Глава 379: «Удар по порту!!»
Верхний этаж Губернаторского дворца.
В кабинете, прямо за спиной хозяина, висел свиток с китайскими иероглифами. В каждом штрихе чувствовалась рука мастера, глубокий смысл, скрытый в изящных линиях, и горечь жизненного опыта.
Там было начертано всего одно слово: «Верность»!
В нижнем углу стояла подпись: «Виктор».
За такую работу коллекционеры с радостью выложили бы не меньше миллиона долларов.
Но сейчас генерал, в чьих руках были судьбы десятков миллионов людей, устало потирал виски. Стол был завален документами первостепенной важности.
Северная Армия взяла слишком резвый темп…
За год подмять под себя четыре штата, причем сносить всё так, что потом приходится отстраивать заново… В бюджете образовалась приличная дыра.
К тому же ссора с японским капиталом не прошла даром – а ведь экономика Японии в те годы была второй в мире.
Серьезный противник.
— О? — Виктор наткнулся на интересное предложение. Пробежав глазами пару строк, он оживился. В письме предлагалось искать новых инвесторов – например, в Саудовской Аравии.
Аргументов было несколько:
Во-первых, у саудитов крайне натянутые отношения с финансовыми кругами США, где заправляют евреи. Религиозные различия и пропаганда, выставляющая любого человека в куфии террористом, делали свое дело.
В Голливуде арабы почти всегда были злодеями.
Идеологически Саудовская Аравия была естественным противником еврейского капитала.
Во-вторых, у саудитов было неприлично много денег, которые они просто не знали куда пристроить.
В-третьих, несмотря на тесные связи с США в политике и военной сфере, внутри Саудовской Аравии к американцам относились с большим подозрением.
Уж очень янки зарились на нефть.
Это как если бы твой лучший друг пускал слюни на твою жену и с жадностью шептал: «Брат, а жена-то у тебя – огонь». Как бы ты на это посмотрел?
В записке также говорилось: «Мы можем привлечь инвестиции и кредиты, а также договориться о поставках нефти в обмен на наше вооружение».
Виктор счел идею здравой. Он посмотрел на имя автора – Шверинк Крозиг. Кажется, это был молодой и талантливый советник из Министерства финансов.
Он уже потянулся к телефону, чтобы вызвать его для беседы, как в дверь постучали.
— Войдите.
— Генерал, операция «Мясорубка» идет по плану. Десять минут назад авиация центрального марионеточного правительства атаковала 4-ю дивизию морской пехоты! — Вбежал в кабинет Джордж Смайли.
— Начальник штаба господин Горацио Герберт Китченер уже отдал приказ четвертой дивизии сократить линию фронта. Попович и его люди начали заглатывать наживку!
Виктор с блеском в глазах поднялся с кресла. Смайли, проявив завидную расторопность, достал сигару, раскурил её и почтительно подал боссу. Виктор затянулся. — Товар из Бразилии – крепкая штука. Давайте еще подбавим доверия этим марионеткам. Объявите во всеуслышание, что заместитель начальника штаба Эрих Людендорф назначен командиром Первой дивизии морской пехоты!
— Будет сделано!
— Фронтовым частям отойти на двадцать километров!
— А что с войсками в Монтеррее?
— Тоже пусть отступают. Этот кусок мяса никуда не денется. Когда выманим силы поддержки с Юга и уничтожим их, тогда и съедим всё, что на столе, не спеша.
— Я хочу одним ударом перебить хребет марионеткам Центра. Один бой решит всё. Полгода… Даю полгода, чтобы мы дошли до самого Мехико!
— В следующем году я перенесу резиденцию Первой Республики на Тепейяк!
Это место на северо-востоке Мехико не отличалось ни красотой пейзажей, ни высотой гор, но для мексиканцев оно имело сакральное значение. Именно здесь, по преданию, явилась Дева Гваделупская – покровительница Мексики.
Джордж Смайли, глядя в спину генералу, глубоко вздохнул:
— Генерал…
— Что такое? — Не оборачиваясь, спросил Виктор.
— В народе ходят разговоры… появилась петиция с просьбой к вам принять титул императора Первой Республики.
Виктор резко обернулся. Смайли тут же опустил глаза.
«В народе», как же. Это его собственные люди спят и видят такой исход.
Если он станет императором, они получат титулы и чины. Кто же не хочет подняться выше?
Даже Касаре в частных беседах намекал на это.
А хотел ли этого сам Виктор?
Разумеется!
— Еще не время. Мексика не объединена, наркоторговцы всё еще наглеют. Кем я буду, если надену корону сейчас? Обезьяной в золотых одеждах. Посмешищем. Клоуном.
— То, что страна раскололась из-за наркотиков – уже наше поражение. Но когда я объединю её, никто не посмеет мне отказать.
— Моя статуя будет стоять на Тепейяке. Дева не смогла защитить Мексику, теперь мой черед!
Тяжелая ладонь Виктора легла на плечо Смайли, отчего тот невольно вздрогнул.
— Передай парням: пусть не торопятся. День придет. Никто не останется без наград и должностей.
