Глава 212: Шеф ЦРУ застрелен ФБР!
Что?!
ФБР идет на штурм?!
Срочно зовите президента!
Уильям Вебстер пребывал в смятении. Ему хотелось развернуться и бежать, потому что рыльце было в пушку, но ведь это ЦРУ!
Вы когда-нибудь видели, чтобы ЦРУ кого-то боялось?
Подчиненные смотрят на него. Если он сейчас даст слабину, завтра же вылетит с поста. Можно злить кого угодно, но нельзя давать в обиду своих сотрудников!
— Идем! Я посмотрю, откуда у людей Сессинса взялось столько наглости, чтобы безобразничать на моей территории! — Воинственно выкрикнул он. Но, выходя, не забыл шепнуть, чтобы подняли по тревоге Группу специальных операций ЦРУ.
Собираем парней!
Когда Уильям Вебстер с сопровождением вышел к воротам, он увидел около двадцати патрульных машин с эмблемами ФБР. Они стояли в ряд прямо перед КПП ЦРУ, а группа крепких парней, прислонившись к капотам, невозмутимо курила.
Нахмурившись, он узнал одного из высокопоставленных чинов ФБР и крикнул:
— Бертолли, где ваш директор Сессинс? Что вы себе позволяете! Это территория ЦРУ!
Этот Бертолли выглядел… как бы это сказать… свирепо. Больше похож не на американца, а на какого-то сибирского мужика. Рост под два метра.
Ну правда, шел бы в баскетбол, зачем в ФБР подался? Талант пропадает.
Каждый раз, когда Уильям Вебстер его видел, у него холодело внутри. Сам он был не из низких, но этот тип был выше него на целую голову.
Бертолли из отдела тактических операций ФБР по прозвищу Громила из Сан-Франциско!
Сжимая в зубах сигарету, он покосился на Уильяма Вебстера:
— ЦРУ? Думаешь, вы такие крутые? Пошел ты! Слушай сюда, южанин, я тебя спрашиваю: мексиканцы правду говорят?
— Я понятия не имею, о чем ты!
— Не имеешь?
Бертолли хищно оскалился и достал с пояса наручники:
— Тогда я приглашаю тебя, господин директор ЦРУ, пройти в комнату для допросов ФБР и там всё обсудить!
— Ты не посмеешь! — Высокопоставленный сотрудник ЦРУ, стоявший рядом, ткнул в него пальцем. — Это ЦРУ, Центральное разведывательное управление.
— На территории США у ФБР есть право требовать содействия от любого гражданина. Конечно, ты можешь отказаться, и тогда я применю силу, — Бертолли сверкнул глазами.
Именно так: на родной земле ФБР ведет себя по-хозяйски! ЦРУ постоянно приходится вытаскивать своих людей из застенков бюро. У разведки внутри страны нет полномочий, так что если начнешь качать права – огребешь по полной.
И как раз в этот момент из здания выбежала группа захвата ЦРУ. С оружием в руках!
Увидев стволы, ФБР-овцы тоже взбеленились. Вы убили наших парней, мы пришли за ответами, а вы так с нами? Мы вам что, мальчики для битья?
Бертолли выхватил пистолет, его подчиненные последовали примеру.
Началось прямое противостояние!
— Спокойно! Не стрелять! Не стрелять! — У Уильяма Вебстера волосы на голове зашевелились.
Бертолли тоже процедил сквозь зубы:
— Всем внимание, без команды не стрелять!
Если прольется кровь, последствия будут необратимыми.
Но внезапно у одного из агентов ФБР наручники со звоном упали на асфальт. Этот резкий звук стал искрой. Стоявший в задних рядах новичок из группы захвата ЦРУ и так был на взводе, а тут рука дрогнула…
Пистолет в его руках выплюнул пулю!
Директор ЦРУ Уильям Вебстер схватился за грудь. С выражением крайнего недоумения на лице он повалился на землю!
— Директор!
— Директор!
Цэрэушники взревели.
Бертолли из ФБР тоже остолбенел.
