Глава 579: «Я, Ви, вхожу в Америку!»
Сафари-парк Сан-Диего.
Основанный в 1916 году, он являлся одним из крупнейших зоопарков мира: более восьмисот видов и свыше четырех тысяч животных.
Кроме того, это было одно из немногих мест на планете, где обитали гигантские панды!
Когда мексиканская артиллерия только готовилась к обстрелу, командующий гарнизоном Сан-Диего Максимилиан Шоу поспешно ретировался. Сначала он планировал добраться до аэропорта, но небо уже было блокировано мексиканцами. Опасаясь быть сбитым, он не нашел ничего лучше, как увести четыреста гвардейцев в сафари-парк.
— Ау-у-у! — Раздался в темноте чей-то звериный крик.
Солдаты вздрогнули. Одурманенный Максимилиан Шоу дернулся и чуть не вывалился из джипа – адъютант едва успел подхватить его за локоть.
— Где мы? — Прохрипел генерал.
— Примерно в тридцати километрах от города, — прикинул в уме адъютант.
Максимилиан Шоу облегченно выдохнул и потер ноющую поясницу:
— Сделаем привал. Пусть люди отдохнут и перекусят.
Адъютант оторопел:
— Но сэр… мексиканцы дышат нам в затылок…
— Успокойся. Они сейчас заняты дележкой Сан-Диего. Им не до нас.
Генерал Шоу покачал головой и выбрался из машины. Сделав всего пару шагов, он запыхался. Кивнув адъютанту, он спросил:
— У тебя есть «то самое»?
Тот замялся, но все же достал из багажника пакет с надписью «Ад №2».
Прямо там они начали готовить дозу…
Окружающие солдаты смотрели на это безучастно. Дисциплина в американских войсках давно стала притчей во языцех.
В японской префектуре Окинава за последние десять лет сотни американских солдат проходили по делам об изнасилованиях, что вызывало массовые протесты; местные жители называли их не иначе как «сексуальными террористами».
С началом гражданской войны в США в армию стали загребать и откровенно криминальный элемент.
Туда же влились и мексиканские «перебежчики» – в штабе гарнизона Сан-Диего хватало бывших членов наркокартелей из Хуареса и Тихуаны. Это была одна из причин, почему при первом же серьезном ударе они бросились наутек.
Максимилиан Шоу сделал пару затяжек, и кайф ударил ему в голову. Он блаженно выдохнул, пошатываясь, поднялся на ноги. Адъютант хотел было его поддержать, но генерал отмахнулся:
— Не… не надо. Пойду отолью.
Спотыкаясь, он скрылся в придорожных зарослях.
— Твою мать, — выругался адъютант. Он сунул сигарету в зубы и уже чиркнул зажигалкой, как вдруг тишину разорвал истошный вопль.
— А-а-а-а-а-а!!
Крик спугнул птиц, дремавших на ветках; они с шумом сорвались с мест. Солдаты, сидевшие на обочине, испуганно переглянулись.
Лицо адъютанта мгновенно побледнело. Он выронил сигарету и вскинул автомат:
— Командир!
Он бросился в чащу, гвардейцы рванули следом.
То, что они увидели в лесу, заставило их кровь застыть в жилах.
Две пумы терзали тело Максимилиана Шоу. Земля вокруг была взрыта и залита кровью; генерала буквально превращали в фарш.
— Огонь! Быстрее! Пристрелите этих тварей! — Взревел адъютант.
Гвардейцы передернули затворы и полоснули очередями. Хищники, напуганные вторжением толпы «прямоходящих обезьян», сначала лишь глухо ворчали, защищая добычу, но против свинца они были бессильны. Десятки пуль изрешетили зверей в мгновение ока.
Какими бы грозными ни были львы или пумы, они всего лишь плоть и кровь. Издав предсмертный хрип, обе кошки рухнули замертво, но даже их трупы внушали такой трепет, что солдаты не сразу решились подойти.
Адъютант подбежал к Шоу. Нижняя часть тела генерала была изорвана в клочья. — Медика! Живо медика! — В панике закричал он.
Хвать!
Умирающий генерал железной хваткой вцепился в его руку, его глаза были широко распахнуты:
— У меня… у меня задница горит…
Он дернулся в последний раз и затих.
— Сэр! Сэр!! — Адъютант тряс его за плечи, голос его сорвался. Такая нелепая смерть…
Быть сожранным пумами в зоопарке?!
Вид мертвого командира окончательно подкосил солдат. На смену растерянности пришел леденящий душу страх – чувство потерянности без вожака затопило их сознание.
— Бежим!
Эта мысль вспыхнула в головах одновременно. Стоявшие сзади первыми бросились к машинам. Рев моторов, визг шин – джипы рвали с места, бросая тех, кто не успел среагировать. Четыре сотни человек в считанные минуты превратились в горстку дезертиров.