— А как быть с народными инициативами?
— Не мешай им, — улыбнулся Виктор. — Это выбор народа.
Он поправил воротничок на кителе Смайли и добавил:
— Иди, занимайся делами. Всему свой черед.
Смайли кивнул и вышел. У самой двери он на мгновение задержался, бросив взгляд на каллиграфию на стене.
— Верность… — тихо прошептал он.
…
Монтеррей.
Город лежал в руинах.
355-й полк четвертой дивизии уже полмесяца бодался здесь с наркоторговцами!
Те вцепились в каждый подвал, каждую груду обломков и канализационный люк. Даже несколько волн авиаударов не смогли выкурить их отсюда.
В одном из бункеров…
Главарь Хосе Андрес Гуардадо выглядел свирепо. На его лице добавилось шрамов, некоторые были совсем свежими. Левая рука была забинтована. Вокруг угрюмо сидели его люди, молча чистя оружие.
От их отряда…
Осталось едва ли четыре сотни бойцов.
Если подкрепление не придет…
Они все здесь и лягут.
А дезертировать?
Поздно. Нужно было бежать до начала заварухи, а сейчас их просто пристрелят в спину.
Хосе Андрес Гуардадо взял флягу, закинул голову, но из неё не упало ни капли. Он облизал пересохшие губы. — У кого-нибудь вода осталась?
Наркоторговцы лишь молча покачали головами.
— Черт!
Гуардадо буквально задыхался от ярости, особенно на Виктора. Ну какого хрена тебе надо, подонок? Ты же нам даже сдаться не даешь!
Просто прижимаешь к стене, не оставляя выбора.
— Босс, босс! — В бункер, пригибаясь, вбежал боец с радиоприемником в руках. Глаза его возбужденно блестели.
— Что ты орешь? Что случилось?!
— Босс, послушайте! — Парень нажал кнопку включения.
Сквозь треск помех прорвался голос:
— Экстренное сообщение из Мехико! Сегодня, 1 июня, в 9:21 утра наши силы атаковали городок к югу от Монтеррея. На месте уничтожен командир 4-й дивизии морской пехоты Роммель и одиннадцать офицеров штаба!
— Противнику нанесен сокрушительный удар!
— Враг в панике отступает…
— Под предводительством президента Поповича мы одержали великую победу! Но это только начало! Господа! Время для контратаки пришло! Берите оружие, выходите на улицы, убивайте северных псов, верните себе свой дом!
Женский голос в радиоэфире звучал чертовски соблазнительно.
Это была задумка Поповича. Влияние женщины на мужчину – особенно на войне – трудно переоценить.
Японцы на Тихом океане тоже использовали девушку, которая на прекрасном английском несла всякую пошлятину или пела грустные песни, пытаясь деморализовать американцев. Вот только эффект был обратный: янки, раззадорившись, рвались в Токио, чтобы лично поймать «Токийскую Розу».
— Эти северные ублюдки сдохнут от наших пуль! Да здравствует президент Попович!! Да здравствуют великие граждане Монтеррея!
В бункере воцарилась тишина.
Гуардадо резко вскочил, его лицо побагровело. — Да здравствует!!
— Ура!
— Живо наверх, проверьте, остались ли там эти северяне.
Один из бойцов метнулся к выходу и вскоре вернулся. Гуардадо, не дожидаясь доклада, бросился ему навстречу. — Ну что там?! Ну?!
— Босс, они правда уходят!
Глаза Гуардадо лихорадочно заблестели. — В атаку! За мной!
— Босс, остыньте! Стой! — Один из наркоторговцев в очках вцепился ему в пояс.
— Ты чего, Санчес?! Пусти!
— Босс, нас меньше четырехсот человек. Если вы сейчас выскочите, а они вернутся – их артиллерия нас в порошок сотрет. Лучшее, что мы можем сделать – это сидеть тихо и ждать, пока они сами свалят.
Гуардадо замер…
Вспомнив мощь северной артиллерии, он сглотнул и медленно кивнул. — Ты прав, Санчес. Прав. Нельзя пороть горячку. Ждем, пока они уйдут окончательно.
— Живо, глаз с них не спускать!
Боец снова убежал на пост.
Гуардадо, сияя от восторга, обернулся к своим людям:
— Монтеррей снова наш!
Тем временем Попович пребывал в не меньшем восторге.
Операция по ликвидации удалась!
Штаб 4-й дивизии обезглавлен, а значит, продолжать наступление они не смогут.
— Теперь наш ход. Приказывайте силам поддержки с Юга высаживаться в Тамаулипасе и идти прямиком на Монтеррей!
Когда приказ дошел до Юкатана, тамошнее правительство наркоторговцев дало добро без колебаний.
Чтобы не пустить Северную Армию на юг, они готовы были бросить в бой всё, что имели.
Порт Сан-Фернандо.
Небольшие рыбацкие лодки, готовившиеся к выходу в море, были безжалостно раздавлены маневрирующими военными кораблями. Наркоторговцы на палубах хохотали, тыча пальцами в барахтающихся в воде людей.
