Глава 625: «На востоке не светит – засияет на западе!»
Первая встреча двух женщин обошлась без громов и молний. Напротив, всё прошло на удивление мирно: они обменивались комплиментами, хваля детей друг друга.
Но Виктор всё равно чувствовал, как по спине струится холодный пот.
Не от страха, нет – это было чувство неловкости от того, что моральные границы оказались размыты. Древние правители, конечно, не брали в голову такие пустяки, да и на Ближнем Востоке три-четыре жены – обычное дело.
Своеобразный азарт… порока?
Минуты через четыре-пять Криста Шрёдер, видимо, ощутив давление, засобиралась уходить. Уходя, малыш помахал Виктору и Белисарии:
— До свидания, папа! До свидания, тетя!
— До свидания.
Белисария, держа своего ребенка, помахала его ручкой:
— Брут, попрощайся с братиком.
Когда дверь за ними закрылась, Виктор вытер пот со лба. Не успел он подобрать слова, как Белисария заговорила первой:
— Она и вправду красавица. У тебя хороший вкус.
— Он у меня всегда был отличным. Именно поэтому я выбрал тебя в жены.
Белисария, уже приготовившая колкость, осеклась. Ее напряженное лицо внезапно смягчилось, а гнев почти улетучился:
— Уж ты-то умеешь заговорить зубы.
Виктор с улыбкой встал, взял ребенка на руки, а затем усадил жену к себе на колени, нашептывая что-то ласковое.
Рохус Миш, заместитель шефа Секретной службы, тихонько прикрыл дверь, утер пот и, проворчав что-то под нос, удалился.
С женщинами так: достаточно пару раз приласкать словом.
Ну, а если не поможет – приласкать делом. Если ты не «скорострел», обычно удается всё уладить.
В этот момент на столе настойчиво зазвонил телефон.
Виктор легонько шлепнул Белисарию по мягкому месту; та шутливо на него шикнула. Он подошел к аппарату. В трубке раздался голос Касаре:
— Шеф, началось! Драка!
В его тоне не было тревоги, скорее азарт.
— Что случилось?
— После совещания мы повели их смотреть наши стенды. Показали проект сети 3G, планы инвестиций в транспорт, авиакосмос и интернет на ближайшие пять лет. Многие сразу захотели подписать контракты. В очереди заспорили – и понеслось.
Касаре прицмокнул:
— Оказывается, самая честная бизнес-война – это на кулаках. Шеф, вы бы видели! Ка-а-ак он ему с левой – зубы веером!
— И что дальше?
— Охрана их растащила. Но ажиотаж просто сумасшедший.
У Виктора тоже поднялось настроение:
— Они не дураки, чуют, где деньги. Скажи им, что в следующие пять лет мы вложим триллион реалов – и любая кровная вражда мигом забудется.
— Разъясни им правила. Никаких монополий в Мексике. Только совместные предприятия.
— Я уже сказал. Большинство согласно, кроме кучки упрямцев. Особенно Cisco – поставщик сетевых решений. Их шеф, Джон Чемберс, первым подписал договор и заявил, что перенесет компанию к нам в кратчайшие сроки. Говорит, просто влюбился в Мексику.
Cisco?
Виктор выудил из глубин памяти нужные сведения.
Он вспомнил, что эта компания из Сан-Хосе, Калифорния, в 2020 году входила в топ-15 самых дорогих брендов мира.
— Можешь выделить им дополнительные ресурсы.
— Понял.
Они еще немного поговорили, и Касаре повесил трубку. Судя по доносившимся крикам, там опять происходило что-то грандиозное.
Виктор покачал головой:
— Касаре всё такой же ветреный.
Белисария прижала к себе ребенка:
— Может, только перед тобой он позволяет себе быть таким искренним?
— Пожалуй. Когда мы познакомились, он собирался потащить меня к проституткам, ха-ха. До сих пор помню, как он тушевался перед девками. Кажется, всего четыре года прошло, а мир стал совсем другим.
Виктор задумчиво примолк, а затем добавил:
— Наверное, самое большое везение в моей жизни – это не то, что я захватил Мексику. А ты, дети и верные братья рядом.
Проклятье! Эти слова «бабника» точно стоило записать.
Даже если в них была лишь доля правды, Белисария окончательно растаяла. Она нежно поправила на нем одежду:
— Иди вечером к ней. Не хочу, чтобы ты считал меня просто ревнивой мегерой.
