Глава 274: «Драка на заседании!»
Вена, берег Дуная!
Виктор смотрел вдаль, думая о том, что когда-то на этом самом месте, возможно, стоял один небезызвестный ефрейтор с усиками.
Тогда он был лишь нищим студентом-художником, перебивавшимся случайными заработками.
Наверное, он стоял здесь со своим потрепанным портфелем и, глядя на солнце, медленно встающее над Дунаем, шептал: «В следующий раз, когда я приду сюда, Вена будет содрогаться от моего имени!»
— Господин… — тихо позвала Нурниша Калис. Виктор очнулся, улыбнулся ей, и вся группа с гордо поднятыми головами вошла в Венский международный центр.
— В здании конгресс-центра девять залов заседаний, окруженных множеством комнат отдыха. Через панорамные окна открывается вид на окрестности. В комплексе зданий двадцать четыре тысячи шестьсот окон, шесть тысяч дверей, сорок три пассажирских лифта и пятнадцать грузовых. Здесь могут одновременно работать четыре тысячи человек и проводить совещания еще тысяча шестьсот.
Нурниша Калис вещала словно заправский гид.
Когда они зашли в лифт и двери уже начали закрываться, послышалось:
— Подождите! Подождите, пожалуйста!
Телохранитель у двери нажал кнопку открытия.
— Спасибо!
В кабину вбежали двое – мужчина и женщина. Судя по удостоверениям на шеях, журналисты.
— Белисария.
Журналистка, услышав свое имя, обернулась и увидела Виктора, стоявшего в глубине кабины.
Её лицо озарилось радостью:
— Виктор!
Это была Белисария, корреспондентка «Лос-Анджелес Таймс» и представительница влиятельного клана Рамсфелдов.
В Париже между ними пробежала искра, легкий флирт.
После возвращения в Мексику они продолжали общаться, и, говоря откровенно, Виктор метил именно в её сторону.
Любовницы – это одно, а жена – совсем другое.
— Тебя перевели в ООН?
Белисария с улыбкой продемонстрировала свой пропуск:
— Теперь я корреспондент Информационного агентства США при ООН.
«Действительно, когда есть связи в правительстве, дела идут в гору!», – подумал Виктор. Из газеты – сразу в государственное агентство.
Он широко улыбнулся, и они весело заболтали о пустяках. Нурниша Калис наблюдала за этим со странным выражением лица. Она была тертым калачом и сразу видела, когда между мужчиной и женщиной искрит.
Сегодня вечером дело явно кончится постелью.
Дзынь!
Двери лифта открылись перед залом заседаний.
Виктор по-джентльменски пропустил Белисарию вперед, и та ответила ему благодарной улыбкой.
— Нам нужно поторопиться. Всего пять кандидатов, вы выступаете четвертым, — напомнила Нурниша Калис.
Виктор кивнул и бросил Белисарии:
— Пообедаем вместе после заседания?
— Спишемся, как всё закончится.
Проводив её взглядом и оценив изгиб бедер, Виктор поправил пиджак:
— Ну что ж, теперь наш выход!
Группа вошла в зал.
Перед ними сидели представители более чем сотни стран. Те, кто сидел сзади, обернулись на шум открывающихся дверей, но Пять Великих Держав в первом ряду даже не шелохнулись.
Они сидели неподвижно, излучая ауру спокойной мощи.
У Виктора невольно дрогнули веки. Стоило признать: если эти пятеро объединятся, остальным двум сотням стран мира останется только сдаться. Единственное, что могло бы их остановить – это границы самой планеты.
— Это и есть Виктор? — Спросил кто-то, похожий на представителя одной из африканских стран.
— Да-да, он самый! Крайне жестокий тип. Слышал про его прозвище «Мясник из Мексики»? — Его коллега кивнул и зашептал еще тише. — Говорят, из ста двадцати миллионов мексиканцев он сожрал как минимум тридцать!
Виктор чуть не споткнулся. Благо, стоящий рядом Джейсон Борн вовремя поддержал его под локоть. Виктор гневно обернулся на двух темнокожих парней, и те в ужасе втянули головы в плечи.
«И чего вы на английском болтаете? Что за бредни! Неужели кто-то в это верит?»
— Наше место здесь, — Джейсон Борн указал на табличку с надписью «Мексика». Место было довольно далеко, сразу за делегацией США.
«О, папаша янки!»
Виктор прошел к креслу, обменявшись кивками с представителями Канады и Эквадора.
Те с любопытством разглядывали его.
В Северной Америке появился настоящий хищник!
— Слово предоставляется представителю Ирака, — объявил председатель. Аплодисменты были вялыми.
«Видите, Пять Великих Держав не хлопают? И вы не смейте. Что, у вас с Ираком особые отношения?»
Иракский делегат поднялся на трибуну с бумагами в руках и заговорил тоном, больше похожим на допрос:
— Господа!
— Нас притесняют!