— Приготовиться к высадке! Оружие к бою!
Из динамиков на палубе гремели команды. Наркоторговцы, похватав стволы, выстроились у бортов.
Бам!
Нос корабля с глухим ударом уткнулся в причал, заставив стоявших пошатнуться.
Аппарели пошли вниз…
— На берег! Пошли, пошли!
Шесть тысяч боевиков организованными колоннами выбегали на сушу. Выглядели они куда серьезнее обычных уличных банд.
Экипировка – сплошь американская.
Разработанные в семидесятых годах в лабораториях Натик каски PASGT, бронежилеты того же типа, у многих – тактические очки SWDG.
В руках – штурмовые винтовки M16A2.
Не зная правды, их легко можно было принять за американских солдат.
Впрочем, невелика разница – американцы тоже приторговывали дурью.
Это была отдельная бригада «Кара» – элита Юга. Их тренировали американские инструкторы, а костяк составляли ветераны армии США, в том числе участники вторжения в Панаму.
Боевая мощь впечатляла.
Правда, боевых заслуг…
Ноль.
Но они на каждом углу трубили, что эта бригада способна на равных сражаться с лучшими частями Северной Армии и даже побеждать их.
В порту Сан-Фернандо было еще немало народу.
Люди в ужасе жались к стенам, глядя на марширующих солдат.
Среди толпы, не особо скрываясь, стояли и агенты Севера. Они спокойно фиксировали вооружение, численность и оснащение врага.
Когда колонны скрылись из виду, один из агентов добежал до ближайшего телефона-автомата. — Алло! Наживка заглочена. Рыбацкие лодки в море, можно закидывать сети!
— Принято.
Повесив трубку, агент бросил последний взгляд на солдат и быстро растворился в переулках.
Разведданные мгновенно улетели в Тихуану.
Аэропорт Дуранго.
Семь истребителей F-14, три бомбардировщика B-24 и один истребитель-бомбардировщик F-111 с ревом оторвались от взлетной полосы.
— Цель – порт Сан-Фернандо. Сначала работаем по кораблям, затем «Бородавочники» зачищают берег. Поняли? — Раздался в эфире голос генерал-майора Ганса-Ульриха Руделя, командира второго авиационного крыла.
— Группа поняла!
— Виктор с нами!
— Удачи, парни, — Рудель положил микрофон и посмотрел в небо, словно мог взглядом догнать ушедшие машины.
В Дуранго стояла отличная погода, но как только самолеты пересекли границу Нуэво-Леона и вошли в небо Тамаулипаса, всё изменилось. Тучи сгустились, по стеклам кабин забарабанил дождь, а вдали засверкали молнии.
— Видимость падает. Снижаемся до трех тысяч.
— Принято.
— Всем внимание, следите за ветром. «Бородавочники» выходят вперед, бомбардировщикам приготовиться. Опасайтесь ПВО кораблей.
— Есть!
Фью-ю-ю!
Звено пробило облачность и вынырнуло в серую мглу. Ведущий полковник глубоко вдохнул и отдал приказ к атаке.
А в порту Сан-Фернандо в это время стояли четыре эсминца типа «Флетчер», один фрегат типа «Бронштейн», судно снабжения и четыре транспорта. Старый порт вполне справлялся с такой оравой.
Из-за дождя…
Двигатели на кораблях были заглушены, радары выключены. Оставшиеся на борту матросы лениво драили палубы. Многие нацепили береты и весело переговаривались – вечером обещали «женское вознаграждение» за труды.
Флотские всегда славились любовью к разгулу – какая служба без девок?
По всем правилам радары должны были работать, но командир решил, что это лишнее. Кто на них нападет?
Здесь же полная безопасность!
Один младший лейтенант стоял на палубе, глядя на багровую полоску заката над морем. — Красота-то какая, — невольно вырвалось у него.
Вечерняя заря вперемешку с мелким дождем действительно завораживала.
Вдруг он заметил вдали черные точки.
Они приближались с невероятной скоростью. Прежде чем он успел что-то понять, до него донесся нарастающий гул.
— Самолеты?
— Самолеты!! Самолеты!!
Его зрачки сузились. Он со всех ног бросился в рубку, чтобы включить сирену. Резкий, надрывный вой огласил порт.
Но было поздно. Четыре F-14 уже заходили в пике.
— Огонь!
Шестиствольные пушки M61A1 «Вулкан» вспороли тишину!
Тра-та-та-та-та-та-та!
Снаряды выбивали фонтаны воды, приближаясь к бортам. Матросы, драившие палубу, даже не успели вскрикнуть – плотный поток свинца мгновенно превратил их в кровавый туман!
Те, кто был подальше, с дикими криками прыгали за борт.
— Помогите! Спасите!! — Люди отчаянно били руками по воде.
Внезапно над волнами показался характерный плавник. Один из барахтающихся солдат замер, округлив глаза:
— О боже…
Всплеск!
Акула молниеносно рванулась вперед и одним рывком оторвала несчастному голову!
…