Глава 1086 - Делов-то, пустяк
Цинь Тяньян бросил на Чжан Юньчэн взгляд, полный безграничной благодарности. Он уже мысленно попрощался с карьерой, полагая, что сейчас на него обрушится гнев босса, но неожиданное заступничество девушки стало спасательным кругом. Кто бы мог подумать, что она решится подать голос перед самим Лин Фанем?
Сама же Чжан Юньчэн вовсе не пыталась играть в героя. Она просто озвучила очевидный факт.
Лин Фань, выслушав её, перевёл задумчивый взгляд с Ян Мэнжань на Чжан Юньчэн и обратно. Внутри у него всё клокотало от безмолвного вопроса: «Какой гений решил слепить из них дуэт?» Он, как никто другой, слышал, что их тембры, их вокальная подача — это как лёд и пламя, как небо и земля. Они существуют в параллельных музыкальных вселенных. Заставить их звучать гармонично в одной песне — задача из разряда «миссия невыполнима».
«Скорее всего, это самодеятельность Шэнь Цзяньюня», — пришёл к выводу Лин Фань. Видимо, старина Шэнь что-то себе нафантазировал.
Лин Фань мысленно хмыкнул. Обе девушки попали в компанию не без его, скажем так, косвенного участия, и Шэнь Цзяньюнь, вероятно, решил, что босс имеет на них какие-то виды.
«Сестрички-цветочки? Ха! Ну и фантазия у него».
Лин Фань покачал головой. Шэнь явно пытался угодить ему, создав этот странный тандем, думая, что это порадует «хозяина гарема». Вот уж поистине — услужливый дурак опаснее врага!
Впрочем, если отбросить вокальные нестыковки, идея была не так уж плоха с точки зрения маркетинга. Две красавицы на одной сцене — это всегда взрыв, всегда хайп. Внешне они дополняли друг друга идеально, и эффект от их совместного дебюта мог быть колоссальным. Проблема была лишь в репертуаре. Лин Фань понимал: местные композиторы просто не потянут такую задачу. Написать хит, который сшил бы эти два разных голоса в единое полотно, — это высший пилотаж.
Он немного поразмыслил, и план созрел сам собой.
— Ясно. В общем, делов-то, пустяк, — небрежно бросил он, усаживаясь в кресло и принимая расслабленную позу.
Для кого-то это была неразрешимая головоломка. Но он? Обладатель навыка «Композитор уровня Совершенство»? Для настоящего маэстро, чьи способности граничат с божественными, это была лишь легкая разминка.
— Что? — Цинь Тяньян поперхнулся воздухом. Пустяк?
Он едва сдержал горькую усмешку. Если бы это было «пустяком», он бы сейчас не стоял здесь, мокрый от пота, на грани нервного срыва.
Композитор Ци Цюнье, услышав это заявление, лишь разочарованно поджал губы. Ему рассказывали о Лин Фане как о молодом гении бизнеса, но сейчас перед ним сидел обычный хвастун. «Может, пора искать новую работу?» — мелькнула у него мысль. Работать на человека, который не знает границ своей компетентности и бросается словами, — путь в никуда.
Даже сами виновницы торжества, Чжан Юньчэн и Ян Мэнжань, опешили. Они знали Лин Фаня как человека слова, но… Ци Цюнье, лучший профи в Лючэне, бился над задачей несколько дней и сдался. А Лин Фань, который никогда не был замечен за роялем, говорит «пустяк»? В их сердцах зародилась тревога — не за песню, а за репутацию Лин Фаня. Им не хотелось, чтобы он опозорился.
Остальные присутствующие в комнате тоже скептически переглядывались. Для них авторитет Ци Цюнье был незыблем. Если мэтр сказал «невозможно», значит, невозможно. А тут какой-то дилетант, пусть и богатый, заявляет обратное. В их глазах Лин Фань был просто «денежным мешком», далёким от тонких материй искусства.
Лин Фань прекрасно видел этот скепсис. Он витал в воздухе, как густой туман.
«Не верите? Ну-ну».
Спорить он не собирался. Зачем сотрясать воздух, когда можно просто сделать?
— Дайте мне нотную тетрадь, — он посмотрел на Цинь Тяньяна. — И ручку.
— Нотную тетрадь? — переспросил менеджер, моргнув.
«Он что, сам собирается писать?» Цинь Тяньян думал, что босс сейчас позвонит каким-нибудь столичным крутым продюсерам. Но лично?! Это был шок. Однако он быстро пришёл в себя, схватил со стола нужные предметы и положил перед Лин Фанем.
Ци Цюнье наблюдал за этим с плохо скрываемым раздражением.
«Самонадеянность! Чистой воды наглость!» — мысленно бушевал он. Композиция — это муки творчества, это поиск, это вдохновение, которое ловят неделями! Даже великие мастера не садятся писать вот так, с наскока, на коленке. Это профанация профессии! Его желание уволиться крепло с каждой секундой.
Чжан Юньчэн и Ян Мэнжань встревоженно переглянулись. Лин Фань — композитор? Они о таком даже не слышали. Страх за то, что он сейчас сядет в лужу на глазах у подчинённых, стал почти осязаемым.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь шорохом одежды. Люди переглядывались, в их глазах читалось: «Ну, цирк...» Никто, абсолютно никто не верил в успех. Лин Фань был слишком молод. В их представлении композитор — это кто-то вроде Ци Цюнье: поживший, с морщинами и опытом в глазах. А этот мальчишка?
Лин Фань не обращал внимания на эту коллективную мысленную атаку. Улыбка тронула его губы. «Стайка лягушек в колодце», — подумал он беззлобно.
Он раскрыл тетрадь, щёлкнул ручкой. Секунда размышления — и перо коснулось бумаги.
Шурх-шурх-шурх.
Время шло. Тишина становилась звенящей.
Ци Цюнье, движимый профессиональным любопытством (и желанием позлорадствовать), вытянул шею, пытаясь разглядеть, что там карябает босс. Понимает ли он вообще, что такое нотный стан?
«Хм? Это...»
Его брови поползли вверх. Он увидел грамотно записанные ноты. Ритм, такты, паузы — всё было на своих местах. «Надо же, он знает нотную грамоту», — с удивлением отметил композитор. Это было неожиданно, но всё ещё не доказывало наличия таланта. Знать буквы — не значит быть писателем.
Но шли минуты, и выражение лица Ци Цюнье начало стремительно меняться.
Сначала это было легкое недоумение. Потом — откровенный шок. Его рот приоткрылся, а глаза, казалось, вот-вот вывалятся из орбит и покатятся по полу, как стеклянные шарики.
— Это… Это невозможно… — прошептал он одними губами.
Он видел, как Лин Фань не просто набрасывает мелодию вокала. Нет! Его ручка летала по странице, выписывая партии для инструментов, прописывая гармонию, басовую линию, бэк-вокал… Это была не просто композиция. Это была полная аранжировка!
Обычно композитор пишет «скелет», а «мясо» наращивает аранжировщик. Это разные профессии, разные навыки! А этот парень делал всё одновременно, в режиме реального времени, без черновиков и исправлений!
Даже сам Ци Цюнье всегда работал в паре с аранжировщиком. То, что он видел сейчас, ломало все его представления о реальности. Потрясение было настолько сильным, что у него задрожали руки.