Твою же мать!
Кто выстрелил?!
Я же просто припугнуть их хотел!
— Огонь! Огонь! ФБР беспредельничает!
Группа захвата ЦРУ открыла огонь, на месте убив двоих агентов ФБР. У Бертолли сорвало планку, и прямо у ворот Лэнгли закипел настоящий бой.
Эту сцену застали многие случайные прохожие. Кое-кто, «пребывая в легком восторге», тут же кинулся звонить репортерам.
— Алло! «Ю-Эс-Эй Тудей»? У меня сенсация, сколько заплатите?
— Двести долларов? Пошли вы! Мало! «Лос-Анджелес Таймс» дает восемьсот. Да, это нечто невероятное, у меня и видео есть, сейчас сниму.
— Две тысячи долларов? Договорились! ФБР и ЦРУ устроили побоище. Да, настоящая перестрелка. Есть ли убитые? Конечно! Кажется, я вижу на земле… Уильяма Вебстера!
На том конце провода раздался восторженный визг репортера.
Это была новость века.
— Быстрее, везите запись в наше местное отделение, мы накинем еще две тысячи!
— Окей! Ждите!
За такие деньги он бы эту запись хоть в Мексику доставил.
Мелким газетенкам повезло меньше. Когда их репортеры, запыхавшись, примчались на место, пальба уже прекратилась. Территория была оцеплена, внутри стояло десятка полтора машин скорой помощи, сновали врачи и медсестры.
Оказавшийся рядом сотрудник ЦРУ, и без того взвинченный, выбил камеру из рук журналиста:
— Что снимаешь! Съемка запрещена!
— Мы имеем право на интервью! — Выкрикнула женщина-репортер.
— На хрен твое интервью!
Цэрэушник кликнул подмогу, женщину скрутили и швырнули на землю. Ее юбка задралась, обнажив всё, что под ней было.
Остальные журналисты яростно щелкали затворами, фиксируя этот момент.
Новость об уличных боях между ФБР и ЦРУ мгновенно взлетела в топ всех сводок.
На каждом углу только об этом и говорили.
Если ФБР в глазах простых американцев были цепными псами, то ЦРУ – куском дерьма.
А Налоговая служба (IRS) – и вовсе выродками.
Народ называл их «собачьим братством».
Их репутация была хуже некуда. Едешь ты вечером с девушкой в бар, а ФБР тормозит тебя прямо на дороге, заявляет, что в машине запрещенка, и начинает вымогать деньги.
Таких историй было пруд пруди.
Бывало, что студентов на демонстрациях избивали до состояния овоща. И что потом?
Административный отпуск.
Так что грызня этих «псов» доставляла обывателям истинное удовольствие.
Однако для правительства США это было актом непростительной, вопиющей глупости!
Бертолли и остальных участников налета из ФБР немедленно отстранили и отправили за решетку, а директора Уильяма Сессинса вызвали «на ковер» к главному и смешали с грязью.
— Если Вебстер умрет, я лично прослежу, чтобы эти идиоты отправились следом за ним. Вон отсюда!
Всегда вежливый и корректный босс сорвался на крик. Сессинс вышел с почерневшим лицом, выглядя смертельно усталым. Кто же знал, что всё так обернется.
Да, он молча одобрил выходку Бертолли.
Но инцидент с ранением Вебстера взбесил даже Большого Босса, который сам был выходцем из ЦРУ.
Прав ты или нет – теперь это не имело значения.
С обеих сторон было много жертв: семь человек у ФБР и четверо у ЦРУ, включая одного заместителя директора.
— Директор, новости из больницы, — подбежал помощник. В его глазах читался страх. — Уильям Вебстер скончался!
!!
Да что ж он такой хилый!
У ФБР на вооружении пистолеты «Глок», калибр всего девять миллиметров – пулька-то маленькая. И от одного попадания в грудь – сразу насмерть?
Ты же шеф ЦРУ, черт побери!
Как-то совсем жалко ты… того самого.
Неужели судьба такая паршивая?
