Глава 492: «Экспансия через размножение и нечистоты!»
Подумаешь, подрались немножко…
— Протестую! Официальный протест! Это покушение, покушение! — Вопил кореец. На лбу у него вздулась огромная шишка, переднего зуба как не бывало. Он прикрывал рот ладонью, очки были разбиты вдребезги.
Японец рядом тяжело дышал, баюкая руку – мизинец ему явно вывихнули. Когда их растащили, он продолжал сверкать глазами, словно гиена, впившаяся взглядом в горло мексиканца. Для него, как для представителя азиатской страны, это было несмываемым позором.
А вот Риббентроп и его банда, хоть и были в ссадинах, выглядели бодрячком. Подумаешь, кулаками помахали! Он сплюнул, обвел взглядом американцев и прочих, цедя сквозь зубы:
— Слушайте сюда: Артуро Десена – труп! Даже если сам Иисус за него впишется, я его достану. Никто не смеет совершить преступление в Мексике, а потом свалить за границу и «отмыться»!
— Этому наркоторговцу нужно свернуть шею и засунуть ее ему же в задницу!
— И если кто-то из вас… — Риббентроп бесцеремонно ткнул в них пальцем, — вздумает помогать Артуро Десене, это будет война до победного конца!
— Уходим.
С этими словами он увел своих людей, оставив зал в полнейшем хаосе.
— Возмутительно, запредельно возмутительно! Господин генсек, ООН не место для таких наглых государств! Я требую ввести против них военные санкции… — начал было кореец, но американец его оборвал:
— Заткнись!
«Ты чего добиваешься? Хочешь, чтобы ООН применила силу? Тебе что, кажется, что твой папочка и так в шоколаде живет?»
Представитель Востока, глядя на это, не выдержал и расхохотался. Все тут же уставились на него.
— Прошу прощения, просто вспомнил кое-что забавное.
В его голосе не было ни капли раскаяния. «Троица неудачников» – американец, кореец и японец – сверлили его недовольными взглядами. Тот лишь спокойно смотрел в ответ с легкой улыбкой на губах.
Бутрос Гали, чувствуя, как раскалывается голова, ударил молоточком:
— Заседание закрыто. Продолжим завтра.
Мексиканцы совершенно не считаются с приличиями!
Артур Циммерман, заместитель представителя, облизнул разбитую губу:
— У этого японца удар как у девчонки, совсем не чувствуется.
— Много воображают, долго не живут. Пора бы им показать, кто в доме хозяин. Если жену Пак Чжон Хи смогли пристрелить средь бела дня, то что нам стоит убрать какого-нибудь японского премьера? Если разозлите Мексику… неужели вы думаете, что наш генерал – добряк?
Сев в машину, Иоахим Риббентроп тут же набрал номер Виктора. Тот как раз проводил совещание, посвященное проблеме «новых иммигрантов».
Касаре зачитывал данные:
— Со времен старой Мексики иммигранты со всего мира начали прибывать к нам. Больше всего из Африки – около миллиона трехсот двадцати тысяч человек, из которых лишь три тысячи въехали легально. Затем идет Азия – около четырехсот тысяч, в основном корейцы, китайцев меньше. Большинство из них планировали попасть в США через Мексику, но после того как отношения с соседями испортились и границу перекрыли, они застряли здесь. Это породило проблемы с безопасностью и религиозные трения. В частности…
Резкий звонок телефона прервал его. Министры повернулись к молодому человеку в конце зала, чей портфель разразился трелью. Тот в суматохе выхватил белый мобильник.
— Генерал, это вас, — прошептал он, подбегая к Виктору.
— Прошу прощения, одну минуту.
Этот телефон звонил редко, только по важным делам. Виктор поднес трубку к уху:
— Алло.
— Генерал, это Иоахим Риббентроп. Докладываю из ООН: мы подрались с представителями США, Южной Кореи и Японии.
— О? — Император Виктор приподнял бровь. — И кто победил?
Риббентроп расплылся в улыбке. Шеф есть шеф – не спрашивает, кто прав, спрашивает результат. — Мы, конечно. Я японцу зубы выставил.
— Вот и славно. Подрались и подрались. Если не согласны – пусть попробуют взять реванш.
«Драка?» Министры в зале навострили уши. Такое пропустить нельзя.
— А в чем причина?
Риббентроп вкратце изложил историю с Артуро Десеной, не приукрашивая факты.
— Плевать на его титулы, он наркоторговец, а значит – падаль. Гаити? Давно пора там порядок навести. Повод всегда найдем. Скажем, тамошние банды и наркоторговцы соскучились по Иисусу.
— …
«Ваш ветер перемен дует прямо в рай?»
