Глава 123: «Я знаю, где Кинтеро!»
Тюрьма Мехикали.
Леанна Картэс в наручниках волочила ноги, поддерживаемая двумя офицерами полиции.
— Я журналист! Куда вы меня ведете? Это сведение личных счеттов!
В её душе начал зарождаться страх. Раньше всё шло по сценарию: какой бы мэр или губернатор ни выступал за борьбу с наркотиками, стоило ей заговорить о «человечности» и «достоинстве», как она неизменно побеждала.
Этим людям оставалось лишь безмолвно сносить её нападки.
Но почему с Виктором это не сработало?
Твою мать!
Выпустите меня!
Офицер слева посмотрел на неё с холодной усмешкой:
— Ты ведь сочувствуешь наркоторговцам? Вот я и веду тебя к ним, чтобы ты им мозги промыла.
Оскорбить шефа Виктора и надеяться уйти безнаказанной? Да мы тебя прямиком на тот свет отправим!
Леанна Картэс окончательно растерялась. — Я же просто говорила… вы что, серьезно?!
— Нет! Не надо! — Закричала она, отчаянно сопротивляясь.
Но взрослым людям всегда приходится платить за свои поступки.
Офицеры силой притащили её к самым дальним камерам.
Наркоторговцы, запертые по обе стороны коридора, услышав шум, повскакивали со своих мест. Они вцепились в решетки, с силой тряся их, а завидев женщину, завыли и заулюлюкали.
— Тихо! Мать вашу! — Рявкнул старший офицер. — Еще хоть звук, и я вам челюсти раздроблю!
Бандиты мгновенно притихли.
Этих людей брал не Виктор – их посадили еще до него, и им чертовски повезло. Останься они на воле, сейчас, скорее всего, уже удобряли бы землю.
Чтобы они не бунтовали, Виктор сразу после того, как закрепился в Мехикали, приказал вывести тридцать главарей и расстрелять их прямо на глазах у остальных.
— Хочешь сдохнуть – ори дальше!
— Офицер, а что это за красотка? — Нагло ухмыляясь, спросил один из бандитов.
— Она хочет проповедовать вам, чтобы вы уверовали в Иисуса, — пошутил полицейский. — У кого есть свободное место в камере?
— Давай ко мне! Я больше всех люблю слушать про Господа, заводи быстрее!
— Пошел вон! Мои родители были верующими, и я тоже. Эй, сестренка, а где твои чулки?
— Ко мне её! У меня на спине Дева Мария выколота, иди посмотри, и койка у меня широкая!
Наркоторговцы возбужденно тянули к ней руки через решетки, пытаясь схватить за одежду. Журналистка в ужасе разрыдалась, ноги её подкосились, и она рухнула на колени, не сдержав от страха малую нужду.
Толпа головорезов в жутких татуировках, готовых разорвать тебя на части… Любой бы на её месте потерял рассудок от ужаса.
— Пожалуйста, не оставляйте меня здесь!
Она вцепилась в ногу офицера, захлебываясь слезами.
Какое жалкое зрелище…
Ты хотела «достоинства» для наркоторговцев, а они хотят лишь одного – прикончить тебя.
— Я знаю, где Кинтеро! Я знаю, где он прячется! — Истошно закричала Леанна Картэс. — Я всё расскажу Виктору, только не бросайте меня в камеру!
В коридоре воцарилась тишина. Шумные бандиты мгновенно смолкли, переглядываясь друг с другом.
— Сука! Закрой пасть, или я тебя убью! — Внезапно раздался яростный голос. Огромный наркоторговец ростом под два метра вплотную подошел к решетке, впившись взглядом в женщину. — Еще слово, и я вырежу всю твою семью!
— Заткнись! — Офицер перестал улыбаться и ткнул пальцем в сторону громилы.
— Я тебя запомнил, запомнил, дрянь! — Продолжал орать тот, не сводя глаз с журналистки.
Вскипев от ярости, офицер оттолкнул Леанну, передернул затвор пистолета-пулемета и всадил длинную очередь прямо в камеру здоровяка!
Тра-та-та-та…
Больше десятка бандитов внутри были изрешечены на месте.
— Я сказал – заткнись, а ты решил, что я шутки шучу? Жрать свинец захотелось? — Офицер обвел тяжелым взглядом остальные камеры. Заключенные тут же притихли, как побитые псы, поспешно пряча руки.
Черт…
Солдаты Виктора были на редкость вспыльчивы.