— Нам нужна помощь мирового сообщества. Мы все знаем, кто величайший преступник в этом мире…
Речь принимала скверный оборот. Присутствующие начали переглядываться.
— Прошу внимания! Представитель Ирака, сегодняшнее заседание посвящено созданию и выборам руководства УНП ООН. Не отклоняйтесь от темы, — председатель постучал по микрофону.
Но тот и не думал слушать, а лишь огрызнулся:
— Если бы не США, зачем вообще нужно было бы это ведомство? Именно из-за преступной группировки во главе с Америкой процветают наркоторговцы и множится зло!
В зале поднялся гул.
«Ты прямо на заседании прешь на янки? Жить надоело!»
Виктор, сидевший прямо за американским представителем, заметил, как тот, хоть и сохранял внешнее спокойствие, буквально весь напрягся. Волоски на его затылке встали дыбом, а кулаки под столом сжались до белизны. Он держался из последних сил.
— Поэтому… поэтому… — Иракский делегат, видя реакцию толпы, вскинул руку. — Присоединяйтесь к нам! Присоединяйтесь к священной войне!
— Святой твою… Хрен тебе!
Этот яростный крик пронзил зал. Все, включая Пять Великих Держав, обернулись и увидели, как Виктор вскочил со своего места.
С лицом, багровым от гнева, он схватил со стола микрофон и запустил им в сторону трибуны!
— Что ты несешь, ублюдок! Если бы не США, разве этот мир остался бы прежним? Ты просто ищешь оправдание своей глупости и амбициям! — Виктор оттолкнул ошеломленного представителя Канады и в три прыжка оказался на сцене.
Первый же удар в челюсть свалил иракца с ног!
Виктор оседлал его и принялся охаживать кулаками с обеих рук, не переставая ругаться.
Внезапная драка повергла всех в шок.
Опомнившись, некоторые делегаты закричали, другие же первым делом посмотрели на американца. Видя, что тот не шевелится, они замерли на полпути к сцене.
Иракский представитель был уже немолод. Разве он мог выдержать такие удары?
Он только жалобно вскрикивал.
— Растащите их! — Наконец раздался голос советского представителя. Только тогда люди из Восточной Европы бросились разнимать дерущихся. Американец оглянулся на канадца и подал ему знак глазами. Тот, помедлив секунду, вместе со своими помощниками тоже рванул наверх и встал за спиной Виктора.
Картина вырисовывалась интересная.
Двое больших боссов спокойно сидят внизу, а их «младшие братья» сцепились наверху. Мексика и Ирак оказались в самом центре противостояния.
— За что ты меня ударил! — Очки представителя были разбиты, лицо залито кровью, а голос дрожал.
— Наши страны в состоянии войны! Разве я не должен бить тебя при встрече? К тому же ты несешь чушь! Мне противно тебя слушать!
Виктор орал во всю глотку.
Краем глаза он заметил, что американский представитель прячет улыбку, но уголки его губ всё равно предательски дергались.
Драка на Генассамблее ООН – это, конечно, самоубийство. Но если ты дерешься, защищая честь «папаши», разве это можно назвать просто дракой?
«Это просто мой парень немного вспылил. Но он под моей защитой! Кто-то недоволен? Выйдите и скажите мне это в лицо!»
Виктор демонстрировал верность.
«Босс, я за тебя кровь проливал! На глазах у всего мира я показал, что я твой человек. Ты не можешь меня бросить».
В те времена янки еще дорожили своей репутацией.
Иракский делегат запнулся, а потом закричал своим:
— Не держите меня! Я его прихлопну! Виктор, я твою мать…!
Окружающие опешили.
Хватка на руках иракца невольно ослабла.
Канадцы, державшие Виктора, тоже разжали руки. Он мгновенно сообразил, в чём дело, и с диким воплем снова бросился в атаку!
…
Новость о драке на заседании ООН разлетелась мгновенно.
Быстрее, чем сифилис в портовом борделе.
Ведь, кроме делегатов, там была тьма журналистов.
— Быстрее, быстрее! Опоздаем – пропустим самое жареное!
— Прочь с дороги! Не мешайте!
Толпа репортеров хлынула в коридоры. Какая-то журналистка, которой мешала длинная юбка, просто разорвала её по шву, потеряв на бегу туфлю.
Когда они добрались до места, врачи как раз выносили на носилках иракского делегата. Репортеры бросились к ним, но охрана стояла насмерть.
Виктор вышел из зала с гордо поднятой головой.
Его «выдворили» с заседания, но перед уходом американец похлопал его по плечу. Без слов, но жест был красноречивым.
— Господа! — Виктор остановился перед десятками камер и указал на машину скорой помощи, куда грузили иракца. — Мексика против Ирака – я победил!
Журналисты замерли. Один из них, посмышленее, сразу спросил:
— Господин Виктор, это вы его так отделали?
— Нет, он просто неудачно врезался лицом в мой кулак!
