Глава 947 - Ладно-ладно, я согласен!
Глава 946. Ладно-ладно, я согласен!
Хэхэ и Шушу мгновенно оказались по обе стороны от Лин Фаня, каждая вцепилась в свою «законную» руку.
— Братик Лин, ну пожалуйста! Сделай и мне фигурку! Ну что тебе стоит?
— Братик Лин, я умоляю! Я буду век тебе благодарна!
Они начали трясти его так усердно, что у Лин Фаня зарябило в глазах. Обилие белой кожи и декольте перед носом грозило вызвать головокружение и, чего доброго, подтолкнуть к нарушению всех моральных устоев.
— Стоп! Хватит! Я согласен, только прекратите трясти! — взмолился он.
«Куда я попал?» — мысленно вздохнул он. Похоже, уйти отсюда, не осчастливив каждую, не получится.
— Ура! Спасибо, братик Лин!
— Ты самый лучший!
Фан Линьци, наблюдавшая за этим цирком, тоже не выдержала. Желание обладать вечным отпечатком своей красоты пересилило гордость. Она взяла последний оставшийся камень и повернулась к Хуахуа:
— Хуахуа, я тоже потом отдам.
Затем она перевела выжидающий взгляд на Лин Фаня.
Ей даже не пришлось ничего говорить. Лин Фань обреченно махнул рукой:
— Я понял. Каждой по одной.
«Эх, Система, ты меня подставила!» — сетовал он про себя. Если бы не дурацкое задание, ему не пришлось бы выпендриваться перед пятью красотками и попадать в такой переплёт.
Впрочем, времени до праздника ещё хватало. Он решил быстро расправиться с заказами и сбежать, пока его не попросили ещё о чём-нибудь. Опаздывать на день рождения сына Юнь Ифу было нельзя — это дурной тон.
Он выстроил камни в ряд на столе, на секунду задумался, схватил резец и... работа закипела.
Фан Линьци и её подруги не сводили с него глаз, гадая, какие образы он выберет для них. Только Хуахуа была занята — она с блаженной улыбкой наглаживала свою нефритовую копию.
— Интересно, а какой меня увидит братик Лин? Сможет ли он передать мою природную красоту?
— Ой, да ладно тебе! Он наверняка изобразит, как ты жеманничаешь. Ты же весь вечер из себя недотрогу строила.
— Ха! Я жеманничаю? А ты? Кто там у нас надкушенный фуа-гра ему чуть ли в рот не пихал? Очень красиво, ага.
— Ты... Хм! Это всё равно лучше, чем твои кривляния!
— Девочки, тише! Не мешайте мастеру! Вы-то хоть лицом светили, а я всё время сзади стояла, массаж делала. Может, он вообще моего лица не запомнил?
— Так это даже лучше!
— Чем это лучше?!
— Дурочка, «убийственный вид сзади»! Представь, какая у тебя спинка, какая фигурка... Может, братик Лин именно это и ценит!
— Ну... если ему нравится, то я не против и со спины...
...
Фан Линьци слушала их болтовню вполуха. Её мысли занимал другой вопрос: какой Лин Фань видит её? Ведь они знакомы дольше остальных.
Стрелки часов бежали вперёд.
Лин Фань заканчивал одну фигурку за другой. Из-за слоя каменной крошки разглядеть детали было невозможно, и девушки изнывали от нетерпения.
Фух!
Наконец, все четыре работы были готовы. Лин Фань набрал в грудь воздуха и дунул. Белая пыль разлетелась облаком, открывая истинный облик нефрита.
Лин Фань осмотрел результат и остался доволен. Навык резьбы уровня «Совершенство» — это не шутки. Даже он сам был впечатлён тем, насколько точно и быстро удалось передать суть каждой модели.
Слева направо стояли: Циньцинь, Хэхэ, Шушу и Фан Линьци.
Первая фигурка — Циньцинь. Лин Фань идеально поймал её кокетливую натуру. Поза «вполоборота», игривый взгляд через плечо — стопроцентное попадание в образ «одна улыбка рождает сто очарований». Камень казался живым.
Вторая — Хэхэ. Девушка с кусочком гусиной печени у губ, улыбающаяся, яркая, соблазнительная. Этот момент был застывшим во времени кадром её откровенного флирта.
Третья — Шушу. Скромница, склонившая голову набок, с мягкой улыбкой. Воплощение нежности и образа «идеальной жены».
И четвёртая — Фан Линьци. Строгий белый халат, холодное, как лед, лицо, и красота, от которой больно глазам. Неприступная богиня, святая и высокая, до которой не дотянуться рукой.
Девушки замерли.
Шок сменился восторгом. Рты открылись, глаза заблестели от подступающих слёз радости.
Это было идеально. Он увидел и запечатлел их самые выигрышные, самые красивые моменты.
Лин Фань устало взглянул на них и бросил короткое:
— Забирайте.
Четыре руки тут же метнулись к столу. Каждая прижала к груди свою маленькую копию, гладя холодный камень с невероятной нежностью.
Лин Фань посмотрел на засыпанный пылью стол. О продолжении банкета не могло быть и речи, да он и так уже был сыт. Пора было уходить, чтобы успеть на вечеринку к Юнь Ифу заранее. Приходить в последнюю минуту — удел тех, кто хочет привлечь к себе внимание, а ему это было ни к чему. Принципы есть принципы: обещал — будь добр соответствовать.
Он встал.
— Мне пора, дела.
Сказав это, он взял со стола Хуахуа подарочную коробочку. Она была немного... слишком девчачьей, розовой и милой, но другой тары под рукой не было. В конце концов, важна не упаковка, а содержимое — нефритовый дракон «Затаившаяся Мощь».
Фан Линьци, очнувшись от созерцания своей статуэтки, подняла на него сложный взгляд и кивнула.
В её душе бушевал шторм. Лин Фань был совершенен. Сказать, что она не влюблена, было бы ложью. Но... эта проклятая болезнь! Если бы он был здоров, она бы рискнула всем ради отношений с ним. Но реальность была жестока: он не любил женщин.
Лин Фань не стал прощаться с остальными подругами. Он просто положил дракона в коробку и вышел из комнаты.
Только когда дверь за ним захлопнулась, девушки вышли из транса.
— Фан-красотка, а куда делся братик Лин?
Фан Линьци обвела их взглядом, потом посмотрела на закрытую дверь и тихо произнесла:
— Господин Лин ушёл по делам.
«Господин Лин?!»
Подруги переглянулись в недоумении.
Что за странное обращение для влюблённых? Или это ролевые игры такие?
— Фан-красотка, почему ты зовёшь его «Господин Лин»?
— Да, вы же встречаетесь! Могла бы называть его «дорогой» или «милый»!
— Будь он моим парнем, я бы сразу звала его «муженёк»! Это так сладко!
— Может, у него фетиш такой? Ему нравится официальный тон?
— ...