Глава 207: «Гамп – антинаркотический посол Лиги плюща!»
Столь очевидный отказ Сандра Сиснерос наверняка должна была уловить.
Но эта женщина сделала вид, будто ничего не поняла, и продолжала – то нарочно, то как бы невзначай – вести наступление на Виктора.
От её напора ему становилось не по себе.
Не то чтобы он не любил женщин – он просто не собирался подбирать всё подряд, особенно когда речь шла о столь пронырливой особе. Чтобы добиться успеха, нужно в первую очередь держать ширинку застегнутой.
Сколько мужчин на этом погорело?
Бизнес есть бизнес, и не стоит примешивать к нему чувства.
А самое главное – Виктор тщательно выстраивал свой образ, чтобы привлечь журналистку Белшаззар Рамсфельд.
Героический офицер по борьбе с наркотиками, всегда на передовой, обладающий безграничной властью в Мексике, но при этом блюдущий чистоту нравов, да еще и лауреат Нобелевской премии мира… Как вам такой типаж?
Мужское тело порой тоже может быть разменной монетой.
Уж точно не стоит брать пример с Мартина Лютера Кинга, который перед смертью успел переспать с тремя женщинами. Его личная жизнь была сущим хаосом, а поговаривали еще об одной странности – мол, любил он это дело… дегустировать фекалии?
Впрочем, это лишь слухи, кто знает наверняка.
Кстати.
Если его автобиография «Жизнь в борьбе» сумеет взять Нобелевку по литературе, не станет ли это настоящим взрывом?
Хотя… это так, мечты. Название уж больно специфическое.
— Шеф, американские гости закончили осмотр музея, — подбежал к Виктору секретарь. — …Они уже в мэрии, ужин готов.
Виктор, уже порядком уставший от «атак» Сандры Сиснерос, с облегчением улыбнулся ей:
— Давайте сначала пообедаем. О Нобелевской премии поговорим как-нибудь в другой раз.
Сандра послушно кивнула:
— Разумеется. Я в вашем распоряжении, когда бы ни потребовалось. Прошу прощения, мне нужно… э-э… отлучиться в дамскую комнату.
Виктор кивнул, разрешающим жестом приглашая её идти. Глядя вслед покачивающим бедрам, он внезапно поддался порыву и решил взглянуть на неё через Золотой Палец.
Увиденное заставило его невольно прищуриться.
— Глаз с этой женщины не спускать, — бросил он Касаре. — …Куда бы она ни пошла в последнее время – за ней должен быть хвост!
Касаре опешил:
— Босс, вы подозреваете, что с ней что-то не так?
— Запомни: если женщина без видимой причины жаждет с тобой переспать, вряд ли её покорили твои десять сантиметров. Скорее всего, её волнует лишь то, что ты можешь ей дать.
— А может, это любовь с первого взгляда?
— Ты сам-то в это веришь? — Вопросом на вопрос ответил Виктор. — …Любая любовь с первого взгляда – это лишь похоть, возникшая после взвешивания всех выгод. Даже если я решу её трахнуть, сначала не мешало бы всё разузнать. — Он похлопал помощника по плечу и добавил с глубоким смыслом:
— Никогда, слышишь, никогда не доверяй тем, кто приближается к тебе без видимой причины.
С этими словами он с суровым лицом направился к банкетному залу.
Ну и ну…
Как бы это помягче сказать?
Внештатный «информационный брокер»!
Работает примерно на шесть разведок мира, а недавно получила задание от ЦРУ: сблизиться с Виктором, стать его любовницей и выведать как можно больше тайн.
Слава богу, есть Золотой Палец, а не то бы решил, что кто-то и впрямь на него позарился.
Эх… все женщины – прирожденные актрисы. Обвести мужчину вокруг пальца для них проще простого.
Касаре, выслушав наставление, с озадаченным видом закивал. Стоявший рядом Джейсон Борн покосился на него:
— Ты хоть что-то понял?
— Конечно!
— …Босс ясно дал понять: не верь другим, но заставь их верить тебе. И прежде чем лечь в постель, договорись о цене вопроса.