Виктор рассмеялся и подал знак Джейсону Борну. Телохранители расчистили путь, оттесняя прессу, и помогли ему сесть в машину.
Не прошло и получаса, как его выставили за драку.
Заседание, разумеется, было отложено. О каких переговорах может идти речь, когда в зале пускают в ход кулаки?
Весть об этом облетела мир за считанные часы.
Пресс-секретарь Саддама Хусейна тут же выступил с требованием извинений от Мексики, заявив:
— Если Виктор не будет отстранен, мы используем все средства для защиты нашего достоинства.
На официальном сайте Губернаторского дворца Северной Мексики ответили кратко:
— У губернатора по-прежнему очень крепкие кулаки!
В интернете начались яростные словесные баталии.
Луна ярко освещала небосвод.
В итальянском ресторане на берегу Дуная Виктор арендовал всю верхнюю террасу.
Это выглядело как замашки нувориша, да он им и был. Зачем копить деньги, если не тратить их на удовольствия? На тот свет не заберешь.
Виктор сменил костюм. Напротив него сидела Белисария в черном вечернем платье с открытыми плечами. Они весело болтали, и после половины бутылки вина щеки девушки порозовели.
Подул прохладный ночной ветерок.
Виктор поднялся, на ходу расстегивая пуговицу пиджака. Под пристальным взглядом Белисарии он подошел к ней сзади и нежно набросил пиджак ей на плечи.
Она заметно вздрогнула.
Виктор посмотрел на её жемчужную сережку и под действием алкоголя коснулся её мочки кончиком языка. Белисария напряглась всем телом, словно испуганный кролик, а её уши вспыхнули пунцовым.
Словно опытный фокусник, он обнял её сзади и прошептал на ухо:
— Малышка…
— С первой секунды нашей встречи ты завладела моими мыслями и душой. Это звучит безумно, но я схожу по тебе с ума. Я так скучал. У тебя прекрасные глаза, они сияют как бриллианты.
— Мне нравится, как ты кутаешься от холода, когда на улице плюс двадцать два. Мне нравится твой взгляд, когда ты смотришь на меня как на сумасшедшего. Я хочу встретить завтрашнее солнце вместе с тобой. Я люблю тебя…
Белисария слушала затаив дыхание, а потом едва слышно прошептала:
— Я самая обычная…
— Для меня ты – самая лучшая!
Виктор развернул её к себе за плечи и грубо, властно поцеловал.
Глаза Белисарии округлились, она не знала, куда деть руки.
Поцелуй длился несколько минут, и когда Виктор наконец отстранился, между их губами потянулась тонкая ниточка слюны.
— Я люблю тебя, Белисария! Ты – всё для меня.
Эту ложь он повторял уже не раз и не двум женщинам.
— Я…
Белисария посмотрела в его глаза, полные почти молящей нежности, и её сердце дрогнуло:
— Я тоже тебя люблю.
Виктор выглядел пьяным, но мужчина пьян лишь на треть, остальное – игра, чтобы довести тебя до изнеможения. Никогда не верь словам пьяного мужчины.
Эта девчонка была еще слишком наивна.
Виктор подхватил её на руки, усадил на перила балкона и снова впился в её губы.
…
Слушая доносящиеся сверху звуки, Джейсон Борн затянулся сигаретой и прислушался:
— Ишь ты, молодежь, и простудиться не боятся.
Стоящие рядом подчиненные заусмехались.
— Шеф, звонят. Просят господина Виктора, — подбежал один из коллег с телефоном в руке.
Джейсон Борн вытаращил глаза:
— Ты предлагаешь мне сейчас туда идти?
Все дружно хмыкнули.
— Кто звонит?
— Американцы.
Сначала Джейсон Борн хотел велеть сбросить звонок, но, услышав ответ, скривился и нехотя взял трубку:
— Вечно этим янки что-то нужно!
Ворча себе под нос, он всё же поспешил наверх. Подойдя к балконной двери, Джейсон негромко постучал.
Звуки снаружи стихли:
— Что такое?
— Господин, звонят американцы.
Виктор не ответил. Спустя минуту дверь открылась, и на пороге появился Виктор – в помятой одежде и с крайне мрачным лицом. Джейсон Борн старался не смотреть ему в глаза.
— Давай сюда.
Борн поспешно протянул телефон.
Виктор прижал трубку к уху и глухо буркнул:
— Алло!
Сначала он хмурился, но постепенно его лицо разгладилось, и он с облегчением выдохнул:
— Хорошо, я понял. Сейчас буду.
— Американцы зовут нас. Есть новости по выборам исполнительного директора УНП ООН.
— Прямо сейчас?
— Конечно. Если бы ты не позвал меня сейчас, возможно, пришлось бы ждать еще часа четыре.
Джейсон Борн опешил: «Какие еще четыре часа?»
Но тут же до него дошло. «Ничего себе, Босс, ну ты и жеребец!»
…