Глава 6: «Подарок при знакомстве!»
— Какого ответа ты от меня ждешь?
— Или, вернее сказать, какой ответ ты хочешь услышать?
Виктор не стал ни отрицать, ни подтверждать. Он просто смотрел Касаре прямо в глаза.
Вопросы были излишни – смысл и так ясен. Вчерашний взрыв устроил он, и целью был именно Хаджис.
Касаре застыл с открытым ртом:
— Но ты же полицейский…
Виктор же, сохраняя полное спокойствие, потер пальцами что-то липкое на рукаве и поднес к носу, принюхиваясь:
— Разумеется. Я всегда был полицейским и горжусь этим званием.
Он уперся руками в стол и медленно поднялся. Лицо его вмиг стало хищным:
— Но Хаджис хотел моей смерти. И я наглядно ему объяснил: если ты обидел Иисуса, ты просто не попадешь в рай, но если ты перешел дорогу мне – ты сдохнешь сегодня же. К черту всё! В этой Богом забытой Мексике, если он ставит на кон мою жизнь, я прикончу его первым.
Касаре был буквально раздавлен этими безумными речами.
— Ты и впрямь…
— Бешеный пес? — Виктор закончил фразу за него. Он откинулся назад и весело рассмеялся, обводя пальцем столовую. — Глянь вокруг. Ты думаешь, тут много настоящих копов? Половина – засланные казачки наркобаронов, они здесь ради наживы. Им наш флаг – только задницу подтирать, он для этого слишком жесткий. И такие как мы – без связей, без дипломов, без культуры – на что нам еще рассчитывать, кроме как на собственную шкуру?
— Сейчас даже чтобы сперму сдать, диплом спрашивают! У тебя какой диплом?
— Я знаю, у тебя трое братьев и сестер, они еще учатся. Твоя мать шьет одежду на заказ. Когда ты отсылаешь зарплату домой, сколько раз в месяц ты можешь позволить себе женщину? И на каких ты тратишься? На дешевых шлюх, это же позор. А твоя бывшая? Разве она не сбежала к богатею? Будь у тебя деньги, разве она ушла бы? С деньгами ты спишь с кем хочешь. Захочешь сегодня переспать с женщиной-депутатом – просто швырни пачку купюр, и к вечеру она сама всё сделает. Деньги, Касаре, открывают любые двери.
— Будешь работать со мной?
Виктор изучал досье Касаре. Если вкратце – тот был «белым лотосом», маменькиным сынком, который всю жизнь делал то, что велят: учился, бросил учебу, сдал экзамены, пошел в полицию.
Всё вроде бы гладко, но на деле то, к чему ты идешь всю жизнь, наркоторговец покупает за пачку банкнот.
— Гарантирую: в месяц будешь иметь минимум на тысячу песо больше.
Дыхание Касаре участилось, но он не проронил ни слова.
Виктор не стал на него давить. Он встал и похлопал друга по плечу:
— Если надумаешь, заходи вечером ко мне. А насчет Хаджиса… ты ведь парень понятливый, так?
Не дожидаясь ответа, Виктор вышел.
Оставшись в одиночестве, Касаре лихорадочно соображал. Он всегда считал Виктора таким же простаком, как и он сам, но теперь понял – всё это было лишь маской.
— Эй, Касаре, ты доел или как? Пора убирать, — окликнул его дежурный по столовой, явно теряя терпение.
Тот поспешно вскочил, извиняюще замахал руками и сглотнул, глядя, как недоеденное пюре летит в помойное ведро.
В голове внезапно вспыхнула мысль.
Будь у меня деньги, никто бы не смел меня подгонять.
…
Третий сектор.
В тюрьме Альтиплано он был чем-то вроде «крепости в крепости» – полностью изолированная зона под постоянным высоким напряжением. Своя столовая, свои комнаты отдыха, свои рабочие зоны. Со стороны казалось – мышь не проскочит.
Но на самом деле – полная лажа.
Позже, когда в феврале 2014-го Гусмана все-таки поймают, его сын подкупит охрану, чтобы те передали отцу часы с GPS-маячком. А затем за год и пятьдесят шесть миллионов долларов снаружи прокопают туннель длиной в полтора километра на глубине десяти метров. С освещением и вентиляцией.
И 12 июля 2015 года Гусман снова эффектно сбежит прямо под прицелом камер!
Так что мексиканская тюрьма – это просто дурной анекдот.
Если ты не сбегал отсюда пару раз, какой ты к черту наркобарон?
Но внешне Третий сектор выглядел внушительно. На входе Виктора ждали четыре уровня проверки: сверка имени, фото и полный личный досмотр на предмет запрещенки.
Когда с формальностями было покончено, его привели к начальнику сектора – Кона Веласкесу, коренастому старшему сержанту внутренней службы.
— Добро пожаловать, сержант Виктор, — дружелюбно приветствовал тот и первым протянул руку.
Виктор прищурился. Встречая нового начальника, он всегда старался «прощупать почву» – так спокойнее.
Кона Веласкес.
Мужчина.
Родился в 1952 году в Монтеррее, Нуэво-Леон.
…
С тридцати одного года возглавляет Третий сектор Альтиплано.
Криминальные очки: 1500.
Это примерно как пять Хаджисов или полтора Милла Бэйрда.
И дело не в том, что он был свирепее тех двоих. Просто его влияние было куда масштабнее, а за спиной стоял тесть – шеф полиции штата Синалоа.
Ого-го…
Пока он исправно потакает Картелю Синалоа, он здесь – царь и бог.
