Глава 556: «У меня есть друг, он умеет водить самолет»
Калифорния, Окленд.
Один из самых криминальных городов США, где уровень преступности всегда зашкаливал.
Особенно после того, как Виктор развернул свою войну против наркотиков – этот город, зажатый у мексиканской границы, окончательно обезумел.
Классическая «серая зона».
Наркоторговцы, местные байкеры и прочие любители насилия превратили его в свой персональный рай.
Главное же, что американские власти давно утратили здесь контроль. Теперь тут заправляет военизированная организация – «Черные пантеры»!
Здесь же находится и их штаб-квартира.
Они были активны здесь с момента основания Хьюи Ньютоном и Бобби Силом в октябре 1966 года и до самого роспуска в 1982-м.
Нынешний же главарь, Элдридж Кливер, бывший министр пропаганды, разумеется, жаждал вернуться в «святыню» организации для дальнейшего развития.
Более того, откликнувшись на восстание Брамо, он не раз заявлял по телевидению о намерении создать «Черную империю».
Сказать по правде, сущность «Черных пантер» – это вовсе не социализм, а… радикальный черный национализм, крайне ограниченная идеология.
Даже когда мексиканские советники пытались лепить из него образ, подобный Мартину Лютеру Кингу, знаете, что этот парень сделал первым делом, захватив Окленд?
Завел себе гарем!
Твою мать, он всерьез спрашивал присланного из Мексики советника:
— А я могу стать императором?
Советник тогда чуть со стула не рухнул.
Ну и дела!
Дружище…
Ты американец с душой французского короля, что ли?
Ты собрался стать… императором?!
Даже Виктор по соседству на такой шаг не решается, а ты куда лезешь?
Знаешь, кто был последним «императором» Америки? Старина Рузвельт! А ты кто такой?
Но Элдридж Кливер был из тех, кому нужно во всем поддакивать. Только после долгих уговоров советника он поостыл, но затаил на мексиканцев обиду.
Решил, что те приставлены шпионить за ним.
С конца 1992 года он свернул активные действия и просто имитировал бурную деятельность, совершенно не проявляя инициативы.
Сам же заперся в роскошном особняке на берегу озера Мерритт – черт знает, чем он там занимался.
На огромной, просторной террасе виллы…
Элдридж Кливер, двое его родных братьев, кузина, племянница – всего десятка полтора человек – лежали в чем мать родила.
На столиках рядом валялись приспособления для употребления наркотиков.
Когда их накрывало, им было плевать, кто перед ними – начиналась повальная свалка.
Зрелище, прямо скажем, тошнотворное.
Черные в этом плане могли потягаться с индусами за звание самых «диких» – одни не контролируют то, что спереди, другие – то, что сзади, одни гадят везде, другие… Ну, вы поняли.
Твою же направо.
Виктор об этом наверняка не знает, а если узнает – мало не покажется. Черепа вскроет всем причастным.
Топ-топ…
Внезапно послышались торопливые шаги. Элдридж Кливер, лежавший в объятиях кузена, медленно приоткрыл глаза. Его лицо раскраснелось – видать, только что «словил кайф».
Вбежал преданный подчиненный, глаза по плошке, в голосе паника:
— Босс, Фригга Аккерман пришел!
При этом имени лидер «Черных пантер» мгновенно протрезвел. Испуг пробрал его до костей!
Он вскочил, но ноги подкосились, и он едва не рухнул на колени.
— Живо! Приберите тут всё! — Закричал он сорванным голосом.
Фригга Аккерман был мексиканским консультантом, по сути – «государевым оком».
Если он увидит эту картину, поставкам «Черных пантер» конец. А без поставок что продавать гаитянским бандам? На чем делать деньги?!
Увидев, что кузен копается, Кливер отвесил ему пинка:
— Быстрее убирай!
Затем крикнул подчиненному:
— Задерни шторы на террасе, чтобы он ничего не увидел!
Сам он лихорадочно натягивал штаны и рванул молнию вверх.
— О-о! Черт!!
Прищемил самое дорогое.
От боли Элдридж Кливер выдал пару па из коронного танца Майкла Джексона на месте.
А шаги за дверью уже приближались. Он переменился в лице, быстро влез в туфли и со всех ног бросился встречать гостя.
Плотно прикрыв дверь на террасу и глубоко вздохнув, он вышел навстречу.
