Глава 414: «Господь? А сколько у него дивизий?!»
Австрия. Вена, берег Дуная.
В вечернем бризе было видно, как кто-то скользит по реке в лодке, а кто-то играет в бадминтон. По сравнению с другими местами здесь было удивительно спокойно.
Всё-таки рядом здания ООН, с безопасностью тут полный порядок.
Иоахим Риббентроп в сером плаще стоял на площади с горстью кукурузных зерен. Голуби то и дело садились ему на руки, деловито склевывая угощение.
Его волевое лицо и фигура фотомодели притягивали взгляды.
Две туристки с рюкзаками о чем-то перешептывались неподалеку, пока одна из них, набравшись смелости, не подошла:
— Здравствуйте.
Иоахим обернулся. В его глубоком взгляде читалась легкая меланхолия…
Женщина в мыслях уже успела придумать имена их будущим детям.
— Можно ваш номер телефона?
— Простите, у меня есть парень, — мягко улыбнулся Иоахим и, сунув руки в карманы, оставил её созерцать свой безупречный уходящий силуэт.
— Что?! П-парень?!
У женщины за спиной округлились глаза. С такими-то ногами… какая жалость… какая потеря.
Иоахим подходил к зданию Управления по наркотикам и преступности, когда заметил у входа шумную толпу. Впереди всех бушевало несколько азиатов:
— Твою мать! Какого хрена Южную Корею и Японию внесли в список десяти главных стран наркотрафика?!
— Пусть Иоахим выйдет! Выходи!!
Сотрудники Управления из последних сил сдерживали натиск, не давая им ворваться внутрь.
— Вот он! — Выкрикнул кто-то. Толпа обернулась и увидела специального комиссара ООН, который со спокойным видом застыл позади. Группа разъяренных граждан бросилась к нему.
Иоахим Риббентроп резко ударил кулаком по стеклу пожарного щита. Удар был тяжелым – стекло разлетелось вдребезги. Он выхватил топор и, держа его лезвием к себе, наперерез бросился к толпе.
Замахнувшись топорищем, он обрушил удар на самого прыткого корейца!
Тот в ужасе попытался увернуться, но обух врезался ему прямо в ключицу.
Хруст костей!
Кореец с воплем повалился на землю, катаясь от боли и выкрикивая ругательства на родном языке.
Остальные замерли как вкопанные, вытаращив глаза.
Иоахим наступил пострадавшему на лицо и, поигрывая топором, произнес:
— Если пришли в Управление говорить по существу – милости прошу. Но если хотите по-плохому, я могу поговорить с вами и на языке силы.
У Виктора к своим заграничным представителям было одно требование: они должны уметь драться! Чтобы в случае чего могли раскидать пятерых в одиночку.
Всё-таки врагов у них хватало.
— Иоахим! Ты… на каком основании ты вписал нас в этот список?! Ты хоть понимаешь, как это бьет по нашему имиджу?! — Донесся чей-то дрожащий, но дерзкий голос из задних рядов.
— Думаешь, я это из пальца высосал? Управление провело расследование. В Корее оборот наркотиков охватывает шестьдесят шесть и шесть десятых процента рынка! В Японии – все семьдесят.
Ну… В Мексике недавно прикрыли азиатский канал, взяли трех корейцев и четырех японцев. Из трех корейцев двое оказались наркоманами – вот вам и искомые проценты. Всё честно.
В делах главное – доказательства.
Этот пресловутый «Список десяти» Управление выпустило в августе.
Первое место заняли США, второе – Колумбия, далее Корея, Япония, Великобритания, Испания, Гватемала, Таиланд, Вьетнам и Сальвадор.
Конечно, были страны, где ситуация была куда хуже.
Но раз уж Виктор стал исполнительным директором, грех было не воспользоваться властью! Срок годности полномочий ведь не вечен.
Согласно уставу, Управление обязано принуждать страны к наведению порядка в сфере борьбы с наркотиками и может, после голосования, инициировать силовое вмешательство!