— Слышал, ты был ранен? Ну как ты? Идешь на поправку? — Осведомился Кона Веласкес с видом старого доброго приятеля.
— Намного лучше, сэр. Спасибо за заботу.
Тот кивнул, листая его личное дело:
— Эти ублюдки совсем страх потеряли. Я слышал, этот Хойл – мелкая сошка из Картеля Залива. Будь осторожен, если что-то понадобится – обращайся.
Виктор мгновенно всё понял.
Синалоа и Картель Залива были на ножах, вечно грызлись за рынок. Сегодня ты убил мою мать, завтра я – твою любовницу. Как говаривал Гальярдо при аресте: «Без меня звери окончательно сорвутся с цепи!»
Виктор не был дураком и не собирался отвергать предложенную дружбу. Наживать себе врагов на каждом шагу – удел идиотов.
— Тогда я буду рассчитывать на вашу поддержку, сэр…
Он взял со стола зажигалку и поднес огонь к сигарете, которую как раз достал Кона Веласкес.
Умеренная лесть – залог долгой жизни.
Гордость?
Она ничего не стоит.
Гусман, пока не прославился, машины угонял.
Разве хоть один большой босс поднялся легко?
Если у тебя чего-то нет с рождения, в этой жизни придется туго. Но если ты не согласен с судьбой, придется многим поступиться.
Например, достоинством.
Разговоры о достоинстве среди мексиканской бедноты – это ли не курам на смех?
Кона Веласкес явно остался доволен поведением Виктора. Выпустив клуб дыма, он продолжил:
— В Третьем секторе был заместитель, но его пристрелили в уличной потасовке, пока он был в отпуске.
— Теперь ты займешь его место. Распределение караулов, перекличка заключенных, инвентаризация оружейной комнаты…
Это давало куда больше власти, чем во втором секторе.
— Порядок должен быть во всем. Пока эти наркобароны не пытаются покинуть камеры, пусть делают что хотят. Если попросят презервативы – обеспечь их.
Виктор не лез на рожон. Он вел себя тише воды, ниже травы, всем видом показывая: «Я человек новый, ничего не знаю, как босс скажет – так и будет».
— Пусть тебя проводят в твой кабинет, — Кона Веласкес нажал кнопку на селекторе. — Анна, зайди.
Из динамика донесся ответ.
Голос был приятный, да и фигура, судя по всему, должна быть на высоте.
Спустя пару минут в дверь постучали. Ритмичный стук каблуков возвестил о прибытии гостьи. Виктор обернулся и увидел высокую женщину в полицейской форме. Ее формы буквально рвались наружу из-под тесного кителя.
Зрелище было захватывающее.
Мужчина ведь первым делом на грудь смотрит, так?
А уж потом в душу заглядывает.
— Анна, это Виктор Карлос Вьери, новый заместитель начальника Третьего сектора.
— Здравствуйте, сэр, — Анна отдала честь, и при этом ее бюст так многозначительно качнулся, будто жил своей жизнью.
Эта женщина явно знала свои сильные стороны и умела ими пользоваться.
— Я руководитель группы психологической помощи. Если возникнут телесные или душевные потребности – я к вашим услугам.
В Третьем секторе есть и такое?
Почему-то это прозвучало так, будто она предлагает совсем другие услуги.
Виктор моргнул.
Информация о ней всплыла мгновенно.
Ознакомившись с ее «биографией», Виктор всё понял и невольно усмехнулся.
Он не ошибся: Анна действительно приторговывала собой. Она принадлежала к организации «Ночные кошки», подконтрольной Хуаресу. Их бизнес процветал прямо в стенах тюрьмы, предоставляя интимные услуги местным авторитетам.
Одна такая услуга стоила от нескольких сотен до тысячи долларов.
На одном этом Тихуана зарабатывала миллионы в год.
Черт!
Абсурд крепчал с каждой минутой.
Неудивительно, что многие наркобароны даже не против посидеть. В тюрьме они в безопасности, при этом продолжают рулить своими империями, а комфорта здесь побольше, чем на воле. Главное – не давать шестеркам слишком много воли, как это случилось позже с «Лос-Зетас».
— Проводи сержанта Виктора в кабинет, — распорядился Кона Веласкес. — А мне пора на совещание.
Анна с улыбкой кивнула.
Когда они вышли, Анна пошла впереди, покачивая бедрами так вызывающе, что любой вентилятор бы позавидовал. Она открыла дверь соседнего кабинета:
— Сержант Виктор, вот рабочее место вашего предшественника. Посмотрите, если что-то не нравится – я прикажу выкинуть.
Виктор огляделся. Внутри было чисто, книжный шкаф ломился от мировой классики, он даже приметил пару китайских томов.
Он наугад выдвинул ящик стола и увидел там пухлый конверт. Бровь его невольно поползла вверх.
— Вчера прошел слух, что в Третьем секторе новый начальник. Это подарок от господ за знакомство…
Под «господами», очевидно, подразумевались наркобароны.
Виктор приоткрыл конверт – внутри пестрели купюры.
— Здесь ровно пятьдесят тысяч песо, — добавила Анна, внимательно наблюдая за молодым офицером.
Тот изобразил крайнее удивление, и в душе Анны шевельнулось чувство превосходства.
— Анна… — Виктор взглянул на ее погоны. — Младший сержант, не могли бы вы мне помочь?
— Разумеется…
Анна расплылась в кокетливой улыбке, уже готовая расстегнуть пуговицу.
— Не могли бы вы уточнить: из этих пятидесяти тысяч кто именно из господ внес долю, а кто решил воздержаться?