Вошел мужчина ростом чуть выше 170 сантиметров, полноватый, но внимание сразу приковывал его взгляд.
Красивые, раскосые глаза.
Будь у него борода подлиннее – ну вылитый посол по делам «особых отношений».
Это и был Фригга Аккерман!
Он служил в ведомстве при Министерстве обороны и Генштабе Мексики.
«Консультационное бюро по заморским делам».
Основная задача – обеспечивать тактическую и идеологическую поддержку вооруженным группам с мексиканским бэкграундом. Советники у коммунистов Гватемалы были из той же конторы.
Он вошел с выражением крайнего недовольства на лице:
— Господин Элдридж, я хотел бы спросить: где армия «Черных пантер»?
— Почему они не наступают согласно намеченному плану?!
— Вы хоть понимаете, что мы должны отвлекать внимание американских войск на себя…
На полуслове Фригга Аккерман осекся. Он принюхался и нахмурился:
— Что это за запах?
Элдридж Кливер побледнел и поспешил сменить тему. Ссутулившись, он принялся жаловаться: — «Черным пантерам» тяжело, нам не хватает еды и оружия.
— Мы же отправили вам огромную партию помощи?!
Но у Кливера на любую ложь был готов ответ:
— Мы набрали много новых людей. Американские негры, видя наши знамена, идут к нам толпами. Численность выросла на несколько тысяч за раз.
Приписки в ведомостях – старая добрая традиция. Даже сейчас, когда зарплаты переводят на карты, в армии США процветает кумовство и приписки.
Если ты не откусишь, я не откушу – что тогда будет есть специальный уполномоченный Смит?
Кливер приписывал себе как минимум несколько тысяч «мертвых душ».
Фригга Аккерман прищурился и замолчал, в упор глядя на собеседника. Тот заерзал, чувствуя себя неуютно.
— Вождь Виктор больше всего на свете ненавидит, когда ему лгут.
В душе Кливера кольнул страх, но он расплылся в улыбке:
— Да как это возможно! Я и «Черные пантеры» – лучшие партнеры Мексики!
Глядя на эту ухмыляющуюся рожу, Аккерман едва сдержался, чтобы не врезать ему. Он лишь сухо кивнул:
— Мексиканская сторона требует от вас активных действий. В течение месяца вы должны привлечь внимание правительства США. В противном случае мы сократим помощь.
— Я передал приказ. Надеюсь, вы меня услышали.
Сказав это, Фригга Аккерман не пожелал оставаться здесь ни секундой дольше – воняло в доме невыносимо, причем запах был до странности знакомым.
Проводив его, Кливер вернулся в комнату и со всей дури пнул тумбочку, разнеся деревянную дверцу в щепки.
— Сукин сын! Кто он такой, чтобы мне приказывать! Мать его в рот!
Он продолжал изрыгать ругательства, выплескивая накопившуюся злобу.
— Кузен, давай я возьму парней и прикончу его к чертям! — Просипел родственник, подползая ближе и кривясь от боли в заду.
Кливер тут же залепил ему затрещину, отправив обратно на пол:
— Тебе что, мозги гигиенической прокладкой отшибло? Убьешь его – откуда мы возьмем стволы? А когда этот ублюдок Виктор пришлет сюда карателей, что мы будем делать? Сдадимся и пойдем на пожизненное?
Он яростно вышагивал по комнате, тыча пальцем себе в лоб:
— Вы хоть иногда башкой думайте!
Видать, все мозги черной расы достались ему одному. Черт возьми!
Он раздраженно выхватил сигарету, прикурил и, сделав пару затяжек, немного успокоился. — Навести шороху, шороху… Надо подумать, как посильнее вжарить.
Кузен поднялся с пола, потирая задницу.
— Может, похитим кого из чинуш и голову отрубим?
Кливер замахнулся для пинка, заставив того отпрянуть. Он замер, опершись локтями о колени, и процедил сквозь зубы:
— Взорвем гору Рашмор!
Присутствующие онемели.
Рашмор! Взорвать?!
Это ж сколько взрывчатки надо?
— Медельинцы взорвали статую Свободы, мы не можем быть слабее их. Взорвем Рашмор, сотрем эти рожи уродов к чертям.
— Это ли не «громкое дело»?
Люди в комнате начали переглядываться.