А поскольку сейчас председательствует Мексика, это отличный повод использовать имя ООН для «зачисток».
Это право, дарованное Генассамблеей!
А вы думали, зачем Виктор так рвался на этот пост? Да еще и вбухивал туда по шесть миллионов долларов ежегодно.
Это называется – благовидный предлог!
— А почему в списке нет Мексики?! Есть ли в мире место более погрязшее в этом дерьме?! Ты… ты просто злоупотребляешь властью! — Проревел лежащий кореец. Видать, попался крепкий орешек.
— Нет, — Иоахим медленно наклонился к нему, глядя прямо в глаза. — Под носом у законного правительства наркоторговцев нет. Из них давно наварили мыла.
Кореец осекся, а затем, видимо сообразив, о чем речь, вздрогнул всем телом.
— Скажи спасибо, что ты не в Мексике, а не то… — Господин комиссар усмехнулся, похлопал его обухом топора по щеке и, отбросив оружие, убрал руки в карманы. — Впредь, если есть претензии, подавайте их через официальные каналы!
— Если я в Вене не могу разобраться с наркоторговцами, неужели я не разберусь с вами?
Иоахим Риббентроп прошел сквозь ряды оробевших «союзных войск» Японии и Кореи. Никто не посмел его тронуть, лишь молча смотрели вслед.
— Уходим! — Процедил сквозь зубы один из корейцев. — Сначала в больницу, это дело мы так не оставим.
Толпа подхватила раненого и потащила прочь. Японцы, переглянувшись, тоже угрюмо разошлись.
Вернувшись в кабинет, Иоахим даже не придал значения инциденту. Он только успел прикурить, как в дверь постучали, и вошла секретарша с кипой бумаг.
— Сэр, вот отчеты по количеству дел и подозреваемых, связанных с наркотиками, за август.
— Клади здесь, — кивнул он.
— Тогда я пойду… — робко произнесла девушка.
— Погоди.
— Что там с предложением о создании постоянного президиума и приеме новых членов? Как реагируют страны-участницы?
В Управлении было всего около сорока стран, чего явно не хватало. Планировалось расширить список. Из Пяти Великих Держав Великобритания и СССР в него еще не вошли.
Постоянный президиум должен был состоять из четырех стран: Мексики, Китая, Сингапура и США. Отныне пост исполнительного директора должен был переходить между ними. Настоящий союз трех героев и одной бешеной собаки борьбы с наркотиками.
Поймали – и сразу к стенке.
В других странах законы были куда мягче.
Многие государства втихомолку подумывали о легализации кокаина, особенно в Латинской Америке – кто там им по-тихому не приторговывает?
Что касается американской «собаки» – ну, без неё никак, приходится брать в игру. Да и к тому же, положа руку на сердце, янки сейчас тоже пытаются бороться, хоть и без особого успеха.
— Более восьмидесяти пяти процентов стран-членов «за». Китай и Сингапур уже дали добро, — ответила секретарша.
Она не понимала, зачем комиссару Риббентропу все эти сложности. Честно говоря, Управление ООН по наркотикам считалось захолустьем – даже ЮНЕСКО стояло выше в иерархии. Никто на этот пост особо не зарился.
Что ж, то, что не нужно другим, заберут мексиканцы.
— Тогда объявляйте официально. И с этого момента внесите главарей Южного правительства Мексики в списки разыскиваемых преступников.
— Слушаюсь. Будут еще указания?
Дождавшись, пока он махнет рукой, девушка вышла, плотно прикрыв дверь. Докурив сигарету, Иоахим взял трубку и набрал номер.
— Господин Касаре? Это Иоахим Риббентроп. У меня есть новости.
…
Мексика. Звездная ночь.
В Мехико по-прежнему царила тишина. На улицах – ни души.
Развлекательные заведения? Все под замком.
После введения комендантского часа в городе работали только больницы и полиция. Ночные смены на предприятиях тоже временно отменили.
Всё для нужд государства.
