Глава 573: «С какой позиции ты со мной разговариваешь?!»
— Огонь! Открывайте огонь!
В объективе камеры…
На границе Сальвадора и Гондураса.
Вооруженные отряды безжалостно расстреливали бегущую толпу.
Всюду стоял плач, перемежающийся пронзительными криками.
Маленькая девочка с заплетенными косичками стояла подле трупа и горько рыдала. На ней было платьице в цветочек – мать наверняка очень любила её. Лицо ребенка залила кровь, а в глазах застыл первобытный ужас.
— Это резня! Геноцид, направленный против мирного населения! — Представитель Гондураса вскочил с места и яростно взревел. Лицо его побагровело, он кричал на окружающих:
— В чем их вина? Почему они должны устилать своими телами пустоши? Если вы мужчины – выйдите один на один, а не прячьтесь в тылу, расстреливая стариков, женщин и детей!
Представитель Сальвадора, покрывшись испариной, лишь что-то невнятно лепетал.
Он и сам не мог взять в толк, что творится в головах у этих идиотов на родине. Разве они не должны были громить наркоторговцев и банды?
С чего вдруг они начали палить по соседям?
Разве это не ставит всё с ног на голову?
— Мы решительно требуем стабильности и мира в регионе. Более того, у нас есть подозрения, что Мексика играет в этом деле ключевую роль.
— Мы требуем, чтобы ООН вмешалась и провела расследование!
Как только представитель Гондураса закончил речь, в зале заседаний воцарилась гробовая тишина.
Специальный комиссар ООН Иоахим Риббентроп и его заместитель Артур Циммерман одновременно подняли головы. Переглянувшись, они синхронно усмехнулись. Забавно, право слово, забавно.
— Мексика крайне скверно справляется с обеспечением региональной безопасности. Она буквально повсюду сеет провокации и развязывает войны. Это не поведение ответственной державы.
— Бомбардировки Картеля Медельин, ввод войск в Белиз – в нынешних реалиях это чистой воды агрессия. И именно благодаря поддержке Мексики Сальвадор осмелился напасть на своих соседей.
Гондурасец разве что не сказал прямым текстом: Мексика – это раковая опухоль.
За те десять с лишним минут, что длилось его выступление, добрых три четверти времени он посвятил критике мексиканцев…
Когда он сел, его грудь всё еще тяжело вздымалась, словно он был на грани сердечного приступа от ярости.
— Господин, разве мы не вставим пару слов? — Вполголоса спросил помощник, стоявший за спиной представителя Сальвадора.
— Хе-хе, не спеши. Сейчас нам лучше просто посидеть и посмотреть шоу. Гляди, мексиканец поднял руку.
Генеральный секретарь Бутрос Гали, увидев поднятую руку заместителя главы мексиканской делегации Артура Циммермана, лишь беспомощно поморщился. Краем глаза он взглянул на представителя Гондураса: «Ну и зачем ты его раззадорил?»
Но раз человек поднял руку, игнорировать его нельзя. Скрепя сердце, генсек сделал приглашающий жест.
Иоахим Риббентроп выпрямился и поправил микрофон:
— Благодарю, господин генеральный секретарь.
— Мы с крайним недоумением выслушали критику со стороны Гондураса. Всем известно, что Мексика является важнейшей силой, поддерживающей стабильность в Латинской Америке. Наш главный принцип – взаимное уважение и равенство. И вот сторона Гондураса позволяет себе огульные обвинения, вешает ярлыки и беззастенчиво нападает на нас. Кто дал вам такое право? Кто наделил вас такой смелостью? Вам стоит взглянуть на себя и подумать: достаточно ли вы значимы, чтобы заставить Мексику выйти на арену?
— Дамы и господа, если Мексика захочет развернуться в Латинской Америке в полную силу, скажу прямо: никто не сможет её остановить. США едва сводят концы с концами, Канада слаба и покорна, Бразилия – наш союзник по ПИРЧ. Кто остается? Гондурас?
