Глава 1687 - Хоть на это у тебя хватило мозгов
Услышав утвердительный ответ У Юйцин, Лю Цин и Ли Юнь замерли, словно поражённые громом. Их рты непроизвольно раскрылись так широко, что туда без труда поместилось бы по перепелиному яйцу. Глаза округлились, а зрачки задрожали от нескрываемого потрясения.
Лючэнская больница «Фукан»!
У Юйцин действительно получила место в больнице «Фукан»! Это было самое известное частное медицинское учреждение в Лючэне, престиж которого затмевал даже крупнейшие государственные клиники. Девушки ожидали услышать название какой-нибудь безвестной районной лечебницы, но «Фукан»... Это было за гранью их воображения.
Шок постепенно сменялся искренней радостью за подругу. Если Юйцин попала в такое место, значит, её мечта о врачебной карьере — не пустой звук, и у неё действительно есть будущее.
Лю Цин первая обрела дар речи и с сияющей улыбкой бросилась поздравлять девушку:
— Юйцин, дорогая, поздравляю! Это же невероятно! Попасть в «Фукан» — это просто сказка, это лучшая частная клиника в городе!
Ли Юнь тоже пришла в себя и, по-дружески хлопнув Юйцин по плечу, подбодрила её:
— А я в тебе и не сомневалась! Уверена, ты там всем нос утрёшь и быстро сделаешь себе имя.
Обе женщины были по-настоящему счастливы за свою младшую коллегу. У Юйцин, тронутая их словами, решительно сжала маленькие кулачки и кивнула:
— Я буду очень стараться, обещаю!
Лю Цин, глядя на нежное, светящееся здоровьем лицо Юйцин, вдруг покачала годовой и тяжело вздохнула:
— И всё-таки... как же жаль.
У Юйцин осеклась. Жаль? Что именно жаль? Она в недоумении посмотрела на сестрицу Лю:
— О чём ты, Лю Цин? Почему жаль?
Она совершенно не понимала, к чему была эта внезапная фраза. Ли Юнь тоже нахмурилась, ожидая объяснений.
Лю Цин протянула руку и легонько ущипнула Юйцин за белоснежную щёку. В её взгляде читалась добрая зависть. Она никак не могла взять в толк, как кожа взрослой девушки может оставаться такой же нежной и гладкой, как у младенца.
— Жаль мне твою красоту, — с оттенком грусти произнесла она. — С таким лицом ты могла бы завоевать весь мир, просто улыбаясь, а ты решила запереть себя в стенах больницы и пахать как проклятая!
У Юйцин испуганно схватилась за лицо:
— Сестрица Лю, что... что не так с моим лицом?
Хоть она и не собиралась торговать своей внешностью, как любая девушка, Юйцин дорожила своей красотой.
Ли Юнь тоже принялась внимательно разглядывать лицо подруги. Никаких изъянов! Всё та же фарфоровая кожа и идеальные черты. Она вопросительно посмотрела на Лю Цин.
Та, видя панику У Юйцин, рассмеялась:
— Успокойся, глупенькая, с твоим личиком всё в полном порядке. Оно всё такое же безупречное.
У Юйцин с облегчением выдохнула и шутливо надулась:
— Сестрица Лю, такие шутки совсем не смешные! Ты меня до смерти напугала. Я уж подумала, у меня прыщ вскочил или ещё какая беда.
Лю Цин снова ущипнула её за щёку:
— Да я не о проблемах с кожей! Я о том, что такая красота пропадает зря. Знаешь, сколько женщин отдали бы всё за такое лицо? — Она сделала паузу и добавила:
— Будь у меня твои данные, я бы кожей вон из кожи лезла, чтобы попасться на глаза нашему новому боссу. Да ты же ничуть не уступаешь этой хвалёной Гу Юйянь, которую называют Первой красавицей Лючэна! А в нашей форме ты, пожалуй, выглядишь даже соблазнительнее неё. Если бы босс тебя приметил, ты бы до конца жизни горя не знала, купалась бы в роскоши!
При упоминании Лин Фаня в памяти У Юйцин мгновенно всплыл его мужественный образ. Сердце предательски затрепетало.
— Сестрица Лю, не говори глупостей, — смущённо пробормотала она. — Не дай бог кто услышит. И вообще, я считаю, что женщина должна полагаться только на свои способности.
Не успела Лю Цин ответить, как из коридора раздался язвительный, пропитанный желчью голос:
— Хм! Хоть на это у тебя хватило мозгов.
В комнату, виляя бёдрами так, словно хотела их вывихнуть, вошла женщина с вызывающим макияжем. Толстый слой косметики делал её вполне миловидной, но в сравнении с естественной красотой У Юйцин она выглядела как дешёвая подделка. В её взгляде, направленном на Юйцин, сквозило неприкрытое презрение, за которым пряталась жгучая зависть.
До появления Юйцин эта девица считалась самой красивой официанткой на яхте. Но как только появилась У Юйцин, титул «королевы персонала» мгновенно перешёл к ней. С тех пор Мэйли возненавидела конкурентку всей душой и не упускала случая уколоть её.
Кстати, звали её Мэйли — «Красавица». Это имя она выбрала себе сама, сменив прежнее, что красноречиво говорило о её самовлюблённости.
Лю Цин, недовольно поморщившись, осадила вошедшую:
— Мэйли, ты можешь хоть раз обойтись без своего яда? И чем тебе Юйцин на этот раз не угодила?
Она давно не переваривала эту особу, которая вечно расфуфыривалась, как павлин, и задирала добрую Юйцин.
Мэйли проигнорировала слова Лю Цин, продолжая изучать Юйцин взглядом, полным ненависти. «Как бы я хотела иметь такую же кожу без грамма грима», — пронеслось в её голове.
— Босс на такую, как ты, даже не взглянет, — фыркнула она, самодовольно поглаживая своё напудренное лицо. — Ему нравятся женщины моего типа. Роковые и ухоженные.
У Юйцин едва сдержала тошноту, глядя на это кривляние. Она была слишком воспитана, чтобы вступать в перепалку, тем более что скоро она навсегда покинет этот коллектив и больше никогда не увидит «Красавицу» Мэйли. Разве что та когда-нибудь заболеет и придет в больницу «Фукан».
Юйцин молча опустила голову и продолжила собирать вещи. Мэйли, заметив, что её слова проигнорировали, вспыхнула от ярости. Это молчание ударило по её самолюбию сильнее любого оскорбления.
— У Юйцин, ты что, оглохла?! — взвизгнула она. — Я с тобой разговариваю! Какого чёрта ты меня игнорируешь?