Риббентроп уточнил:
— Нам готовиться к военной операции?
— Пока нет… Мексика сейчас в фазе тотального освобождения. Когда закончим здесь, займемся Гаити.
— Понял. Буду держать в курсе.
Виктор нажал отбой и перевел взгляд на Джеффа Беннетта, сидевшего в отдалении:
— Артуро Десена сбежал на Гаити, устроил переворот и стал президентом. А ты не в курсе?
Шеф контрразведки Мексики округлил глаза, явно не владея ситуацией.
— Иди и разузнай, как так вышло, — нахмурился Виктор.
Тот поспешно кивнул и выскочил из кабинета. Провалы в разведке случаются, люди не боги, но упустить захват власти целым наркоторговцем – это уже профнепригодность! Виктор говорил спокойно, но Джефф знал: чем тише голос генерала, тем страшнее гнев.
— Срочно всех начальников отделов ко мне! Особенно Джакомо Казанову из разведки по югу. Бездельник, чем он там занят?! — Рычал он на подчиненных. — Пусть бегом марш сюда!
В кабинете Виктор жестом велел Касаре продолжать. Тот заглянул в бумаги, пытаясь вспомнить, на чем остановился.
— Проблема нелегалов серьезно тормозит наше развитие. Нужен жесткий контроль и депортация. С начала девяносто второго года зафиксировано более семи тысяч правонарушений, связанных с нелегалами. В штате Дуранго четверо африканцев похитили и убили две семьи – всего одиннадцать человек – ради двадцати одной тысячи песо и побрякушек…
— Полиция Чиуауа разгромила африканскую банду из ста двадцати семи человек. При сопротивлении восемнадцать убиты, остальные схвачены.
Касаре сыпал примерами, от которых лица министров мрачнели.
— И еще эти индусы. Они стремительно захватывают северные города. Докладывают, что они испражняются прямо на пляжах и даже в торговых центрах. При этом рождаемость у них зашкаливает: уже более десяти тысяч новорожденных, и число растет…
«Индусы… Ходячая зараза. Кто-то захватывает земли силой, а эти – размножением и фекалиями». Это вызывало лишь омерзение.
Они плодятся везде, где осядут, а мексиканские законы во многом копируют американские – ребенок, рожденный здесь, автоматически получает гражданство.
— И конечно, среди индусов процветает насилие…
— На свиноферме в Соноре задержали индусов, которые насиловали свиней. Больше двухсот голов пострадало, их взяли с поличным. — Когда Касаре приводил этот пример, даже у него лицо перекосилось от отвращения.
Министры переглянулись.
— Насиловали… свиней? — Министр пропаганды Геббельс был в шоке. Он повидал всяких людей, но таких «существ» видел впервые.
Касаре развел руками:
— Не только свиней. Коров, овец и даже ядозубов.
— Они же ядовитые!
— Им плевать. В Чиуауа нашли шесть трупов индусов – всех покусали за причинное место, умерли от яда.
— …
Бывают моменты, когда слова излишни.
— И еще: африканцы, индусы и прочие нацменьшинства создают свои закрытые общины. Когда полиция выходит на патрулирование, они покрывают друг друга…
Виктор прищурился и произнес:
— Эту проблему надо решать. Всех нелегалов – вон из страны. Не надо отправлять их на родину, это слишком дорого. Выбрасывайте их сразу к соседям, в США. А если кто-то хочет стать гражданином Мексики, то правило «трех нет»…
— Альфред, записывай.
Альфред Розенберг, глава ведомства по гражданским делам, поспешно открыл блокнот. Нужно делать вид, что каждое слово вождя – на вес золота, даже если он просто калякает в тетрадке.
— Первое: нам не нужны люди без профессий.
— Второе: нам не нужны преступники.
— Третье: нам не нужны те, кто не соблюдает правила.
Почему США не выгоняют нелегалов? Капиталу нужна дешевая рабсила. Американцы жалуются, что у них отнимают работу, но пойдут ли они мыть посуду по шестнадцать часов в сутки? А нелегалы без документов – идеальный объект для эксплуатации: не сбегут, не пикнут. Опять же, серому сектору экономики они нужны. Плюс США нужна картинка их «величия» – даже если кто-то на улице ест объедки, он должен твердить, что воздух свободы сладок. Мексике это не нужно. У нас полно своих рук, жаждущих работы. Зачем нам лишние рты? Кроме ученых и техников, нам никто не нужен. Я не собираюсь торговать их почками.
— Никаких закрытых общин. Расселять их, при необходимости – силой.
— Срок – четыре месяца. Потом всех на границу, пусть выживают в США как хотят.
В любой другой стране, особенно в Европе, такой подход вызвал бы бурю протестов. Но в Мексике все решает Виктор.