— Вы уповаете на тех самых янки? В 1910 году американские компании финансировали наемников для государственного переворота, чтобы свергнуть правительство Гондураса ради своих экономических выгод. В восьмидесятых Гондурас стал плацдармом США в борьбе против левого режима Никарагуа. Здесь обучали карателей из Сальвадора и поддерживали контрреволюционеров. Все эти действия привели к тому, что ваши силы безопасности на десятилетия сплелись с внешним влиянием. Так кто на самом деле разрушает мир в регионе?
— Авиабаза Сото-Кано и вовсе превратилась в перевалочный пункт наркотрафика Центральной Америки. Вы думаете, я об этом не знаю? Если бы я действительно решил помочь Сальвадору, ход войны был бы совсем иным. Голова вашего президента уже валялась бы в пыли, раздавленная вместе с головами наркоторговцев.
Иоахим Риббентроп хмыкнул. Его слова были слишком откровенны, лицо представителя Гондураса стало мертвенно-бледным.
— Если вы хотите быть цепными псами американских наркоторговцев – стойте смирно и ждите, когда мы придем на зачистку. Если же хотите быть людьми – возвращайтесь и закройте американские базы. Знайте: борьба с наркотиками – это заветная мечта Вождя Виктора и двухсот миллионов мексиканцев. Никто и ничто не сможет нас остановить.
— Прежде чем мешать Мексике, подумайте о том, в каком состоянии сейчас находятся США.
В зале звучал только его голос.
— Браво!
Главный союзник, представитель Кубы, неистово зааплодировал.
— Мы никогда не стремимся к вторжению или уничтожению какой-либо страны. Пока вы боретесь с наркотиками, мы готовы инвестировать в ваши железные дороги и медицину. Человечество всегда стремится к миру, но на пути к этому миру наше оружие заставит замолчать тех, кто не желает нам верить.
— Благодарю!
С холодным лицом Иоахим Риббентроп отодвинул микрофон, не сводя пристального взгляда с гондурасца.
— Может, когда всё закончится, я возьму людей и прижму его где-нибудь? — Прошептал сзади заместитель Артур Циммерман.
Сидящий рядом японец вздрогнул.
Его и без того опущенная голова склонилась еще ниже, но пальцы так сильно сжали ручку, что та издала жалобный хруст.
«Бандиты! Подонки! Мафия! Бака-яро!»
— Зажать в туалете и поколотить? Слишком мелко, — не сдерживая смеха, ответил Иоахим Риббентроп, указывая на американцев вдалеке. — Мы будем тыкать их носом в грязь и поносить при янки. Посмотри, представитель США готов голову в штаны спрятать.
Действительно…
Прежде надменный американец теперь сидел съежившись, с мрачным выражением лица.
— Похоже, он уже на пределе. Не дойдет ли до драки, когда мы выдвинем наше предложение?
— До драки? — Риббентроп усмехнулся. — Если я сегодня не переломаю ему ребра, можете звать меня задом наперед.
С этими словами он внезапно встал:
— Господа!
Подобное поведение было вопиющим пренебрежением к протоколу ООН.
Но поделать было ничего нельзя…
Все знали, что Франция окончательно сдала позиции. В конце апреля два истребителя «Рафаль» вошли в воздушное пространство Гаити – французы всё никак не могли расстаться с этой землей. Но кто же знал, что местные наркоторговцы примут их за мексиканцев и просто-напросто собьют!
Акции компании «Дассо» рухнули в одночасье.
С момента первого полета в 1986 году это была их первая потеря в бою. И какая позорная! Сбили их не в воздушной дуэли, а из обычного переносного зенитного гранатомета…
Разве французы посмеют теперь подать голос?
Русские всё еще зализывали раны.
Британец хотел было что-то вставить, но Мексика на него и не взглянула. А другой «Кролик»…
Тот сидел, ковыряясь в ногтях, с цветущим видом и олимпийским спокойствием. В плане вооружений Мексика оказала ему немалую техническую поддержку, так что выступать против он точно не собирался.