— Так вот как ты оправдываешь свои походы к шлюхам? — Джейсон Борн вскинул бровь.
— Я просто спасаю оступившихся женщин. А тебе лучше подумать о том, как дочиста проверить подноготную той писательницы.
— Под взором Департамента информации Мексики никто не скроется!
…
Колумбия. Санта-Фе-де-Богота.
Роскошный особняк Бланко.
Итан Хант окинул взглядом двух здоровяков перед собой и, вскинув бровь, вежливо протянул руку:
— Значит, это вас прислал господин Пабло, чтобы помочь мне убрать Касаре Гонсалеса?
У обоих громил на лицах были вытатуированы скорпионы – зрелище не для слабонервных. Тот, что с волосами, помедлил, но всё же пожал руку:
— Бенджамин.
Второй, лысый, с мрачным взглядом, будто и не заметил протянутой ладони:
— Элвис.
Выдержав паузу, он внезапно спросил:
— Так это ты тот самый альфонс, которого пригрела Бланко?
— Элвис! — Нахмурившись, негромко одернул его Бенджамин.
Такой вопрос был равносилен пощечине. Какой мужчина стерпит подобное?
Итан Хант прищурился и убрал руку:
— Я муж Бланко, а не альфонс, господин хороший.
— Муж? — Элвис презрительно усмехнулся, но напарник дернул его за рукав. Посмотрев на Бенджамина, который отчаянно замигал ему, громила нехотя проглотил слова и плюхнулся на диван.
— У него просто характер такой, — попытался сгладить углы Бенджамин.
Итан Хант с улыбкой кивнул:
— Понимаю. Присаживайтесь.
Но в уме он уже поставил напротив гостя цифру «1».
Когда они сели, он вежливо предложил гостям закурить. Бенджамин принял сигарету, а Элвис даже не взглянул, достал свою, чиркнул зажигалкой и язвительно процедил:
— Извини, курю только свои. К альфонсовым сигареткам я как-то не привык.
Два!
Счетчик в голове Итана щелкнул.
— Господин Пабло велел нам поступить в твое распоряжение. Какой план? — Бенджамин, видя, что обстановка накаляется, поспешил перейти к делу.
Итан Хант кивнул, его голос стал глухим:
— Бланко мертва. Она была моей единственной любовью, и я обязан отомстить. Я очень благодарен вам за помощь…
Договорить он не успел – Элвис бесцеремонно перебил его:
— Слышь, ты не благодари. Мы здесь по приказу господина Пабло, а не ради тебя.
Улыбка медленно сползла с лица Итана.
— И еще кое-что, — продолжал Элвис. — …Я не верю в планы всяких смазливых мальчиков. За действия своей группы мы отвечаем сами, так что не лезь. Сиди себе дома и не отсвечивай. Ясно тебе?
— Три.
Итан Хант тихо произнес число. Бенджамин не успел ничего понять, как Итан, схватив с кофейного столика тяжелую пепельницу, вскочил и с размаху обрушил её на голову Элвиса!
Удар пришелся точно в темя. Схватив обмякшего Элвиса за загривок, Итан впечатал его лицом в столешницу и с яростным оскалом начал методично дробить ему череп:
— Твою мать!
— …Сукин ты сын! Я дал тебе три шанса, а ты всё не затыкался. Ты за кого меня принимаешь? За тряпку?
После трех ударов пепельница разлетелась вдребезги, а на лице громилы проступила кость. Бенджамин вскочил как ошпаренный.
— А ты сядь на место, ублюдок! — Рявкнул Итан Хант, глядя на него налитыми кровью глазами. — …Хочешь огрести следом? Пикнешь хоть слово – и тебя разделаю!
Бенджамин сглотнул.
Этот взгляд…
Он считал себя элитным киллером, но сейчас ему стало по-настоящему страшно. Казалось, этот человек готов сожрать его заживо.
Хрусть!
Пепельница из трехсантиметрового закаленного стекла окончательно рассыпалась.
Итан Хант разжал руку, и тело Элвиса мешком рухнуло на пол. Наступив ботинком на изуродованное лицо, Итан произнес:
— Запомни раз и навсегда: Бланко была моей… женой!