Виктор просиял и хотел было ее поцеловать, как снова раздался стук.
— Да что ж я такой занятой-то сегодня? — Рассмеялся он.
— Работа прежде всего. Я пойду.
— Да, будь осторожна в дороге.
Белисария кивнула. Выходя, она столкнулась с двумя мужчинами – один высокий, другой пониже, вылитые двое из ларца.
— Госпожа! — Хором поприветствовали ее Джефф Беннетт, глава контрразведки, и Аугустин Пшевучиль из службы новостей.
— Здравствуйте. Я уже ухожу, работайте.
Проводив ее взглядом, они услышали голос Виктора:
— Заходите.
Войдя, они увидели, как лидер щелкнул зажигалкой, прикурил и небрежно бросил ее на стол:
— Ну? Что привело вас обоих сразу?
— Сэр, наши люди нашли Нормана Шварцкопфа. Его держат в тюремной больнице Пентагона, никого не пускают. Буш-младший явно хочет сгноить его там. А Луизиана тем временем объявила о желании начать переговоры с новым правительством: мол, если им гарантируют права, они не прочь вернуться в состав США, — Аугустин Пшевучиль хмурился, его голос слегка дрожал. — Это важный сигнал. «Череповой союз» за спиной Буша вовсю давит на газ, чтобы обеспечить ему победу на выборах.
Виктор опешил от таких новостей.
Сначала бунт, а теперь переговоры?
Что за детский сад?
— А остальные штаты?
— Пол Константин Стюарт из Техаса наотрез отказался, Брамо в Иллинойсе – тоже. Но я боюсь, что при таком раскладе Буш действительно может снова всех собрать в кулак.
Джефф Беннетт подал голос:
— Шанс есть, но не стоит слишком беспокоиться. Шварцкопф оставил после себя слишком много проблем. Взять хотя бы ополчение: в одной только Аляске больше ста двадцати отрядов, не считая частных армий корпораций. Распустить их почти невозможно.
— А Буш – человек заносчивый и гордый. Он не потерпит под боком целые армии с автоматами и гранатометами, это прямая угроза Белому дому. Думаю, если он победит, гражданская война затянется надолго.
— Но расслабляться нельзя. Может, нам подкинуть деньжат еще паре американских организаций? Пусть пошумят посильнее.
Виктора осенило.
— Понятно. Вы двое пришли за деньгами, верно?
Беннетт и Пшевучиль дружно покраснели.
— Ходите вокруг да около… Актеры погорелого театра. Я уж думал, вы мне тут аналитику читаете, а вы за кошелек взялись.
— Сэр, мы ни капли не преувеличиваем, всё серьезно, — поспешил заверить Беннетт.
Виктор задумался. Характер у Буша-младшего и впрямь был крутой – в той, прошлой жизни он развязал войны в Афганистане и Ираке, едва не надорвав пуп Америке. Такие люди о последствиях не думают – просто прут напролом.
— Я поговорю с Касаре об увеличении бюджета разведки и международного агентства. Но вы тоже имейте совесть: деньги тратите со скоростью света. Вон Итан Хант уже валюту в страну пачками везет, а вы всё только обещаниями кормите. Хм-м.
Обоим стало неловко.
Впрочем, куда им до этого зверя Итана Ханта – у того парня, считай, всё в золоте, женщины сами ему деньги несут. Это талант.
— Ладно. Что там с «кротом» в Колумбии?
Операция союзников по борьбе с наркотиками там продвигалась со скрипом…
Неделю назад покушение на высшее командование восточного фронта едва не обезглавило штаб. Били точно, но снаряд оказался неразорвавшимся. Командующий, британский генерал Питер де ла Билиер, знатно перепугался.
Очевидно, завелся предатель, причем высокопоставленный!
Разведки десятка стран сбились с ног, пытаясь вычислить этого подонка.
Аугустин Пшевучиль придержал Беннетта за руку:
— Служба новостей уже обнаружила семнадцать явок Картеля Кали в Боготе и других регионах. Все они под нашим колпаком. Мы уже почти вышли на предателя в правительстве.
— Дайте нам немного времени, и мы назовем имя.
Лицо Виктора чуть разгладилось:
— Хорошо. Не хватало еще, чтобы на восточном фронте начали гибнуть генералы – это будет позор на весь мир.
— Всё, свободны.
Отсалютовав, они вышли из кабинета.
Оба чувствовали, что взмокли.