Кролик и Хохлатая каракара (Мексика) были похожи в одном: у них не было тех амбиций, что у США. Мир велик, в нем хватит места для всех.
А такие, как США, стремящиеся к единоличному господству, неизбежно получают по рукам.
Если ты не даешь другим и глотка супа, даже НАТО начнет роптать.
Иоахим Риббентроп провозгласил:
— Я предлагаю включить Республику Техас и Иллинойсскую Республику в состав ООН в качестве новых полноправных членов.
Едва эти слова сорвались с его губ, зал взорвался криками!
Американец, доселе прикидывавшийся ветошью, больше не мог сдерживаться. Он вскочил:
— Невозможно! Это абсолютно исключено!! Это раскол Соединенных Штатов!!
— У Техаса и Иллинойса есть свои законы, своя земля и своя воля. Мы уважаем их выбор.
— Нет!
— Я никогда этого не позволю!!
Риббентроп посмотрел на него с нескрываемым презрением:
— Господин Эл, если бы громкость голоса имела значение, вам следовало бы заставить Пентагон вернуть земли, а не орать на меня здесь. Я лишь вношу предложение.
— Я вижу твой злой умысел! Ты хочешь уничтожить США, чтобы ваша Мексика воцарилась в Северной Америке, верно? Это гегемонизм!
— Это не по-демократически, — Иоахим Риббентроп глубоко вздохнул и, скривив губы, произнес фразу, которую так любили сами американцы.
Что?!
Окружающие впали в ступор. Кто здесь на самом деле кого притесняет?
Видя, что словесная перепалка переходит в опасную близость, генеральный секретарь Бутрос Гали почувствовал невыносимую усталость. За время его полномочий эта мексиканская банда избивала других не меньше десятка раз.
Хотя в большинстве случаев первыми начинали другие.
Но мексиканцы еще ни разу не проигрывали в таких стычках – сломанных ребер хватило бы на целую кастрюлю костного бульона. Пресса и общественность считали Бутроса Гали самым никудышным генсеком, но он действительно ничего не мог поделать. Кому из присутствующих он мог противостоять?
ООН…
Всего лишь игрушка в руках сильных мира сего. А Мексика – это шило в мешке, которое слишком явно выпятилось наружу.
— Заседание закрыто! Расходимся!
Понимая, что сейчас начнется потасовка, он застучал молотком, призывая охрану.
В зале ООН воцарился невообразимый хаос!
На сей раз американцы действительно пришли в неистовство. Если позволить Техасу и Иллинойсу вступить в ООН, Северная Америка превратится в лоскутное одеяло из десятков стран. Куда тогда США девать свой престиж?!
Компромисс был невозможен.
Впервые эта новость появилась 20 мая в одной бразильской газете, а затем стремительно разлетелась по всему миру.
Пресс-служба Пентагона заявила: «Мексике следует следить за своим поведением. Столь разочаровывающие действия безответственны. Мы надеемся, что Мексика одумается ради собственного блага!»
Отчего же эти слова звучали так нелепо?
Один бандит просит другого не перегибать палку.
Что такое? Боитесь, что вас изнасилуют?
Норман Шварцкопф еще сохранял остатки здравомыслия, но калифорнийские реднеки дружелюбием не отличались.
Тем же вечером толпа из сотни реднеков окружила «Мексиканское командование в Сан-Диего». Они начали слепить часовых и светить в окна мощными прожекторами и цветными фонарями.
Полиция и палец о палец не ударила, лишь наблюдая издалека.
— Включите свет, светите на них! — Выкрикнул с крыши командир Луи дЭспере. Стоящий рядом солдат вздрогнул от неожиданности и, не так поняв приказ, лязгнул затвором тяжелого пулемета. Резкий звук досылаемого патрона заставил командира оторопеть.
— Я сказал – светить на них прожекторами! Не стрелять! Не стрелять! — Поспешно крикнул он, боясь, что подчиненный даст очередь. Солдат лишь смущенно ухмыльнулся…
Молодые бойцы жаждали подвигов.
