Глава 130: «Служба разведки!»
Виктор был человеком дела: сказал – сделал. Алехандро тут же издал указ о роспуске штатной и муниципальной полиции и формировании Национальной гвардии. Это было подобно огромному камню, брошенному в тихий пруд.
— Почему нас увольняют?! Мы не согласны!
— Протест! Протест!
— Требуем объяснений от Виктора!
Сотни полицейских Мехикали устроили бунт. Они столпились под окнами полицейского участка, выкрикивая лозунги. Начальник полиции был на грани обморока от страха. Все знали мексиканскую традицию, где подчиненные запросто могли сместить начальство. В Мехикали уже бывало, что городские копы арестовывали командира прямо на улице по подозрению в связях с наркокартелями.
— Братья! Виктор лишает нас куска хлеба! Берите оружие, пойдем и спросим у него, за что он так с нами! — Кричал кто-то в толпе. — Если не ответит – уйдем к Синалоа!
У многих копов обида копилась давно. Борьба Виктора с наркотиками лишила их «благодетелей», а вместе с ними и солидных левых доходов. Кому это понравится? Они привыкли жить на подношения от наркоторговцев, а тут – зарплата не растет, а пахать заставляют в три смены. Чаша терпения переполнилась.
Разумеется, под сокращение попадали не все. Тех, кто старше сорока, переводили на бумажную работу. Тех, кому за пятьдесят пять – с почетом на пенсию с выплатами. А среди тех, кто моложе сорока, отсеивали людей с татуировками банд, судимостями и вредными привычками. Каждому уволенному полагалось выходное пособие – около четырех тысяч песо. Все было прописано четко и ясно.
Но многие уходить не желали. И не из любви к службе, а потому что привыкли пользоваться властью, которую давал значок.
— Пошли! Живо! — Толпа из нескольких сотен вооруженных людей двинулась к выходу, но у самых ворот замерла. Путь им преградили четыре БМП AMX VCI.
Из десантных отделений высыпали сорок бойцов Мобильного отряда по борьбе с терроризмом (EDTV), буравя бунтовщиков тяжелыми взглядами.
— Назад! — Зорф Шерман, известный под позывным М4, помрачнел. Пулеметы на бронемашинах довернулись в сторону толпы. — Положить оружие и прижаться к стене! Кто дернется – расстреляем на месте!
Не успел он закончить, как пулемет открыл огонь. Очередь прошла прямо над головами, выбивая крошку из кирпичной кладки позади. Полицейские мгновенно пригнулись, а кто-то и вовсе рухнул лицом в грязь.
Они… они и правда выстрелили! Полицейские переглядывались, и в конце концов здравый смысл взял верх – оружие полетело в сторону. Но засланные казачки среди них не унимались:
— Не слушайте их! Они хотят оставить нас голодными! Пошли к Гусману!
Зорф Шерман окинул толпу ледяным взглядом и тут же вычислил подстрекателя, пытавшегося скрыться за чужими спинами. По его знаку бойцы выдернули смутьяна из рядов.
— Что вы творите?! Отпустите! — Человек с вороватым лицом и лычками старшего сержанта извивался в руках спецназовцев, точно пойманная крыса. На его шее отчетливо виднелась татуировка с эмблемой Синалоа. Совсем страх потеряли. Виктор здесь уже столько времени, а ты даже тату не свел – это же прямая провокация.
Зорф Шерман посмотрел на него, достал пистолет и просто пустил ему пулю в лоб. Хладнокровно и без лишних слов.
— Не думайте, что я шучу. Господа, встать ровно!
Показательная казнь сработала идеально. Наступила гробовая тишина. Шерман кивнул четверым сотрудникам мэрии, которые начали проверку по спискам. У одного в руках был чемодан, доверху набитый купюрами.
— Доменико Борхес Харри!
Младший сержант, на вид которому было уже за тридцать, выбежал вперед, прихрамывая на одну ногу.
— Возраст?
— Тридцать семь… то есть тридцать шесть, — заикаясь, ответил он.
Люди из мэрии в масках осмотрели его руки и шею. — Татуировок нет. Инвалидность ноги.
— У тебя два варианта: перевод в канцелярию или увольнение прямо сейчас.
Младший сержант сглотнул, глядя на пачки денег в чемодане. — Увольняюсь.
Сотрудник мэрии кивнул, а его коллега отсчитал четыре тысячи песо. — Распишись здесь.
Увидев, что деньги платят по-настоящему, у остальных загорелись глаза.
— Я… я не умею писать, — смущенно улыбнулся сержант.
— Тогда ставь отпечаток пальца.
Тот макнул палец в штемпельную подушечку и с силой прижал его к бумаге. Получив деньги, он, довольно ухмыляясь, поковылял в сторону.
— Следующий! Раджо Лансли!
…
Виктор не собирался жадничать. Его целью было не просто сократить штат, но и поднять доверие к правительству Нижней Калифорнии. Люди должны были знать: Виктор всегда держит слово. Мексиканская власть сгнила настолько, что ей не верили даже свои – порой это было просто прискорбно.
— Шеф, в Мехикали и Энсенаде уволено девятьсот семьдесят два человека. Осталось четыреста девятнадцать. Из них один старший сержант и семь сержантов. Всего выплачено три миллиона восемьсот восемьдесят тысяч песо.
Секретарь подал бумаги, и Виктор, бегло просмотрев их, поставил подпись. Он перевел двух опытных офицеров из своего личного отряда EDM на должности начальников городских управлений – это были ветераны, получившие ранения и не способные к тяжелым тренировкам. Чтобы быстро поставить Национальную гвардию на ноги, из EDM и EDTV выделили пятьдесят человек в качестве костяка, а остальных планировали набирать из местных с чистым прошлым.
