Глава 945 - Никакого сравнения
Время шло, секунды складывались в минуты.
Прошло уже почти пять минут, но Лин Фань и не думал сбавлять темп. Его рука двигалась всё с той же пугающей, нечеловеческой скоростью, словно заведённый механизм.
Хуахуа и её подруги, глядя на растущую горку нефритовой крошки на столе, снова принялись перешёптываться.
— Как думаете, что он там ваяет? Неужели это требует столько времени?
— Вот именно. Если бы это было просто имя, он бы уже десять раз закончил.
— Может, всё-таки «Картина Пяти Красавиц»? Ох, я сейчас умру от любопытства!
— Ты всё о своём... Какая картина? Ты видела, чтобы он хоть раз на нас взглянул за это время? Как он может нас вырезать, не глядя?
— Хуахуа, ты же видела работу мастеров. Они всегда так быстро работают?
— Ну... — Хуахуа нахмурилась, вспоминая. — Те мастера, которых я видела, сначала долго чертили эскиз, потом наносили контуры на камень, а резали медленно, осторожно... Я никогда не видела ничего подобного.
— Значит, либо твои мастера были так себе, и им далеко до нашего братика Лина, либо... он просто кромсает камень в труху.
— Хочешь сказать, он просто тренирует кисть и вообще ничего не создает?
— Если он просто переводит продукт, то жалко камушек...
— Пф-ф, жалко? Да я ему ещё один дам, пусть хоть в пыль его разотрёт, лишь бы ему нравилось!
— ...
Фан Линьци, в отличие от подруг, чувствовала: здесь происходит нечто большее, чем простая тренировка. За то недолгое время, что она знала Лин Фаня, она поняла одно: этот человек не склонен к дешёвым эффектам и пустому позёрству. Если он что-то делает, значит, в этом есть смысл.
Внезапно стрекот резца смолк. Лин Фань остановился.
Он легко подул на нефрит. Облачко белой пыли слетело с камня, открывая взору законченное творение. Лин Фань оглядел работу и удовлетворенно кивнул.
Это был дракон.
Лазурный Дракон, вырезанный из цельного куска зеленого нефрита.
Мифический зверь с плотно закрытыми глазами обвивал вершину горного пика. Каждая чешуйка, каждый изгиб тела были выполнены с пугающей реалистичностью. Казалось, дракон не спит, а лишь затаился, накапливая мощь, чтобы в любой момент распахнуть глаза и взмыть в небеса, разрывая облака.
Именно этот подарок Лин Фань готовил для сына Юнь Ифу. Он верил, что наследника клана Юнь ждет великое будущее — взлёт к вершинам. Название для работы родилось само собой ещё в начале процесса: «Затаившаяся Мощь».
Фан Линьци и её четыре подруги, увидев, что мастер закончил, тут же вскочили с мест и вытянули шеи, пытаясь разглядеть результат.
Когда взгляд Фан Линьци упал на статуэтку, она замерла, словно громом поражённая.
«Это?.. Это же Лазурный Дракон!»
Её рот приоткрылся в немом крике восхищения, а глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит. Реалистичность фигурки была за гранью возможного. Особенно эти закрытые глаза... От них веяло такой скрытой силой, что казалось, стоит моргнуть — и веки дракона дрогнут.
Невероятно. Просто уму непостижимо. Никогда в жизни она не видела, чтобы холодный камень выглядел настолько живым. Дракон дышал.
«Сколько же талантов скрыто в этом человеке?!» — мысленно воскликнула она.
Иметь такого парня было бы поводом для невероятной гордости. Но тут же предательская мысль о его «недуге» вернула её с небес на землю.
«Видимо, правду говорят: когда Бог закрывает одну дверь, он открывает другую...» — с грустью подумала она, жалея Лин Фаня.
Хуахуа и остальные девушки тоже пребывали в состоянии кататонического ступора. Их рты были открыты, а глаза расширены до предела. Шок от увиденного был слишком силен.
— Офигеть... Это же дракон на вершине горы! Как настоящий!
— Мамочки! Посмотрите на глаза! У меня мурашки по коже, такое чувство, что он сейчас на меня посмотрит!
— Братик Лин просто гений! Я в жизни не видела таких детализированных статуэток.
— А я, дура, думала, он просто руку набивает... Какой же у меня узкий кругозор!
— Кто бы мог подумать, что он ещё и великий резчик? Есть ли что-то, чего он не умеет?
— Хуахуа, ну и как тебе? Тот мастер из Лючэна, которого ты искала, лучше?
— Никакого сравнения, — выдохнула Хуахуа, не отрывая взгляда от нефрита.
— В смысле, братик Лин хуже?
— Нет! Тот мастер и в подмётки не годится братику Лину! Это просто разные вселенные!
— Я так и знала! Наш братик Лин лучший!
Пока девушки захлёбывались восторгом, в голове Лин Фаня раздался механический голос:
[Поздравляем Носителя с выполнением задания.]
[Документы на владение акциями Ювелирной группы «Ланьли» доставлены в кабинет Носителя на Виллу №1 в комплексе «Хайтянь».]
[Награда: 50 Системных очков.]
Лин Фань едва заметно приподнял бровь. Ого! Система работает оперативно, как всегда. Никаких задержек с выплатами.
Прекрасно, просто прекрасно. Ещё 50 «маленьких целей» в кармане, и он стал на шаг ближе к статусу мультимиллиардера. Настроение мгновенно взлетело до небес.
В этот момент Хуахуа очнулась от оцепенения. Её глазки хитро блеснули. Она плюхнулась обратно на диван и, прижавшись к Лин Фаню всем телом, крепко обняла его руку.
Если хочешь о чём-то попросить, нужно сначала задобрить, верно? Она решила пойти с козырей, предоставив Лин Фаню немного тактильного удовольствия.
— Братик Лин, ты просто космос! — проворковала она. — Этот дракон как живой!
И в этот раз она не льстила. Она действительно была потрясена.
Лин Фань скосил глаза на свою руку, плотно зажатую в мягких объятиях Хуахуа, а затем перевёл бесстрастный взгляд на девушку:
— Тебе что-то нужно?
Он прекрасно знал: бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Он не считал себя «Монахом Тан Сэнцзяном», от которого каждый демон мечтает откусить кусочек плоти ради бессмертия. Раз она так липнет, значит, ей что-то надо.
Хуахуа опешила.
«Что?..»
Реакция Лин Фаня была... нестандартной. Любой другой мужчина на его месте уже расплылся бы в улыбке и молил бы о продолжении, забыв обо всём на свете. А он?
В его взгляде читалось... раздражение? Да, именно оно. Брезгливость и желание поскорее закончить разговор, чтобы она отлипла.
«Неужели я теряю хватку?» — запаниковала она. — «Или он действительно настолько холоден?»
Как Фан Линьци вообще умудрилась его захомутать? Это же ледяная глыба!
Впрочем, унывать было рано. У неё всё ещё был шанс отбить его у подруги, ведь у них было главное — общие интересы.