Это были люди из ГАФЕ, а шеф ясно дал понять: убивать наркоторговцев можно без предупреждения.
То, что им позволили прожить лишний день, уже было величайшей милостью господина Виктора.
Кто сказал, что в тюрьме нельзя убивать?
Леанна Картэс сидела с остекленевшим взглядом. Кровь, вытекающая из камеры, смешивалась под ней с лужей её собственной мочи.
Офицер поморщился, отвесил ей пару пощечин, чтобы привести в чувство, и грубо схватил за подбородок. — Ты действительно знаешь, где Кинтеро?
На данный момент это был самый разыскиваемый преступник, за которого американцы назначили огромную награду.
Четвертого апреля 1985 года, спустя месяц после жестокого убийства агента Камарены, Кинтеро схватили в Коста-Рике и экстрадировали в Мексику, поместив в тюрьму штата Халиско.
Но спустя четыре года, в 1988-м, он совершил успешный побег!
Выяснилось, что в этом побеге были замешаны все: от тюремных надзирателей и судей до высших чинов мексиканского правительства.
Американцы пришли в ярость и объявили награду в двадцать миллионов долларов.
Агенты ДЕА и вовсе жаждали его крови! Они едва не развязали войну с ЦРУ из-за этого дела.
Если удастся его поймать, полицейское управление Гуадалупе определенно заработает огромный авторитет в глазах ДЕА.
Однако этот лис был невероятно хитер, и мексиканские власти никак не могли нащупать его след.
Никто не знал, где он скрывается. Ходили даже слухи, что он мертв.
— Тебе лучше не врать нам! — Офицер ткнул в неё пальцем. — Иначе мы научим тебя, чем опасны ложные доносы!
Двое полицейских поволокли журналистку к выходу. Ноги её совсем не слушались, а на полу оставался вонючий след от смеси крови и мочи.
Вот видите – лучший способ вылечить «святош» от любви к бандитам, это отправить их проповедовать в тюрьму.
В этом месте единственный способ заставить их уверовать в Бога и раскаяться – это пристрелить их, чтобы в следующей жизни они были осмотрительнее.
Долина Камбра.
Виктор положил трубку после разговора с Бестом и невольно рассмеялся. — И правда, интересно, — повторил он.
Касаре с любопытством подался вперед:
— Босс, что случилось?
— Бест говорит, что Рауль Салинас хочет его подкупить, чтобы получить мой криминальный архив. Даже дал ему незаполненный чек.
— Вот ублюдок! Шеф, о каких преступлениях он вообще говорит? Это же оскорбление! Чистейшая клевета! — Касаре изобразил праведное негодование.
Виктор прищурился. — Кто он такой, чтобы угрожать и запугивать государственных служащих? Схватите его и доставьте на остров Гуадалупе. Я сам буду судить его за его преступления!
Касаре кивнул:
— Таких подонков нужно вычищать, иначе они окончательно погубят экологию и репутацию Мексики.
— Сделайте всё чисто.
— Будет исполнено.
— Господин шеф, не могли бы вы сфотографироваться для прессы? — Робко спросил подбежавший репортер.
Виктор добродушно улыбнулся:
— Разумеется, без проблем.
Он встал перед горами наркотиков и оружия в окружении журналистов. Щелчок затвора – и этот кадр обречен войти в историю.
А когда репортеры начали расходиться, Касаре лично вручил каждому по конверту. Сумма зависела от веса издания.
Самый скромный «бонус» составлял двести долларов.
Ничего страшного, денег у них хватало!
Получившие конверты журналисты были людьми понятливыми – они напишут о рейде в самых лучших красках.
— Ой? А где «Мексикан Пресс Груп»? — Касаре покрутил в руках последний толстый конверт. Никто не пришел его забирать. Озадаченный, он подозвал одного из репортеров.
Тот посмотрел на него со странным выражением лица и ответил:
— Та дама, которую вы увели, и была из этой группы.
Касаре вскинул бровь и убрал конверт в карман.
Вот и славно, сэкономил три тысячи долларов.
А что касается возможной мести со стороны холдинга?
Хе-хе… Пусть молятся, чтобы мусорные баки у их входа внезапно не взлетели на воздух. В этом случае все точно будут знать: это дело рук наркоторговцев.
…
P.S. Десять тысяч слов в день, ребята! Не говорите, что мало! Серьезно, десять тысяч слов каждый день!!