— Ну! Отвечайте! — Рявкнул Кливер.
— Это… а это не восстановит против нас большинство американцев? — Пролепетала какая-то женщина.
— Плевать! Америка принадлежит черным. Все остальные – белые, китайцы, индусы, мексиканцы – это всё пришлые!
Где-то вдали горько и матерно вздохнул один индеец.
— Хоть я и недолюбливаю мексикашек, но тут они правы: нам нужно что-то эпическое. Иначе мне не стать императором Черной империи. Мы должны объединить Америку!
Хорошо, что ворон рядом не было, а то бы они точно попадали со смеху.
До чего же он помешан на императорстве. Надел бы желтый халат да пошел в Чайна-таун – глядишь, там бы какие старики и выкрикнули «десять тысяч лет жизни».
— Послушай, кузен, а когда ты станешь императором, ты сделаешь меня своей императрицей?! — Встрепенулся потиравший задницу родственник, и глаза его засияли.
Элдридж Кливер притянул его к себе на колени:
— Само собой. Ну что, лицо еще болит?
— Ты ударил – значит, любишь.
Тьфу… Аж тошно!
— Решено. Позовите Казимира, — крикнул Кливер в сторону двери. Слуга сорвался с места и вскоре привел крепкого черного парня в футболке, сквозь которую бугрились мышцы.
Казимир Ховард, войдя, заметил жадный взгляд своего босса и невольно сжал булки.
— Босс, звали?
Элдридж Кливер поманил его пальцем. Казимир с опаской подошел, но замер в двух метрах.
— Да не съем я тебя!
Видя такую нескговорчивость, Элдридж потерял интерес и нахмурился:
— Возьмешь людей и взорвешь гору Рашмор.
— Чего?
Казимир опешил и ткнул в себя пальцем:
— Взорвать Рашмор? Я?
— А кто, я, что ли? Организация верит в тебя. Вернешься – назначу тебя министром пропаганды. Я сам с этого начинал. Так что старайся.
Казимир не был идиотом.
Если он это сделает – разве он вернется живым?
Он открыл было рот.
— Что? Ты не согласен? — Тон Кливера мгновенно стал ледяным.
Увидев этот взгляд, Казимир поспешно затряс головой:
— Сделаю!
— Вот и славно.
Лидер «Черных пантер» удовлетворенно кивнул, зевнул и почесал нос – ломка начиналась. Он лениво махнул рукой:
— Иди. Помни: у тебя месяц, не больше.
Выйдя из дома, Казимир Ховард сдвинул брови.
Хорошо устроился босс: взорви Рашмор. А как взорвать – не сказал. Он обернулся и смачно плюнул в сторону двери.
Но тут его осенило.
Он вспомнил, что в Окленде есть частный аэродром. Его владелец, какой-то араб, не раз хвастался по пьяни, что однажды направит самолет прямо в Капитолий.
Стоит с ним потолковать.
Вот что значит иметь много друзей.
Тем временем в мексиканском представительстве в Окленде консультант Фригга Аккерман, едва выйдя из машины, разыскал коллегу из разведки.
— У меня серьезные подозрения, что Элдридж Кливер сидит на наркотиках.
Коллега посмотрел на него как на ребенка:
— Мы в курсе.
— Что?!
— Мы даже знаем, что он бисексуал. Знаем, что он за глаза кроет Вождя матом. Знаем, что он мечтает о «самостоятельности», знаем про приписки и воровство наших денег. Мы всё знаем.
Аккерман нахмурился и, подавшись вперед, спросил:
— И что вы планируете делать?
— «Черные пантеры» – это мусорная организация, не способная на серьезные дела. У черных слишком сильны порочные наклонности, их невозможно нормально сагитировать. Они – не та сила, что сокрушит США. Они просто «разжигатели», нужные нам в моменте. И только.
— Когда этот мусор отработает своё – он отправится прямиком в ад.
Ну конечно!
Разведка всегда держит руку на пульсе.
Аккерман немного расслабился:
— А в Мексике об этом знают?
— Разумеется. Это приказ за подписью самого Вождя Виктора: пусть пока попрыгает. Как говорят китайцы: «Богомол охотится на цикаду, а иволга ждет сзади». Пусть богомол идет первым, а мы присмотрим.
— Главное, чтобы всё не пошло прахом, — не удержался от замечания Аккерман.
