Глава 4 «Пять тысяч метров»
В комнате 501 царили тишина и покой.
Но внезапно два возгласа, полных изумления, нарушили идиллию.
— Су-цзы, ну ты сегодня выдал!
— Красава, так дерзко Химии Чжан ответить, да еще и математика выбесить! Ты просто зверь!
Е Су, лежавший на кровати, открыл глаза и чуть приподнял голову – в комнату вернулись соседи.
В их школьном общежитии в каждой комнате жили по восемь человек.
Вэй-гэ и Здоровяк Хао держали в руках стаканчики с лапшой быстрого приготовления. Е Су не удержался:
— Что, опять задержали после звонка?
В их комнате лапша была привычным делом, особенно в обед.
Народу в столовой тьма, и если учитель затягивает урок хоть на пять минут, всё вкусное разбирают вмиг, оставляя лишь невнятную баланду.
Поэтому многие выбирали лапшу: дешево, сердито и предсказуемо вкусно.
Вэй-гэ, стягивая футболку, проворчал:
— А кто виноват? Математик вечно тянет время, в этот раз вообще на десять минут задержал, зла на него не хватает!
Затем он повернулся к Е Су:
— А ты сам-то ел?
— А как же! Успел за пять минут до звонка прибежать, даже куриную ножку урвал, — похвастался Е Су своими успехами.
Вэй-гэ и Здоровяк Хао посмотрели на него с нескрываемой завистью.
Они только вздохнули: если бы они могли так же лихо сбегать с уроков, тоже наслаждались бы сочной курочкой.
Втроем они перекинулись еще парой фраз, переводя тему.
В этот момент дверь распахнулась, и остальные посыпались в комнату один за другим. Тишина окончательно капитулировала, особенно когда вошел Чжу Сяолинь – этот парень умел навести шуму.
Старина Чжу был душой компании и ладил со всеми подряд.
Поскольку комнаты в их блоке шли одна за другой, народ постоянно сновал туда-сюда.
И сегодня каждый заходящий гость считал своим долгом показать Е Су большой палец и похвалить за утренний перформанс.
Е Су лишь сдержанно кивал и благодарил в ответ.
Когда ажиотаж утих и все немного успокоились, он глянул на часы и сказал парням:
— Я пойду побегаю. Если кто будет искать, прикройте – скажите, отпросился.
В тихий час комендант частенько заглядывал с проверкой.
Коротко проинструктировав друзей, Е Су быстро покинул комнату.
Чуть позже в блок вернулся Чжу Сяолинь.
Увидев пустую кровать друга, он озадаченно спросил у Вэй-гэ и Хао:
— А где Су-цзы? Куда он делся?
Вэй-гэ, прихлебывая бульон из стаканчика, ответил:
— Бегать ушел. Просил сказать, что он на больничном, если что.
Сяолинь кивнул, хотя в его глазах промелькнуло сомнение.
Впрочем, он тут же переключился на общение с остальными, и комната снова наполнилась смехом и гомоном.
Тем временем Е Су уже добрался до стадиона и под палящим солнцем начал нарезать круги.
Он трезво оценивал свою физическую форму – выносливости ноль. Поэтому в первый день решил не надрываться и выбрал посильное задание: 5000 метров за 10 юаней.
Это означало двенадцать с половиной кругов по четырехсотметровой дорожке.
Пока шел к стадиону, он уже набросал в уме план действий.
Всю дистанцию он решил разбить на три этапа.
Для начала, прямо сейчас, пробежать пять с половиной кругов, то есть 2200 метров. После уроков – еще четыре круга. И остаток в три круга – после вечерней самоподготовки.
В сумме как раз выходило двенадцать с половиной кругов – пять километров.
Выполнит квест – получит заветный червонец!
Но фантазии – это одно, а реальность – совсем другое.
Пусть ему снова семнадцать, но из-за хилого здоровья и полного отсутствия тренировок уже через два круга он почувствовал, что выдыхается. Пот лил с него ручьем.
Е Су пришлось заметно сбавить темп. Если первый круг он пролетел за минуту с небольшим, то на второй ушло уже две с половиной, а на третий – все четыре.
Он понимал: нужно держаться, но каждый шаг давался с трудом, ноги словно налились свинцом.
Завершив третий круг, он остановился, уперся руками в колени и начал жадно хватать ртом воздух. Капли пота, как сорвавшиеся с нитки бусины, катились со лба.
Немного отдышавшись, он выпрямился и медленно побрел в тень придорожного дерева. Там он сел, закрыл глаза и просидел минут десять, восстанавливая силы.
Спустя десять минут Е Су снова поднялся, размялся и продолжил бег.
Теперь его скорость была такой, что даже черепаха могла бы над ним посмеяться. Он едва передвигал ноги, вызывая невольное сочувствие у редких прохожих.
Четвертый круг он завершил буквально на зубах. Лицо было бледным, как полотно, пот заливал глаза и пропитал футболку насквозь.
Когда он наконец пересек воображаемую черту, прошло уже семь минут.
На пятом круге Е Су почувствовал, что силы окончательно покидают его, но он продолжал упрямо переставлять ноги.
Каждое движение причиняло боль и дикую усталость. Дыхание стало хриплым и тяжелым – казалось, он вот-вот рухнет.
Последние полтора круга превратились в сплошное мучение. Он сжал челюсти так, что зубы скрипели, и твердил себе: «Не сдавайся».
Когда финальный отрезок остался позади, секундомер в голове отсчитал пятнадцать минут.
Е Су без сил рухнул прямо на дорожку, зажмурившись и тяжело хрипя.
Грудь ходила ходуном, он пытался вытолкнуть из легких весь раскаленный воздух.
«Ху-ху-ху…»
Спустя какое-то время дыхание выровнялось, и к нему вернулась способность двигаться.
Он медленно поднялся с земли и, волоча ноги, побрел к общежитию.
Сейчас единственным желанием было поскорее добраться до душа, смыть пот, переодеться и идти на занятия.
Двери блока уже были открыты – время близилось к двум часам. Уроки начинались в два тридцать, поэтому комендант обычно отпирал двери за полчаса.
Когда Е Су переступил порог комнаты, его вид вызвал у соседей шок.
— Твою мать, Су-цзы, ты что с собой сделал?!
— Су-цзы, ты что, решил заняться самоистязанием?
— Блин, чувак, тебя сегодня реально перекрыло что ли?
— Е Су!
Он лишь вяло махнул рукой, пресекая расспросы:
— Всё норм… Просто притомился немного.
Затем он выудил из кармана карточку и протянул её стоявшему рядом Чжу Сяолиню. Голос его звучал глухо:
— Старина Чжу, будь другом, купи мне три хот-дога и два гамбургера.
Как лучший друг, Чжу Сяолинь знал, что семья Е Су живет скромно и лишних денег у парня не водится. Услышав такой внушительный заказ, он не на шутку удивился:
— Столько всего? Ты что, банк грабанул?
Е Су усмехнулся:
— Ага, типа того. Мать на этой неделе карманных подкинула. Если сам что хочешь – бери с моей карточки. — С этими словами он подхватил чистое белье и скрылся в душевой.
Сяолинь радостно завопил ему вслед:
— Смотри, я ведь всю твою карту обнулю!
— Проваливай! — Донеслось из-за двери.
Комната взорвалась дружным хохотом.
Вскоре все потихоньку начали расходиться, и Е Су остался один.
Он быстро помылся, натянул свежую форму и даже успел простирнуть грязные вещи.
Когда со всеми делами было покончено, часы показывали два двадцать. Он наспех обулся и припустил к учебному корпусу.
.