Конечно, нашлись недовольные. Владельцы злачных мест, решив, что их бизнес губят, подговорили шпану выйти на протест, и…
На этом всё и закончилось. Мир пополнился парой-тройкой свежих «отбивных».
Не хочешь по-хорошему – Виктор поможет по-плохому!
Одновременно с комендантским часом стартовала земельная реформа. Было объявлено, что вся земля в Мехико и городах-спутниках переходит в собственность государства. Частникам дали срок, чтобы подтвердить права собственности документами.
Но по большей части земли эти остались от беглых наркоторговцев.
Теперь их раздавали беднякам – а это сорок три и девять десятых процента населения, почти пятьдесят пять миллионов человек, живущих за чертой бедности. Они получили право пользования землей.
Для детей ввели обязательное девятилетнее обучение. В старших классах отменили плату за учебу.
Инвалидам же предстояло пройти комиссию в госпиталях, после чего они могли рассчитывать на пособие в тысячу триста сорок песо – около шестидесяти долларов в месяц. На жизнь хватит.
Учителям и госслужащим по всей стране подняли зарплату на двадцать процентов, расширили пакет льгот.
Действуя целым комплексом мер, Виктор умудрился угодить и низам, и среднему классу, и тем, кто был лоялен режиму. Укрепив стабильность, он принялся за «жирных котов» из числа местных богатеев.
За месяц Разведывательное управление вычистило более двухсот сорока компаний и частных лиц, сотрудничавших с картелями. Их активы заморозили и конфисковали – казна пополнилась на шестьдесят миллионов долларов.
Разделка «жирных свиней» всегда была прибыльным делом.
В кабинете Национального дворца ярко горел свет.
Виктор потер виски и закрыл книгу. В Европе и США она считалась запрещенной, но в Латинской Америке расходилась на ура.
«Цитаты Мао».
Многие партизанские отряды использовали её как священное писание.
Виктор отхлебнул кофе, и его взгляд сосредоточился.
Перед ним возник интерфейс его Золотого Пальца, изрядно преобразившийся. Теперь можно было даже настраивать фон…
В центре красовалась карта Мексики. От Северной Нижней Калифорнии до штата Мехико – все его владения были как на ладони. Можно было увидеть уровень одобрения населения, степень коррумпированности чиновников, реестр гражданских строений.
Самый высокий рейтинг был в Нижней Калифорнии – девяносто один процент. Следом шла Сонора с восемьюдесятью девятью процентами.
В новых штатах – Мичоакане, Гуанахуато, Тамаулипасе и Сан-Луис-Потоси – цифры колебались около пятидесяти двух процентов. А вот «островной» штат Мехико едва дотягивал до сорока семи. Неуд. Зато уровень коррупции там был самым низким – девяносто восемь процентов. Еще бы, ведь старых чиновников выкосили под корень.
Остальная территория страны была скрыта туманом – Золотой Палец не считал её своей.
Когда Виктор вошел в Национальный дворец, система уведомила его, что под контролем находится более шестнадцати штатов. Последовало обновление, открывшее массу новых функций.
Над картой появились пять больших вкладок: Оружие, Чертежи, Персонал, Технологии (включая сельхоз), Прочее.
С оружием всё осталось по-прежнему.
А вот чертежи теперь охватывали период на тридцать лет вперед – до самого две тысячи двадцатого года. Но цены кусались.
Виктор присмотрелся. Например, F-35 «Лайтнинг II» стоил семь миллиардов восемьсот миллионов очков. Если считать по стократной стоимости от себестоимости в семьдесят семь и девять десятых миллиона долларов – как раз столько и выходило.
А беспилотник «Глобал Хок» тянул на целых двадцать два миллиарда.
Тут… тут, наверное, даже за голову президента США столько не дадут. Может, стоит прихлокнуть Буша-старшего еще разок?
Вряд ли кто-то принес больше вреда, чем они.
Самым дешевым оказалось стрелковое оружие. Знаменитая винтовка HK 416 стоила всего триста тысяч очков. Правда, чертежей к ней была тьма – десятки тысяч листов, в которых Виктор всё равно ничего не смыслил.