— Не пойдет.
— У негров на это мозгов не хватит.
…
Виктор, позевывая, устало откинулся в шезлонге.
Последние пару дней выдались сумасшедшими.
Эта девчонка, Дита фон Тиз, оказалась той еще штучкой…
Три дня в кабинете пролетели как в тумане, она буквально вытянула из него все соки.
Виктор и сам не ожидал, что так сорвется.
Но против природы не попрешь. Как говаривали в старых романах: «Ночь темна, похоть горит как огонь, и нет мужчины или женщины, что не желали бы слиться в паре ради плотской отрады».
В конце концов, поняв, что нельзя так прожигать жизнь, Виктор поручил Касаре пристроить её.
— Босс! — Закричал толстяк еще издали и трусцой подбежал к шезлонгу, обливаясь потом.
— Садись. Мартин, принеси ему воды.
Стоявший неподалеку секретарь мигом принес стакан теплой воды.
Касаре с благодарностью кивнул и осушил стакан залпом.
— Ну как? Устроил её?
— Ага. Определил в развлекательную компанию при корпорации «Надежда». Я уже переговорил с кем надо: в этом году мы наймем голливудских мэтров – Джеймса Кэмерона и Фрэнсиса Форда Копполу. Пусть снимут под неё минимум шесть фильмов. Сделаем из неё звезду мирового масштаба.
Этих режиссеров представлять не надо: один – легенда блокбастеров, второй – создатель «Крестного отца».
Забавно получается: в США идет война, а шоу-бизнесу хоть бы хны – церемонии награждения в Голливуде проходят по расписанию.
Даже вражда между США и Мексикой не мешает обеим сторонам делать деньги.
А всё потому, что «Надежда»… неприлично богата!
Особенно их мобильное подразделение. Модель «8848» с предустановленными «Тетрисом» и «Змейкой» произвела эффект разорвавшейся бомбы.
На востоке самая дешевая версия «8848» улетает за двадцать тысяч юаней!
Люкс с бриллиантами – за пятьдесят тысяч!
А на спецзаказы с гравировкой имени цена и вовсе не ограничена.
Говорят, один богач из Шанхая выложил шестьсот шестьдесят тысяч за телефон с уникальным рингтоном – записью голоса его дочери.
Уже даже контрабанда процветает.
Протащить десять коробок дешевой версии в Европу – это четырехкратная прибыль!
Многие приграничные дельцы забросили старые дела и переключились на трубки.
Торговать людьми – хлопотно. С сегодняшнего дня будь счастливым человеком: вози телефоны по всему миру!
Только на восточном рынке за два квартала мобильный бизнес принес больше двух миллиардов…
Мексика охотно меняет эти деньги на валюту восточного соседа, а затем скупает на них земли: от северных угодий до новых районов на юге.
Деньги вливаются в экономику, и та растет. Американский «Форбс» уже окрестил «Надежду» будущей «суперкорпорацией».
Когда есть такие деньги, американские капиталисты не могут не вести с тобой дела.
Патриотизм патриотизмом, а бизнес – по расписанию.
К тому же у мировых элит нет родины. Они разобщены внутри себя…
Поэтому многие не понимают, как США еще не развалились окончательно. Это покруче любых учебников истории.
Горький бы, глядя на это, переписал своё «Детство».
В книге «Жить» герой продавал кровь одиннадцать раз. Американец бы спросил:
— А что продавать завтра?
Торговлю между Мексикой и США тормозят лишь крупные официальные сделки. «Надежда» же, идя навстречу элитам, позволяет оплачивать заказы в офшорных долларах или вообще в любой валюте.
Отношения с частью американской верхушки – прекрасные.
Выслушав доклад Касаре, Виктор удовлетворенно кивнул:
— У неё самой были какие-то пожелания?
— Сказала только, что уже начинает по вам скучать, — ухмыльнулся толстяк.
Виктор рассмеялся. Умная женщина.
— В этом мире нельзя верить не только словам мужчин. Женщинам тоже не стоит доверять на слово. Особенно красивым.
Касаре невольно вспомнил свою подружку, Хейлир Ярвис.
Клялась, что не будет шуметь… Мать твою, орала громче меня. Да уж, женщины умеют лгать!
Они сидели в шезлонгах, наслаждаясь редким солнцем и послеобеденным чаем. Красота.