— Заместитель командующего, что нам делать? — Дрожащим голосом спросил майор. Их осталось не больше тридцати человек.
Адъютант вытер глаза – похоже, он действительно был привязан к Шоу. Бросив последний печальный взгляд на тело, он глухо произнес:
— Сдаемся. Нам не уйти.
С этими словами остатки отряда окончательно сникли. Люди повалились на землю, подавленные и опустошенные.
Когда передовой взвод роты 3-го полка Хайнца Ланмердинга настиг беглецов, мексиканцы увидели странную картину: на обочине сидит группа американцев, а перед ними лежит труп.
Адъютант поднялся навстречу вышедшему вперед капитану. — Заместитель командующего гарнизоном Сан-Диего Фо Томассон, — он тяжело вздохнул. — Сдаюсь вместе со своими людьми.
Заместитель командующего?
Командир роты оторопел от неожиданности, а затем расплылся в улыбке. Крупная рыба!
Целый генерал-майор!
В современной войне нечасто удается взять в плен генерала живьем.
— А это тогда кто?
— Командующий гарнизоном Сан-Диего генерал-лейтенант Максимилиан Шоу.
— Мы просим соблюдать в отношении нас нормы Женевской конвенции…
— Хватит, хватит! — Прервал его мексиканец. — Избавь меня от этой болтовни. Жить вам или нет – решит Вождь. Скажу прямо: хотите сдаваться – сдавайтесь, не хотите – будем воевать дальше. За мертвых нам больше наград выпишут!
Фо Томассон увидел, как у молодых мексиканских солдат загорелись глаза.
Они только и ждали повода нажать на спуск.
Сердце его екнуло. Он опустил голову и горько кивнул:
— Мы сдаемся.
— Увести их!
…
18 июня, восемь часов вечера.
Мексиканская сторона официально объявила о взятии Сан-Диего.
— В ходе доблестных действий наших войск уничтожен 721 солдат противника, в плен взято 3677 человек. Ликвидирован командующий гарнизоном генерал-лейтенант Максимилиан Шоу, захвачен в плен заместитель командующего Фо Томассон. Подразделения по поддержанию порядка взяли город под контроль, введено военное положение!
Три с половиной часа…
Сан-Диего пал?!
Кабинет губернатора в Сакраменто.
Свет горел во всех окнах. В обычное время в этот час в здании не осталось бы ни души – чиновники уходили домой строго по расписанию, и заставить их переработать было невозможно.
Грох!
— Ничтожества! Трусы!!
Губернатор Эгиптус Руис в ярости швырнул на пол любимую нефритовую вазу. Она разлетелась на куски. — В Сан-Диего было больше трех дивизий! Три дивизии! И все сбежали?! Командующего прихлопнули, как муху? Столько людей не смогли удержать один город?!
— Да если бы там было три дивизии свиней, Виктору понадобилось бы больше времени, чтобы их переловить!
Бегство без боя… позорнейшее клеймо.
На самом деле в Сан-Диего дислоцировалось более пятидесяти тысяч моряков, ведь этот порт имел стратегическое значение. Но после отделения Техаса Пентагон, опасаясь, что Калифорния с такими силами тоже решит взбунтоваться, перебросил флот в другие места.
А те три дивизии, что остались защищать город, состояли частично из 49-й бригады военной полиции – единственной бригады Национальной гвардии Калифорнии, чьи задачи сводились к помощи при пожарах и охране правопорядка. Остальные же были набраны из сомнительного сброда.
Всю элиту Пентагон вывел заранее.
— Норман Шварцкоф погубил меня!
Глаза губернатора Руиса налились кровью, он походил на впавшего в раж игрока. Он схватил стоящего перед ним вице-губернатора за лацканы:
— На базе Ванденберг еще остались межконтинентальные баллистические ракеты «Минитмен-III»? Стереть Сан-Диего с лица земли!
— Я приказываю: уничтожить Сан-Диего!
Вице-губернатору очень хотелось потрогать лоб начальника – не начался ли у того бред.
Ты что, совсем спятил?
— В Сан-Диего расположены штаб-квартиры LS Power, Sapporo-Stone Brewing и множества других корпораций, — вице-губернатор сохранял удивительное спокойствие. Он лишь слегка повел бровью.
В крайнем случае – всегда можно сдаться. Если сопротивление не сулит выгоды, капитуляция – лучший выход. Тем более, у него были свои каналы связи с Брамо.
Эгиптус Руис замер:
— Э-э…
Почувствовав, что хватка губернатора ослабла, его заместитель продолжил:
— Сэр, Окленд тоже пал, «Черные пантеры» заняли мэрию. Калифорния в руинах. У нас два пути: собрать остатки резервистов в Тастине и на авиабазе Неллис для решающего боя с мексиканцами…
— Либо сдаться.