— …Я её муж. Не уважаешь меня – значит, не уважаешь её. И мне плевать, кто ты такой – я тебя в порошок сотру. Я был предельно вежлив, какого хрена вы ведете себя как быдло?
— Я его обидел? А? Отвечай!
От этого крика Бенджамин покраснел и, не смея поднять глаз, пробормотал:
— Элвис когда-то писал Бланко любовные письма… а она сказала, что он слишком уродлив…
Вот оно что!
Даже эта жирная свинья сочла тебя уродом!
Ты думал, у каждого есть талант альфонса? Думал, любой может ублажать женщину?
Итан Хант на мгновение замолчал:
— Это был последний раз. Если он еще раз откроет пасть, я его прикончу, и господин Пабло мне слова не скажет. — Он убрал ногу с лица избитого. — …Унеси его и найди врача. Завтра мы отправляемся в Мексику!
Бенджамин послушно кивнул и, подхватив Элвиса под руки, потащил его прочь.
Итан опустился на диван. С наркоторговцами только так и нужно: чтобы они слушались, ты должен быть свирепее их. Даже если слух об этом дойдет до Пабло, он всегда сможет сказать, что защищал честь «супруги».
А почему так жестоко?
Разве в Латинской Америке бывают нежные мужчины?
Пабло, пожалуй, еще и похвалит за верность.
Топ-топ-топ.
Итан Хант резко вскинул голову и увидел на повороте лестницы Колеоне. Мальчик стоял, прижимая к себе плюшевого мишку. Они обменялись взглядами, и ребенок тут же бросился наверх.
— Рано или поздно я отправлю тебя к мамочке, — едва слышно прошептал Итан.
Колеоне?
Думаешь, если тебя так назвали, ты станешь Крестным отцом?
Перед господином Виктором даже настоящая итальянская мафия склоняет головы!
И так зажился на этом свете. Это еще Итан Хант добрый, будь здесь босс – он бы тебя живьем закопал.
Сорняки нужно вырывать с корнем!
Он откинулся на спинку дивана, размышляя, как бы половчее прикончить всю эту свору в Мексике.
Хотя…
Тот парень, Касаре, тоже не подарок. Может, убрать его заодно?
А свалить всё на Пабло.
Хм…
…
— Апчхи!
Следовавший за Виктором толстяк Касаре невольно вздрогнул и громко чихнул.
— Что такое? Простудился? — Обернулся босс.
— Да нет, наверное, кто-то вспоминает, — с усмешкой отозвался Касаре.
Виктор кивнул и вошел в банкетный зал. Снаружи еще слышались голоса, но стоило ему переступить порог, как внутри воцарилась гробовая тишина.
Репортеры Мексиканского агентства новостей вели запись для вечернего эфира. В объектив попал Виктор с «благообразной» улыбкой на лице; он уже поднял руку для приветствия, как вдруг…
Один из молодых белых парней вскочил и замахал руками:
— Эй! Виктор!
Что за чертовщина!
Так нельзя!
Лицо Виктора на миг одеревенело. Покосившись на журналиста, он увидел, как Касаре понимающе подошел к оператору и что-то шепнул ему на ухо. Тот понятливо закивал – этот конфуз обязательно вырежут.
Такое в эфир пускать нельзя.
Но не успел молодой американец замолкнуть, как повскакивали и остальные.
Крики одобрения мгновенно заполнили весь зал.
Американцы…
Неужели нельзя попроще?
Вы бы еще честь отдали.
— Очень энергичные молодые люди, — только и смог сказать Виктор, выдавив улыбку и вежливо похлопав в ладоши.
— Сэр!
Тот самый молодой американец выскочил из-за стола и бросился к нему. Телохранители преградили путь, но Виктор жестом велел им отойти. Парень подбежал, глядя на него сияющими глазами; его голос дрожал от возбуждения.
— Не нервничай так. Как тебя зовут?
— Форрест Гамп! — Восторженно выпалил тот.
Виктор похлопал его по плечу:
— Хорошее имя. Добро пожаловать в Мексику, господин Гамп.