Конечно, если бы их не беспокоили…
Но это было из области фантастики.
— Вождь, прибыл господин Густав Штреземан, — доложил секретарь Мартин.
— Проси.
Вскоре вошел мужчина с заметной лысиной и навыкате глазами.
Это был председатель Организации ПИРЧ Густав Штреземан.
— Вождь, — он почтительно поклонился, затем кивнул Касаре.
— Стул принеси, — бросил Виктор секретарю. — Неужели мне самому об этом напоминать надо?
Мартин и телохранители сконфузились.
Будь здесь старый шеф охраны Жозеф Жоффр, он бы сообразил в ту же секунду.
— Благодарю, — сказал Штреземан и сел, выпрямив спину по-военному.
— Ну? Что в Организации?
— Франция отозвала свою заявку на вступление в Организацию ПИРЧ.
— Мелочные французы. Раздули обиду из-за того, что мы взяли Гаити, не спросив их. Сами удержать не могут, а мы виноваты?
Виктор усмехнулся и махнул рукой:
— Да и черт с ними, балласт. С такими союзниками только в тылу дрожать, что подведут. Это всё?
— На меня вышли представители Германии…
Кха-кха-кха!
Виктор поперхнулся и зашелся кашлем. Он резко выпрямился, вытаращив глаза:
— Чего?! Они тоже хотят в ПИРЧ?
— У американцев же в Германии тридцатитысячный контингент!
Густав Штреземан криво усмехнулся:
— Германия хочет взять кредит у ПИРЧ.
— Что-о?!
— Кредит?!
— Беспорядки в США обвалили биржи и вызвали финансовую лихорадку. Система еще не рухнула, но Германия жила за счет американских вливаний. Теперь же идет массовый отток капитала, и немецкие заводы столкнулись с жесточайшим дефицитом средств…
Вот оно что!
— А почему не в Банк Америки? Не в банки Европы? — Полюбопытствовал Виктор.
Штреземан покачал головой:
— Напрямую не говорят, но, думаю, западные партнеры решили их прижать и выставили кабальные условия.
Он сделал паузу:
— Наш же кредитный рейтинг в мире сейчас весьма высок.
В мире, где все соревнуются в худшем, Мексика выглядит вполне пристойно.
— Но мы кредитуем только своих. А Германия хочет просто «дай денег»? — Вставил Касаре. — Не слишком ли просто?
— Они согласны на высокий процент, — пояснил Штреземан.
— А сам ты что думаешь? — Спросил Виктор. — Каково твое мнение?
Тот на секунду задумался:
— Вождь, у нас мало активов в Европе. Это отличный шанс зайти на их рынок. Особенно нас интересует «Крупп». Фирма хоть и на грани краха, но имя всё еще гремит. И главное – Мексике нужны квалифицированные рабочие, а немецкая система профтехобразования – лучшая в мире.
Понятно, понятно!
Сделать из Германии донора рабочей силы для Мексики?
Как филиппинцы поставляют прислугу всему миру или как Украина стала «маткой Европы».
Виктор оживился.
— Это реально?
— Вполне. Безработица в Германии зашкаливает. В Руре рабочие-текстильщики во время протестов даже застрелили полицейского, правительство в панике. Разрыв между Западом и Востоком огромен. Если мы предложим контракт на поставку определенного числа рабочих ежегодно, они, скорее всего, согласятся. Нам не нужны их жизни – и они будут отступать шаг за шагом.
— А когда им некуда будет отступать, мы заберем еще больше.
Касаре слушал Штреземана и про себя ворчал: «Тьфу! Такой же прохиндей, как и я!»
Виктор встал и принялся мерить шагами площадку. Спустя пару минут он бросил:
— Свяжись с ними неофициально. Пусть Куаутемок ведет переговоры.
— Слушаюсь, всё устрою.
Густав Штреземан энергично закивал, но тут вспомнил еще кое-что:
— Связной «Черных пантер» при Организации ПИРЧ арестован полицией…
— Опять? За что наши его повязали?
— Напился и попытался изнасиловать иммигрантку из СССР. Та отправила его в нокаут одним ударом.
— …
Вот же дерьмо!
— Пусть посидит за решеткой, протрезвеет. У этих черных, похоже, вместо мозгов детородный орган!
…