Сессинс выглядел так, будто съел что-то крайне мерзкое. Он оглянулся на дверь кабинета босса и распорядился:
— Быстро назад!
— Директор, зачем?
— Писать заявление об уходе!
Раз Вебстер мертв, за это придется ответить. Лучше уйти самому, сохранив хоть какое-то лицо, иначе тебя «уйдут» так, что мало не покажется.
Впрочем…
Сессинс понимал, что его политической карьере пришел конец.
Как высокопоставленный разведчик, он знал, что сейчас всё внимание США приковано к Кувейту. Там нефть, там огромные интересы. Была проделана колоссальная работа, чтобы стороны сохраняли спокойствие, Ираку были направлены жесткие предупреждения.
Туда даже отправили фрегаты сопровождения.
Но ситуация накалялась. Агенты ЦРУ докладывали, что армия «Льва Вавилона» уже в полной боеготовности и намерена преподать урок своему кредитору Кувейту, показав, кто здесь на самом деле главный.
И вот в такой момент директор ЦРУ, отвечающий за внешнюю разведку, гибнет от рук ФБР. Какой это произведет эффект?
У агентов за рубежом руки опустятся.
А если какой-нибудь отмороженный оперативник ЦРУ решит из мести прикончить его самого? Сессинсу стало по-настоящему страшно. Скорее в отставку!
Твою мать.
Ну и невезуха.
Весть о смерти главы ЦРУ в больнице была «слита» журналистам неким осведомленным лицом.
Общественность была в шоке.
Даже те, кто просто наблюдал за спектаклем, почувствовали, что актеры переиграли.
В одном из отелей Нью-Йорка.
В номере в полном молчании собралось около десятка колумбийцев.
Они не отрываясь смотрели на экран телевизора, где пресс-секретарь зачитывал текст по бумажке.
— По поводу широко обсуждаемого инцидента с перестрелкой между ЦРУ и ФБР: Пентагон уделяет этому вопросу самое пристальное внимание. Расследование показало, что имело место трагическое недоразумение, повлекшее человеческие жертвы.
— Уильям Сессинс освобожден от должности директора Федерального бюро расследований.
— Исполняющим обязанности назначен Флойд Кларк.
— Дальнейшие подробности будут сообщены позже. Благодарю за внимание.
Чиновник отчеканил текст и тут же ушел, не задерживаясь ни на секунду.
Но любой проницательный человек уловил скрытый смысл: почему ни слова о наказании для ЦРУ? Неужели Уильям Вебстер действительно мертв?
Боже мой!
За всю трехсотлетнюю историю США это был, пожалуй, самый вопиющий внутренний инцидент.
— Отлично! Пока ЦРУ и ФБР грызутся, им не до нас. Завтра. Завтра действуем – взорвем Статую Свободы!
Старший группы колумбийцев процедил это с лютой злобой.
— Действуем по плану. Завтра смешаемся с туристами, подойдем поближе и заложим заряды! Бомбы от испанской ЭТА не подведут, бросаем и уходим!
Это были «смертники» Картеля Кали. Из тех, чьи семьи живут в охраняемых поселках и работают на плантациях; если кто-то из них ослушается, картель казнит всех родных!
Классический метод наркоторговцев для воспитания преданности.
— Шеф… а если мы это сделаем, мы сможем выбраться из Штатов? — Нервно спросил один из бандитов, совсем молодой парень лет двадцати.
Прирезать кого-то на улице он мог не моргнув глазом, но это были США!
За такое дело, если поймают, смерть покажется избавлением.
При этом вопросе все уставились на вожака. Тот раздраженно затянулся сигаретой, в его глазах блеснула жестокость:
— Если задание провалим, по возвращении умрешь не ты один.
— Подумайте о своих семьях. Даже если придется обмотаться взрывчаткой и подорвать себя – вы это сделаете!
— DEA совсем края потеряли, янки думают, что мы из теста слеплены. Что ж, покажем им, кто тут на самом деле слабак!
— Североамериканская Наркотическая Ассоциация.
— Да здравствует!
… …