Вкладка персонала не изменилась – всё то же «создание» людей.
Самым крутым разделом оказались Технологии. Там было всё: от спутников и космоса до сортов арбузов и даже технологий гибридного риса.
В разделе «Прочее» глаза и вовсе разбегались от всякой всячины.
Виктор, конечно, загорелся. Но взглянул на свой баланс…
Пять миллиардов шестьсот миллионов очков!
Проклятье, даже на один F-35 не хватает.
Впрочем, очки теперь капали не только за ликвидацию преступников. «Удары по известным организациям» и «Предотвращение масштабных катастроф» тоже приносили солидный доход.
Большая часть запасов ушла на обеспечение фронта. Сколько боеприпасов сожгли, пока громили правительство Поповича?
Побеждали за счет огневого вала. В таких делах логистика – всё. Хоть Попович и пал, очков осталось не так уж много.
Хорошо хоть патроны научились делать сами, а то разорились бы.
Но пять с лишним миллиардов жгли карман. Нужно было на что-то потратиться.
За сто пятьдесят тысяч очков он выкупил чертежи пулемета M240. За сто три миллиона – БМП «Брэдли».
Восемьсот пятьдесят миллионов ушло на новейшие чертежи танка M1A2 «Абрамс».
Еще двадцать миллионов он вложил в агротехнологии: селекция, удобрения, методики выращивания. От разведения рыбы до морских деликатесов.
Миллиард улетел в мгновение ока.
Золотой Палец сложил документы на указанный склад – бери когда нужно.
С чертежами можно развернуть производство. Перекрашу их: у янки «Абрамс» песочный, а у меня будет зеленый. Они продают за восемь с половиной миллионов, а я выставлю за четыре. Берем ценой и качеством.
В конце концов, в оружейном деле обвинить в плагиате не так-то просто.
А если что-то не сможем произвести сами – продадим чертежи другим. Если добуду схемы F-35, загоню их «Кролику» в обмен на постройку плотин, электростанций и инвестиции. Справедливый обмен?
СССР рухнул. Что ж, Восток поднимается. Сюрприз для янки!
Гегемония одного игрока еще никому не шла на пользу.
Виктор устало откинулся на спинку дивана, размышляя, где бы еще раздобыть «грешников». Он заметил значок лупы в углу и ввел запрос:
— Сколько очков за Саддама?
Тут же вывалилась информация.
Саддам Хусейн. Родился в провинции Салах-эд-Дин, Ирак. Политик, военный. Дата рождения – двадцать восьмое апреля тысяча девятьсот тридцать седьмого года, деревушка близ Тикрита.
В пятьдесят пятом уехал в Багдад на учебу. В пятьдесят седьмом примкнул к подпольной партии «Баас»…
И далее вся биография.
Очки за ликвидацию: сто тридцать миллионов. Преступления против человечности, военные преступления. Резня в Эд-Дуджейле, геноцид курдов в конце восьмидесятых…
В конце приписка: «В данный момент находится в Багдаде, дворец Ас-Салам, третий этаж, Золотой зал».
Вот это да… Система и впрямь полезная, даже точное местоположение выдает.
Виктора осенило. Это же значит, что он может вычислить любого скрывающегося преступника!
Он быстро ввел: «Иди Амин!»
Система выдала результат. От рождения до прихода к власти.
В апреле семьдесят девятого свергнут при поддержке танзанийских войск, бежал из Кампалы.
Входит в число «величайших тиранов Африки» вместе с Бокассой, Мобуту и прочими.
Как известно, в «тройку» тиранов вполне могут входить пять человек – это нормально.
Сейчас проживает в Джидде, Саудовская Аравия, с четырьмя женами, тридцатью любовницами и сорока тремя детьми.
Очки: сорок три и три десятых миллиона. Виновен в гибели и страданиях более трех миллионов человек.
Виктор быстро переписал адрес…
Раздался стук в дверь.
— Войдите.