А что до приличий?
Да посмотрите на тех, кто сидит в этом зале. Если их всех собрать и отправить в Гаагу, их расстреляют раз по пятьдесят каждого.
Виктор оперся руками о стол, обводя присутствующих взглядом:
— Мексика – не страна иммигрантов. Когда общество станет стабильным, люди сами начнут рожать. Мы не должны превращаться в сброд, как наши соседи.
Кхм… Звучит довольно радикально.
— Всем ясно?
— Так точно!
Виктор смягчился:
— Джеймс Райан, проследи за исполнением.
Мужчина в звании генерал-лейтенанта встал и отдал честь. Он был командующим Национальной гвардией Мексики, человеком номер один в силовом блоке.
— Есть еще вопросы?
Виктор подождал секунду и, не дождавшись ответа, сухо бросил:
— Свободны.
Коротко и ясно. Зачем размазывать совещание на три часа? Только время зря тратить. Есть проблема – ищи решение, не можешь – думай дальше.
Все встали, пропуская генерала.
— Касаре, я боюсь, массовая высылка нелегалов в США вызовет протесты… — засомневался Розенберг.
— Любой протест без разрешения – незаконен, а значит, карается кулаком!
Толстяк Касаре был человеком решительным. Все равно ведь не его будут бить.
— Между картошкой размером с кулак и кулаком размером с картошку им придется выбрать второе. Пока у нас пушки, их вопли – пустой звук.
И в этом была доля правды. Кто-нибудь видел, чтобы режим, у которого есть деньги, оружие и преданные люди, пал просто так? СССР? Не в счет, те сами развалились от слабости.
…
Гаити, Порт-о-Пренс.
Если и есть место, которое можно назвать воплощением хаоса и беззакония, то это Гаити. «Даже американские войска сюда не суются».
Здесь правят банды и насилие. Был случай, когда один главарь решил, что жители целого квартала прокляли его ребенка, и… вырезал всех до единого. Полная, беспросветная анархия.
В Национальном дворце теперь на каждом шагу стояли люди в масках с черепами, вооруженные новейшими винтовками M16. На них была чистая, добротная форма. Выглядели они загадочно. Весь мир называл их «Легионом Смерти», но на деле это были «Лос-Зетас».
Артуро Десена, пустившись в бега, сначала вывез двести элитных бойцов. На Гаити он вышел на богача по имени Мартин Кампос – американца, владевшего портами. Оформив гражданство, Десена начал перебрасывать своих людей мелкими группами, словно муравьи, таскающие припасы.
Мексиканская разведка этого не заметила. Своим он сказал, что едет в Колумбию на встречу с Пабло. А сам оказался здесь.
Когда число его бойцов достигло тысячи двухсот, он ворвался в Национальный дворец, прикончил президента Жозефа Нерета с женой и занял его кресло. Объявил себя президентом. Конечно, местные банды Порт-о-Пренса были не в восторге: «Мы тоже хотим в президенты, почему ты?» Начались стычки.
Но «Лос-Зетас», прошедшие суровую школу боев с Северной Армией Мексики, щелкали эти банды как орешки. Если они не сдюжили против Виктора, то уж с местной гопотой справлялись на раз-два. Главное преимущество – у Десены были бронемашины, а у банд – только старые винтовки.
Разрыв в силе был колоссальным, и Артуро Десена быстро закрепился у власти. Хотя отношения с местными оставались натянутыми – никому не нравится иметь над головой такого «хозяина».
В кабинете президента Артуро Десена сидел в кресле, по бокам стояли два телохранителя с оружием. Напротив него расположился француз. Это было ясно по его манерам – выглядел он чересчур щеголевато.
— Вы хотите сотрудничать со мной?
— Но я ведь убил президента, которого вы поддерживали!
Голос Артуро Десены звучал нервно. Казалось, он на грани срыва – слишком много стресса.
— Мы видим в вас большой потенциал, — улыбнулся гость. — Примите французское гражданство, дайте нам доступ к ресурсам, и мы пришлем войска. Мы объявим, что Гаити находится под защитой Франции.
— Виктор… он спит и видит меня мертвым. Он придет за мной. Вы уверены, что сможете потягаться с ним?
— Мы договоримся. Уверен, нашего авторитета хватит.
Француз говорил с такой уверенностью, что Десена даже засомневался в собственных опасениях. Он прищурился, внимательно разглядывая собеседника, и глухо произнес:
— Мне нужно подумать.
— Конечно. Но прошу, не затягивайте с ответом.
Гость отвесил легкий поклон и вышел. Артуро Десена долго смотрел ему в спину с мрачным лицом, погруженный в свои мысли.
…