! Если бы хоть один мой человек погиб, мексиканская армия перешла бы Амазонку и выкорчевала бы все ваши притоны с корнем. И не смейте заикаться о суверенитете! Перед лицом наркоторговцев и предателей суверенитет – это просто клочок туалетной бумаги!
Лицо Алмейды стало багровым. Он порывался встать, но под тяжелым взглядом Рундштедта не шелохнулся.
— Генерал, прошу вас, успокойтесь. Мы уже создали специальную комиссию, мы обязательно…
— Успокоиться? — Рундштедт холодно усмехнулся и ткнул пальцем в грудь Алмейде. — Пока вы будете «разбираться», кокаин «Золотой змеи» уже будет в Мадриде!
Он отступил на шаг, поправил помятый мундир:
— У вас семьдесят два часа.
— Через семьдесят два часа я хочу видеть всех причастных к делам Карлоса в наручниках. Хочу видеть, как уничтожены все опорные пункты «Золотой змеи» в Бразилии. И хочу видеть список всех ваших внутренних «крыс». Не досчитаюсь одного имени или одной улики – и тогда за дело возьмемся мы!
Герд фон Рундштедт направился к двери, но на пороге остановился и, не оборачиваясь, бросил:
— Не думайте, что это угроза. Слезы, которые наши бойцы не пролили в джунглях, станут огнем, который сожжет всех предателей. Включая тех, что прячутся в ваших правительственных кабинетах.
Грохот захлопнувшейся двери заставил Алмейду рухнуть на стул.
Он смотрел на огромную карту Бразилии на стене, и ему казалось, что из зеленой чащи джунглей на него смотрят тысячи глаз, полных жадности и вероломства.
— Черт! — Выдохнул Алмейда в бессильной злобе.
…