Глава 483: «Пусть мир сойдет с ума!»
Но на этом он не остановился. Феликс перевел дуло на заместителя командира полка. Тот смотрел на него расширенными от ужаса зрачками, не в силах вымолвить ни слова. Щелк – осечка. Патроны кончились.
— Не убивай! Не убивай! Я всё расскажу, я сам сдамся… — Подполковник взвыл, попытался оттолкнуть ногу Феликса и броситься к выходу. Феликс, которого буквально отбросило к столу, нащупал тяжелую перьевую ручку. В нем кипела молодая, безрассудная ярость, не знающая последствий.
Он бросился на офицера и с силой вогнал ручку ему прямо в шею.
Хруст… Стальное перо вошло глубоко, и кровь брызнула фонтаном. Подполковник повалился на пол, зажимая рану, изо рта пошла кровавая пена. Он издавал жуткие клокочущие звуки, дергаясь в конвульсиях. Лицо Феликса было залито горячей, пахнущей железом кровью. Его гвардейцы стояли за спиной, не смея пошевелиться. Убийство старшего по званию – тягчайшее преступление в армии, табу.
Глядя на затихшее тело, Феликс нахмурился. Рассудок начал понемногу возвращаться. Он подошел к столу, поднял трубку и набрал номер Касаре.
В Мехико, на своей вилле, Касаре как раз закончил развлекаться в постели со своей пассией, Хейлир Ярвис. Он лениво затянулся сигаретой, приходя в себя после дневных утех. Телефон на тумбочке зазвонил. Касаре удивленно вскинул бровь и взял трубку:
— Алло.
— Брат.
— Феликс? Ха-ха! Что это ты решил позвонить? Слышал, твой батальон на отдыхе. Когда домой заглянешь? Курт и Феликна по тебе соскучились…
Касаре радостно тараторил, пока Феликс не прервал его одной фразой:
— Я убил человека.
— Чего?! Повтори! — Касаре подскочил на месте. Тлеющий пепел упал ему на грудь, он вскрикнул от боли и сорвался с кровати. Хейлир испуганно приподнялась на локтях.
— Ты убил? Кого? Что случилось?!
— Заместителя командира полка и одного штабного чинушу. — Феликс сквозь зубы рассказал про украденные пособия. — Семьсот тысяч песо превратились в сто пятьдесят! Если бы я их не кончил, я бы не смог закрыть глаза – мне бы казалось, что убитые братья просят мести. Брат, эту страну строили на крови солдат. Эти крысы разъедают ее изнутри. Если их не убивать, народ нам не простит!
Касаре слушал, открыв рот от изумления.
— Ну и наглость! — Выпалил он. — Правильно сделал. Горжусь тобой. Не переживай, я поговорю с шефом!
В его глазах вспыхнул недобрый огонек. — Раз они решили, что им всё можно, значит, мы устроим им встряску. Бери своих людей и громи местное военное управление. Я хочу видеть, кто из их покровителей посмеет открыть рот в защиту!
Феликс был не из робких, но от такого предложения даже у него перехватило дыхание:
— Брат, это же… осада правительственного здания. Это другой уровень. Боюсь, на тебя посыплются обвинения.
— Плевать! — Касаре усмехнулся. — Запомни, Феликс: пока мы защищаем интересы генерала и идем за ним, даже твоя моча будет чище, чем кровь этих казнокрадов. Тебя, конечно, придется немного «пожурить» для вида. Я хотел перевести тебя в другой полк командиром, но теперь придется подождать…
— Брат, я всё сделаю. Если я сегодня не проломлю это небо, я не Гонсалес!
Касаре дал еще пару наставлений и положил трубку. Начал быстро одеваться, бросив Хейлир:
— Отдыхай, у меня срочное дело.
— Береги себя.
Он чмокнул ее в щеку и вылетел за дверь. Телохранитель в гостиной оторвался от телевизора.
— Машину. В Национальный дворец.
Через полчаса в кабинете генерала Касаре выложил всё как на духу. Виктор спокойно курил, не меняясь в лице.
— Шеф, вы не злитесь?
— Злюсь? Да я в бешенстве. Но врач говорит, что гнев вреден для здоровья. Так что лучше я отправлю на тот свет других, чем буду болеть сам.