— Это ты виноват, — буркнул Пшевучиль. — Фюрер сразу раскусил твой план.
— Я виноват? Да это ты играл неубедительно! — Огрызнулся Беннетт.
Главы двух ведомств, переругиваясь, скрылись за поворотом.
…
Белый дом. Овальный кабинет.
Буш-младший с комфортом развалился в кресле, мерно покачиваясь. Он буквально кожей чувствовал тепло этого сиденья. Взяв телефон – символ власти, – он картинно произнес:
— Алло, соедините с Пентагоном, Калвин Уоллер! Приказываю всем войскам наступать на Мексику! Обрушьте на них весь ядерный арсенал! Я в порошок сотру этого сукиного сына Виктора! Северная Америка принадлежит США, а значит – мне!
Договорив, он сам рассмеялся, покачав головой.
Кайф!
Конечно, решился бы он отдать такой приказ на самом деле?
Да и Калвин Уоллер бы его не принял. Просто дурачился тут, изображая крутого парня.
Тук-тук-тук.
— Войдите! — Вежливо отозвался Буш.
В кабинет вошел спикер сената Чарльз Грассли. С каменным лицом он протянул папку:
— Сэр, это список новых сенаторов.
Буш мельком глянул на бумаги и отложил их. — Чарльз, мне кажется, ты в последнее время как-то отдалился?
— Неужели злишься, что не я сделал тебя президентом?
Чарльз Грассли остался невозмутим:
— Никак нет, сэр. Я рад, что Америку возглавляете вы.
Буш встал и замахал руками:
— Э-э, брось ты это – «возглавляете». Просто люди поверили, что в трудный час я могу взять ответственность на себя. Не волнуйся, я своих обещаний не забываю. Просто сейчас время неспокойное, ты можешь не сдюжить. Я посижу один срок, а там и тебе уступлю.
— Вот что: Мелия Крус скончалась в подземельях ФБР, этот чертов Трент Тейлор забил ее до смерти. Мое сердце обливается кровью, — Буш прикрыл рот рукой и притворно нахмурился. — Пока что возьмешь на себя кресло директора ЦРУ.
Он посмотрел на него так, будто сделал величайшее одолжение.
Грассли едва сдержал желание съездить ему по физиономии. Ах ты гад, «не сдюжу» я? А ты, значит, сдюжишь?
Уселся на Библию – и сидит крепко, ишь ты.
И что это за пост – директор ЦРУ?
ЦРУ при Тейлоре разгромили в пух и прах, людей почти не осталось. Зарубежные филиалы месяцами не видели зарплаты – говорят, агенты уже хот-догами на улицах торгуют.
И ты хочешь, чтобы я возглавил этот балаган?
Небось, просто хочешь сделать меня козлом отпущения?
Очень даже похоже.
Но Чарльз Грассли заставил себя улыбнуться:
— Спасибо, господин президент!
Это явно польстило Бушу. Он похлопал Грассли по плечу:
— Я в тебя верю.
— Если что понадобится, заходи, дружище.
Грассли вышел из Овального кабинета. Как только дверь закрылась, его лицо потемнело. Он даже не ответил на приветствия проходящих мимо людей.
Вернувшись в свой кабинет, он в ярости сорвал со стола американский флаг и принялся его рвать, извергая проклятия.
Дело было не в отсутствии выдержки. Он слишком хорошо понимал, в какой ловушке оказался.
После подписания «Двенадцати договоров» его имя смешали с грязью. Многие требовали лишить его поста спикера сената, но Буш молчал – ни ответа, ни поддержки. Вот и весь ответ.
А назначение в ЦРУ – это просто подготовка к его отставке с поста спикера.
Чарльз видел это насквозь: как только новое правительство будет сформировано, его выкинут на мороз.
Его охватила паника.
Его просто выставили как мишень для радикалов, чтобы собрать голоса. Буш-старший в свое время проворачивал такие же трюки.
— Отработанный материал! Мавр сделал свое дело! — Шептал он в ужасе.
Он схватил телефон, помедлил, а затем, взяв мобильный, заперся в туалете и набрал номер заместителя командующего Центральным командованием генерала Максвелла Сермана – того самого, с кем они вместе ездили в Мексику.
Как только на том конце подняли трубку, Грассли выпалил фразу, от которой генерал, собиравшийся справить нужду, едва не лишился дара речи.
— Послушай, Буш хочет нас убрать. Может, устроим военный переворот?!
…