— Сдаться?!
— Губернаторы Калифорнии не сдаются! Ты хочешь, чтобы меня пригвоздили к позорному столбу, как тех чернокожих?!
Он имел в виду роту «Си» 24-го пехотного полка 25-й дивизии США – полностью чернокожее подразделение, которое во время Корейской войны попало в окружение и сдалось в полном составе. Этот случай стал одним из редчайших примеров массовой сдачи целого подразделения в истории американской армии.
Позже полк был расформирован. Такое пятно не смывалось даже либеральными ценностями янки.
— Собирайте войска у Хантингтон-Бич, Санта-Аны и Лонг-Бич. Стройте линию обороны. Требуйте помощи у Пентагона, просите поддержки у Невады, Орегона и Нью-Мексико!
— Нет-нет, я сам позвоню.
— Я заставлю их понять: когда падет мой дом, пламя перекинется и на их порог.
Руис, конечно, не хотел сдаваться. Он сам метил в кресло президента. Он не примкнул к Техасу только потому, что надеялся выжать побольше ресурсов из Пентагона. Но когда куш был уже почти в руках, вломились мексиканцы.
Твою мать!
Виктор, чтоб ты сдох!
Вице-губернатор, глядя на суету шефа, молча вышел из кабинета.
У дверей он закурил.
На самом деле внутри него не было того спокойствия, что он демонстрировал. Глядя сквозь окно коридора на луну, он затянулся и прошептал:
— Двоюродная бабушка Брамо вышла замуж за моего дядю… Кем мне тогда приходится Брамо? А кем Виктор?
Что ж… связи уже начали налаживаться.
…
Тем временем в Мехико.
Грохот петард, ликование толпы. На всех улицах люди вскидывали руки, празднуя победу. Бары, массажные салоны, караоке и даже бордели «серой зоны» объявили день открытых дверей – всё бесплатно!
Полуголые, изрядно выпившие молодые люди, обнявшись за плечи, прыгали и скандировали имя Виктора.
Полицейские в отдалении спокойно наблюдали за этим, сами наслаждаясь редким моментом всеобщего счастья.
А сам Виктор…
Он отклонил предложение Касаре устроить торжество.
Он засел в командном центре министерства обороны.
— Американские войска в Калифорнии кажутся небоеспособными, но я уверен: Пентагон костьми ляжет, чтобы их спасти. Возможен налет элиты – батальона военной полиции 18-го воздушно-десантного корпуса или 82-й дивизии на Сан-Диего. Или же контрудар со стороны Соноры, чтобы сковать наш правый фланг, — высказал опасение начальник сухопутных войск Зигмунд Лист.
— Кто командует прикрытием в Соноре? — Спросил Виктор.
— 337-й корпус. Прежний командир, Людвиг Бек, переведен на должность военного советника к Брамо. Сейчас командование принял генерал-майор Карл фон Бюлов, — тут же ответил кто-то из офицеров.
— Фон Бюлов человек надежный, он с нами с самого начала. С ним проблем не будет. Но я считаю, что нам нужно опасаться внезапного вмешательства из Нью-Мексико. Наши части входят в Калифорнию из Соноры, и если враг перережет коммуникации, последствия будут катастрофическими.
Начальник Генштаба Горацио Герберт Китченер выдвинул иную версию развития событий.
Присутствующие согласно закивали.
— Мы должны четко осознавать нашу стратегическую цель. Нужно вовремя остановиться. Дойдя до окраин Оушенсайда у Сан-Диего, мы соединимся с Мессой на западе. Это позволит рассечь штат на север и юг. Половины Калифорнии нам хватит для «переваривания» на какое-то время. А когда союзники по «Антипентагоновской коалиции» начнут действовать, мы одним махом заберем остальное вместе с Нью-Мексико.
— Это как с собакой: если перекормить, а потом не дать еды – она зарычит. Но если держать ее впроголодь, а потом внезапно дать жирный кусок – она будет удивлена и счастлива. Наша задача – провоцировать, но не загонять их в угол окончательно. Губернатор Эгиптус Руис – человек нерешительный, этим надо пользоваться.
Стратегия была утверждена заранее, и менять ее просто так не стоило.
— Действуем по первоначальному плану. Блюдо уже на столе, никуда оно не денется, — подвел черту Виктор, осаживая аппетиты подчиненных.
Обернувшись к секретарше, он попросил:
— Организуй какой-нибудь перекус.
Та поспешно кивнула.
— Босс, Гордон Мур из Intel хочет поговорить с вами, — подошел Касаре с телефоном в руке.
— Ха-ха! Посмотрите на них. Вот оно, истинное лицо капиталистов. Мы еще ничего не решили, а он уже в панике. Дайте угадаю, зачем он звонит!
…