Виктор отпил чай с ягодами годжи, с грохотом поставил чашку на стол и снова затянулся. Оздоровление и табак в одном флаконе. — Твое решение верное. Пусть шумит! Пусть Феликс устроит им ад, чтобы вся армия вскипела. А потом я выйду и прилюдно их казню.
Касаре выдохнул с облегчением. С такой поддержкой Феликсу ничего не грозило. Подумаешь – отстранят на пару дней, посидит дома, а потом снова в строй, да еще и с повышением. Герой войны со связями… Да он мог бы самого губернатора штата Коауила расстрелять, и ему бы ничего не было. Хотя нет, стоило надеяться, что Феликс сохранит хоть каплю благоразумия. Всё-таки он в брата пошел – спокойный парень.
— Окружить всё! — Командовал Феликс, спрыгивая с «Хаммера» перед мэрией Монкловы. — Ни одна муха не должна проскочить!
Две роты с оружием наперевес блокировали здание. Охранники на входе позеленели от страха. — Если кто-то попытается бежать – открывать огонь на поражение!
— Есть! — Гаркнули четыре сотни глоток. Прохожие в ужасе разбегались. В Мексике еще помнили старые времена, когда человек в форме был опаснее бандита. Тогда армейцы мало чем отличались от грабителей: похищения, наркотики, вымогательство… Сейчас было иначе, но старые инстинкты работали исправно.
Неподалеку кучка местных хулиганов наблюдала за сценой.
— Босс, что это вояки творят? Неужто мятеж? — Спросил один.
Главарь, здоровенный негр, лениво жевал бетель:
— Мятеж? С такой-то горсткой людей? В Мексике сейчас полмиллиона под ружьем. Этих бедолаг раздавят, прежде чем они из штата выедут. Нет, это мэрия кому-то из офицеров на хвост наступила. А когда у человека в руках пушка, он с бумагомараками спорить не станет.
Подчиненные посмотрели на него с обожанием:
— Босс, вы такой умный.
— Сколько раз вам повторять: пейте горячую воду, читайте газеты и поменьше спите. Знания сами в руки не придут… — Он не договорил. Один из подручных начал мелко дрожать.
— Ты чего?
Главарь обернулся и увидел, как два «Хаммера» сворачивают в их сторону, а пулеметчик на турели хищно лязгает затвором.
— А-а-а-а! Бежим!
Чернокожий рванул так, будто в нем проснулись гены олимпийского спринтера. Тра-та-та-та-та! Очередь прошила воздух над их головами. Феликс был на взводе: эти бездельники даже не прячутся, стоят и глазеют. Сами напросились.
Феликс ворвался в кабинет мэра, вышибив дверь ногой. Перед ним предстала живописная картина: мэр и какая-то девица в панике поправляли одежду.
— Хорошо-о-о! — Протянул Феликс. — Не думал, что сегодня еще и на цирк посмотрю. Взять его!
Солдаты грубо скрутили мэра и потащили на улицу. Из других кабинетов тоже начали выводить чиновников.
— Что вы делаете? Я мэр! Это мятеж, это незаконно!
Феликс отвесил ему две сочные затрещины и схватил за волосы:
— Мэр, значит? А я думал, ты актер из дешевого порно! Так ты о городе заботишься? — От ударов лицо чиновника мгновенно распухло, вылетел зуб, рот залило кровью. — Кто отвечает за выплаты ветеранам и семьям погибших?
Феликс обвел чиновников взглядом охотника. Те дрожали и вжимали головы в плечи.
— Никто не сознается?
— Г-господин офицер, — подал голос один мужчина, не выдержав давления. — Это заместитель мэра Оклири. Он курирует финансы.
— Который из них?
— Вон тот, лысый!
Солдаты притащили его. Тот от страха обмочился – за ним тянулся мокрый след, а в воздухе разлился характерный запах. — Не убивайте! Я дам денег! Двести тысяч долларов! Нет, миллион!
— У тебя много денег? — Вкрадчиво спросил Феликс.
— Всё отдам, только не убивайте!
— У ТЕБЯ МНОГО ДЕНЕГ?! — Феликс ударил его в живот. Заместитель мэра рухнул на колени. Феликс одной рукой задрал ему голову за волосы, а другой начал методично вбивать нос в череп.