Задачи Национальной гвардии Виктор определил четко: внутренняя охрана, патрулирование, охрана тюрем, спасательные работы. Со временем их полномочия расширятся. Разумеется, главой Национальной гвардии по решению внутреннего совета и за подписью Алехандро стал сам Виктор. На том совете присутствовали двое: Алехандро и Виктор.
Как только он получил новый титул, лимит на «призыв» в системе подскочил с двухсот до четырехсот человек! Виктор сначала подумал, что нашел баг, и хотел было набрать себе еще «пустых» званий, но это не сработало – у системы явно были свои критерии оценки. Совсем как у Брежнева: не каждый орден добавляет веса.
Этих дополнительных людей Виктор не стал тратить на обычных копов. Сейчас ему требовались специалисты иного рода. Он нанял сто шестьдесят управленцев, чтобы наладить жизнь в Энсенаде и на Гуадалупе. А для оставшихся сорока человек Виктор создал контору под названием Международный отдел новостей Мексики – MDIN.
Официально – информационное агентство. На деле – служба разведки. Виктор не поскупился: эти сорок спецов были созданы по образу и подобию агентов МИ-6. Об истинном назначении отдела знали лишь избранные, Алехандро в их число не входил. В тот же день их отправили на первое задание.
Сначала он хотел назвать контору «Гестапо», но потом решил, что это перебор.
— Шеф, из мэрии спрашивают: в тюрьмах полно народу, не пора ли расширяться? — Поинтересовался секретарь.
Виктор задумался. — Выводите всех наркоторговцев на строительство дорог. Нечего им прохлаждаться за решеткой. Всю самую опасную и тяжелую работу – на них. Скажите им: кто будет хорошо пахать, тому сократим срок. Хочешь богатства – строй дороги. Инфраструктура в Мексике просто ниже плинтуса.
— А зарплату им платить?
Услышав это, Виктор расхохотался. — Скажи им спасибо, что не расстрелял. Какая еще зарплата? Спроси у них, не хотят ли они дерьма на лопате.
Секретарь хмыкнул и вышел с документами, столкнувшись в дверях с Касаре. Тот кивнул ему и влетел в кабинет. — Шеф, мы вышли на связь с господином Куаутемоком Карденасом!
…
Мехико. Район Гуадалупе. Всего в паре километров от трущоб. Здесь жили в основном мелкие госслужащие с мизерными зарплатами.
Сорокалетний Куаутемок с заметной проседью в волосах, в очках, выглядел типичным интеллигентом. Он ехал на велосипеде, приветливо кивая знакомым, которые встречались ему по пути. Доехав до муниципального дома, он пристегнул велосипед замком и поднялся в квартиру с пакетом продуктов.
На тумбочке у двери стояла гора лекарств. Сын рисовал за столом, а жена сидела рядом. Увидев отца, мальчик подбежал и послушно забрал пакет. — С возвращением! — Куаутемок поцеловал жену. — Сегодня твой день рождения, я купил твою любимую рыбу.
Женщина кротко улыбнулась. У нее не было обеих ног – она передвигалась только в инвалидном кресле. Те подонки просто переехали ее машиной. Врачи сказали, промедли они хоть немного, и ее было бы не спасти.
Куаутемок надел фартук и принялся хлопотать на кухне. Ужин был простым: рыба, кукурузные лепешки, густой суп и маленький торт. Он воткнул в него свечу. — МакКлюр, выключи свет, — попросил он сына. Тот послушно щелкнул выключателем.
Слабый огонек свечи освещал лица троих людей. Они улыбались. — Загадывай желание, мама! — Воскликнул МакКлюр.
Женщина, улыбаясь, сложила ладони. — Господи, прошу, пусть мой муж всегда будет в безопасности, пусть мой сын растет умным, и пусть мы всегда будем вместе.
У Куаутемока защемило сердце. Эта женщина, с которой он прожил десять лет, даже в свой праздник не попросила ничего для себя – только для семьи.
— Господь услышит тебя, дорогая, — он нежно поцеловал её. — Ну же, МакКлюр, помоги маме отрезать кусочек.
Мальчик радостно соскочил со стула. Но в этот момент в дверь позвонили. — Я открою, — Куаутемок встал и пошел к двери. На пороге стояли пятеро здоровяков. Татуировки на их шеях выдавали в них членов одной из банд Мехико.
Главарь с пирсингом в носу окинул его наглым взглядом. — Господин Куаутемок, слыхали, у вашей женушки сегодня праздник. Мы пришли поздравить.
Ничего хорошего это не предвещало. Куаутемок напрягся. — Простите, я вас не знаю. Моей жене ничего не нужно. — Он попытался закрыть дверь, но бандит с силой навалился на нее. — Да не дергайся ты, мы просто в гости зашли.
Он бесцеремонно ввалился внутрь, а за ним и остальные. Заметив торт на столе, главарь презрительно хмыкнул и одним ударом смахнул его на пол. Мальчик в ярости хотел броситься на него, но мать крепко удержала его за руку.
— Господин Куаутемок, этот нищенский прикид вам совсем не идет. Мой босс велел передать подарок.
Главарь кивнул подручному, и тот поставил на стол чемоданчик. Внутри плотными пачками лежали доллары.
— Просто не вмешивайтесь в дело о бойне на площади 27 мая. Подыграйте нам, и эти деньги ваши.
— Вы работаете на Карлоса?
— Нет, мы работаем на благо Мексики, — отрезал бандит.
Куаутемок покачал головой. — Исключено! Забирайте свои деньги, мне не нужно ни цента!
Главарь впился в него тяжелым взглядом. — Ох и усложняете вы мне жизнь, сэр! — Он обернулся к женщине в кресле и жестоко оскалился. — Похоже, вам придется искать новую жену. Выбросить её в окно!
…