Мой кумир назвал меня «господином»!
Глаза Форреста Гампа загорелись надеждой:
— Скажите, когда вы освободите США? Когда придете к нам бороться с наркотиками?
От такого вопроса Виктор на мгновение лишился дара речи.
Ваша «секта» настолько радикальна? Я на вашем фоне выгляжу консерватором?
— Мои силы ограничены, — произнес Виктор, обводя взглядом присутствующих. — …Вы же знаете, мексиканские и колумбийские наркоторговцы объединились. Они хотят построить мир, погрязший в дурмане. Я не могу этого терпеть. Я буду сражаться с ними до последнего вздоха.
Он посмотрел им прямо в глаза:
— Возможно, я погибну. Возможно, мою голову повесят на мосту.
— Нет, сэр, вы не проиграете! — Выкрикнул Форрест Гамп.
— Даже если поражение неизбежно, я не сдамся. Этот лазурный мир принадлежит мне, принадлежит вам, и в конечном счете – только вам. Я всей душой хочу помочь Америке, но… я должен охранять врата Северной Америки. Мои ресурсы не безграничны.
— Тогда позвольте нам присоединиться к вам!
Форрест Гамп с силой ударил себя в грудь:
— Сэр, я служил в 1-й бригаде 82-й воздушно-десантной дивизии США! Я воевал в Панаме! После отставки я поступил в Корнеллский университет на философский факультет. У меня есть и способности, и воля, чтобы внести свой вклад в нашу общую борьбу!
А парень-то – находка!
1-я бригада 82-й десантной?
Это же элита из элит.
В девяностом году, во время операции «Правое дело», именно они были авангардом, свергнувшим военный режим Норьеги.
Кто бы мог подумать…
Этот Гамп оказался настоящим асом.
Да еще и в Корнелл поступил. Если бы закончил, наверняка стал бы политической элитой!
Армейское прошлое, белый, диплом университета Лиги плюща, да еще и философия… идеальный набор для политической карьеры. Сплошные бонусы!
Отправлять такого на передовую – просто преступление.
А что если… взрастить в самих Штатах перспективную политическую звезду?
Виктор прищурился и просканировал его Золотым Пальцем.
Форрест Гамп!
22 года!
Служил в 82-й воздушно-десантной. В бою лично уничтожил 37 врагов и спас шестерых раненых товарищей. Награжден Медалью Почета – высшей военной наградой США!
…
Да ты издеваешься надо мной?
Почему ты сразу не сказал про Медаль Почета?
К чему такая скромность?
С таким послужным списком тебе прямая дорога в политику!
Виктор смотрел на него теперь с не меньшим восторгом.
— Ты настоящий герой, Гамп.
— Спасибо! — Просиял тот.
— Но настоящему воину нужно объединять людей, говорить громче, разжигать чувства. Нам нужна поддержка всего общества.
Виктор положил руку ему на плечо, словно передавая свою силу:
— Я думаю, ты идеально подходишь на роль политика. Потому что у тебя есть то, чего им не хватает, – совесть.
— Политика? — Гамп нахмурился.
— Статус определяет громкость твоего голоса. Не согласен?
Парень задумался и медленно кивнул, хотя на лице его отразилось сомнение:
— Но мне еще нужно учиться.
— Тогда начни заявлять о себе прямо в университете.
— Например?
— Организуй цикл лекций в вузах Лиги плюща. Я верю в твое красноречие – ты сможешь привлечь на нашу сторону лучших представителей элиты. О деньгах не беспокойся.
— Расходы мы возьмем на себя. Твоя задача – призывать!
— Призывать к борьбе с наркотиками!
— Призывать ЦРУ к чисткам за рубежом… чтобы они разделались с наркобаронами так же решительно, как с Норьегой в Панаме!
Подбросим этим ищейкам работенки.
Пусть жизнь им медом не кажется.
Я любые деньги ввалю, лишь бы вознести Гампа на вершину.
Разве на Западе не любят создавать кумиров?
Экология, права человека… А я создам культ борьбы с наркотиками!
Посмотрим, чья повестка окажется правильнее!
…