— Кто позволил тебе красть у мертвых? Руки к солдатским деньгам потянул? Мать тебя без совести родила, одни крысиные замашки оставила?!
Мэр, сидевший на корточках рядом, ошарашенно поднял голову. «Так это из-за этого лысого идиота нас всех чуть не перестреляли?! Я тут просто развлекался, а этот дегенерат залез в карман к военным?!» Все присутствующие посмотрели на Оклири с лютой ненавистью. Похоже, власть окончательно отбила ему мозг.
— Бейте его! — Приказал Феликс. — Убьете – я отвечу. С такими тварями церемониться нечего.
Солдаты с остервенением набросились на заместителя мэра, в ход пошли приклады и тяжелые армейские ботинки. Крики вскоре затихли – чиновника забили насмерть прямо на глазах у всех.
— Слушайте меня внимательно: старые времена прошли, но это не значит, что армия стала беззубой. Это только начало. Хотите воровать? Будете воровать на том свете!
Весть о расправе долетела до Сальтильо, где располагался штаб 337-й дивизии. В это время там как раз шло совещание командиров полков. Начальник штаба ворвался в зал:
— Сэр, беда!
Людвиг Бек, назначенный командиром дивизии после техасской кампании, нахмурился:
— Что за паника? Янки наступают? Смирно и докладывай четко!
— Капитан Феликс, командир батальона «А» 857-го полка, застрелил своего подполковника и взял в осаду мэрию Монкловы…
— Что?! — Полковники повскакали со своих мест. Только что всё было спокойно, и тут такое.
Бек грохнул кулаком по столу:
— Анархия! Это же вооруженный мятеж!
Заместитель командира дивизии осторожно потянул его за рукав и зашептал на ухо:
— Сэр, Феликс – это младший брат Касаре. Тут явно что-то серьезное.
Бек осекся. Фамилия всплыла в памяти. Перед началом боев начальник штаба корпуса Федор фон Бок лично звонил ему и просил «присмотреть» за одним капитаном… Оказывается, за ним стояли такие силы. Тогда он подумал, что это просто «золотой мальчик», ищущий славы, но позже имя Феликса прогремело на всю страну – герой, удержавший высоту 1100 против 4500 янки под бомбежками. Тот самый Гонсалес.
— В чем причина? — Спросил Бек уже спокойнее.
— Вроде бы… говорят…
— Четко отвечай! Тебя в училище учили «вродебыкать»?!
— У одного из бойцов Феликса украли пособие. Из семисот тысяч до семьи дошло меньше ста пятидесяти…
В зале воцарилась мертвая тишина. Полковники смотрели друг на друга с неприкрытым ужасом. Даже видавший виды Людвиг Бек на мгновение потерял дар речи.
— Хорошо! Очень хорошо! — Он внезапно расхохотался от ярости. — Оказывается, у меня под началом завелись кровопийцы!
— Это плевок мне в лицо! Позор всей дивизии! — Он со всей силы швырнул чашку с чаем на пол. Брызги полетели в лица офицеров, но никто не посмел шелохнуться. — Вон! Все по своим частям! Начать тотальную проверку. Каждого, кто причастен к кражам у солдат – под арест. Если узнаю, что кто-то покрывает – расстреляю лично. Служба безопасности дивизии переходит на чрезвычайный режим!
— Вы слышали меня?!
— Так точно, сэр!
— Вон отсюда!
Когда офицеры выбежали, Бек в изнеможении опустился в кресло. Лицо его было багровым.
— Сэр, нужно немедленно доложить в штаб корпуса, — негромко сказал заместитель. — Раз Феликс уже позвонил брату, значит, генерал Виктор в курсе. Если Четвертый корпус не проявит инициативу сейчас, последствия будут плачевными.
— Ходят слухи, что скоро создадут четыре военных округа, — добавил он. — Места командующих еще вакантны. Если мы сейчас покажем рвение, наш командир корпуса пойдет на повышение, а с ним и мы.
Глаза Бека азартно блеснули.
— Я лично проконтролирую расследование. В 337-й дивизии пощады не будет никому. Найдем одного – убьем десятерых!