Но если те, кто наверху, проявляют сдержанность, станут ли сдерживаться американцы внизу?
Как известно, радикальные реднеки, индийцы и корейские «оппы» – это три самых мужественных сообщества в мире: одни тверды, другие тягучи, а третьи виляют задом и хихикают.
Они начали швырять в здание штаба самодельные бутылки с зажигательной смесью.
— Вперед! Врывайтесь, вышвырнем их! Америка должна быть свободной!! — Выкрикнул кто-то из толпы. Разгоряченные реднеки навалились на ворота, и когда те поддались, с диким ревом хлынули на территорию командования.
Тут уж и полиция снаружи занервничала…
«Мать вашу…»
«Откуда у вас такая прыть?»
«Одно дело орать лозунги, и совсем другое – лезть на рожон!»
— Быстрее, зовите подкрепление! — Приказал офицер, лихорадочно докуривая сигарету. Молодой полицейский, дрожащими руками выхватив рацию, только собрался нажать на кнопку, как вдруг…
Тра-та-та! Тра-та-та-та-та!!
— Ложись! Всем на землю! — Офицер рванул напарника вниз.
— Стреляют?! Мексиканцы открыли огонь!
Тяжелые пулеметы на крыше начали косить толпу. Сверху вниз, словно бешеных собак. Солдат, упершись ногой в парапет, не отпускал гашетку.
Всего за две минуты сотня реднеков превратилась в груду окровавленных тел в лужах крови. Повсюду валялись оторванные конечности…
Командующий Луи дЭспере помрачнел:
— Звоните в Мехико, доложите о случившемся. И передайте нашим партнерам: если они хотят эвакуироваться, пусть делают это немедленно.
Адъютант понимал – дело приняло скверный оборот.
Калифорния этого так не оставит.
А ведь на этой базе в Сан-Диего, помимо мексиканцев, были и кубинцы, и люди с Дальнего Востока – хотя официально все они числились «мексиканскими подданными».
Через десять минут батальон пехоты, дислоцированный в Сан-Диего, выдвинулся к зданию штаба и окружил его.
Почувствовав в воздухе густой запах крови, майор Калвин Мартин непроизвольно дернул щекой. Его адъютант лишь твердил: «Боже мой, Боже мой…»
— Командир батальона, отдайте приказ! Разнесем их тут всё, это уже за гранью добра и зла!
— А последствия? — Сухо спросил Мартин.
Адъютант опешил:
— Что?
— Если вспыхнет полномасштабная война, кто ответит? Мы их уничтожим, но на том берегу Рио-Гранде стоит целый мексиканский корпус, меньше чем в пятнадцати километрах отсюда. Ты с ними сладишь?
— И что, так и позволим им издеваться над нами? — Вскричал адъютант.
— Всё ради общего блага, — прищурившись, бросил майор Калвин Мартин.
…
Губернатор Калифорнии Эгуптос Руис стремительно вошел в свой кабинет.
— Что произошло?!
— Толпа окружила мексиканское командование в Сан-Диего. Мексиканцы открыли огонь, больше сотни убитых, — отрапортовал помощник.
— Свяжите меня с Виктором. Я хочу лично спросить его, как он следит за своими подчиненными! Твою мать, что он творит?! — Руис был в бешенстве.
Допросить Мексику? Да, он потребует ответа.
Если он не добьется объяснений, то что, Калифорния теперь – это Флорида?
Помощник встрепенулся:
— Будет сделано!
Через десять минут он вбежал обратно и сообщил, что связь установлена.
— Все вон, — Руис махнул рукой.
В кабинете он остался один.
Он глубоко вздохнул, желваки на его лице заходили ходуном, а затем всё его естество преобразилось. Гнев сменился подобострастной улыбкой.
— Господин Виктор, добрый вечер! Ха-ха-ха, вы уже ужинали? Э-э, я имею в виду ночной перекус, ха-ха-ха…
…