Вошел Касаре с подносом еды. — Босс, я так и знал, что вы еще не ложились. Угощайтесь – пицца с авокадо.
Виктор скептически глянул на эту «кулинарную дичь», но всё же взял кусочек. А ведь неплохо! В Латинской Америке частенько бывает так: на вид – ерунда, а на вкус – пальчики оближешь.
— Только что звонил Иоахим Риббентроп из Вены. Он официально внес Южное правительство в список стран-производителей наркотиков. На их верхушку объявлена международная охота, — сообщил Касаре.
— Хорошо. После выборов в США переговорим с господином Рамсфелдом. Нужно заморозить все активы этих семнадцати банд в Штатах и начать аресты. С Управлением по борьбе с наркотиками будем работать еще плотнее.
— Надеюсь, победят республиканцы. Демократы – те еще болваны, — Касаре сложил руки в молитвенном жесте.
— Нужно, чтобы Белман обеспечил Брамо пост губернатора Вирджинии.
— Но это же Синий штат… Там будет непросто.
— А кто мешает ему «покраснеть»? Именно потому, что это трудно, мы за это и возьмемся. Покажем им нашу силу. В крайнем случае – подтасуем голоса, но Брамо должен сесть в это кресло.
Как говорится: наверху чихнули – внизу задохнулись. Будет весело.
— На тех, кто против Брамо, накопайте компромат. А тех, кто копает под него… пусть замолчат. Ясно?
Касаре с горькой усмешкой кивнул:
— Ясно!
— Как только мы перекроем южанам кислород в Штатах, они долго не протянут. Без внешней подпитки посмотрю я, на сколько их хватит.
— Наши люди доносят, что они и сами это понимают. Вроде как нашли другую страну, которая будет делать для них оружие.
Виктор подобрался. — Кого?
— Индию.
Напряжение тут же спало. — А, эти… Пусть сначала со своими проблемами разберутся, прежде чем за пушки браться. При всём уважении, пока я жив, их военпрому ловить нечего.
Их «чудо-винтовку» ИНСАС решили делать в восьмидесятом, а родили только к девяносто четвертому, если память не изменяет. И ведь заявляли, что это только для элиты! А в итоге в Непале из-за неё куча калек осталась – кому руку оторвало, кому ногу.
А ракета «Брамос»? Вон, филиппинцы на испытаниях сами себя накрыли – пятеро трупов.
Про легендарный истребитель «Теджас» и говорить нечего. В народе – «вдоводел».
Если на вещи стоит клеймо «Сделано в Индии», значит, у покупателя железные яйца.
Касаре слушал с недоумением, припоминая, что нечто подобное говорил покойный Кеннеди.
— Передай это Джорджу Смайли, пусть найдет исполнителей. — Виктор протянул листок с адресом Иди Амина. — Сделать всё чисто.
— Амина?
— Его самого. Того, что из Африки.
Касаре окончательно запутался. С чего бы боссу ополчаться на Амина? Тот и по телевизору-то сто лет не появлялся. Когда тот гремел, босс еще в школу, небось, ходил. Впрочем, приказ есть приказ.
— Понял. Босс, и еще одно. Ватикан собирается отозвать всех священников из Мексики. Объявят нас «землей, неугодной Богу», а вас – персоной нон грата. Выражают протест против осквернения церквей и призывают паству к сопротивлению.
— Настаивают на свободе религии и требуют отмены смертной казни.
— Говорят, священники вернутся только тогда, когда вы уйдете в отставку. Завтра об этом раструбят на весь мир.
— Папа?
Виктор презрительно хмыкнул и процитировал знаменитые слова «отца народов»:
— А сколько у Папы дивизий?
— Вот когда у него будет под началом пара сотен тысяч штыков и оружие массового поражения, тогда и буду слушать его проповеди.
— Хочет увести священников? Скатертью дорога.
— Наберем своих людей. Назовем их «Мексиканская христианская церковь». Пусть вступают в партию Куаутемока. Хочешь верить в Бога – люби Родину!
— Тьфу!
— Я такого не допущу!
…