Глава 116 «Я вернулся»
Съёмки продвигались на удивление гладко: менее чем за три месяца весь материал был отснят. Когда настал день завершения съёмок, над площадкой повисла невыразимая печаль расставания.
Все чувствовали щемящую тоску, будто время, проведённое в совместных трудах, выжгло глубокое клеймо в их душах. Многие актрисы не сдержали слёз. Особенно выделялась Дильраба – для неё эта роль была первой главной в карьере! И вот, когда прозвучало заветное «Снято!», её привязанность к коллективу и горечь разлуки невозможно было описать словами.
Но что ещё важнее – она больше не сможет есть деликатесы, приготовленные Е Су… ┭┮﹏┭┮
— Ну всё, хватит плакать, а то станешь совсем дурнушкой! — Тихо утешил её Е Су, стоявший рядом.
Но стоило ему договорить, как Дильраба тут же перестала всхлипывать. Её прекрасные глаза, всё ещё полные слёз, гневно уставились на него:
— Да кто так утешает?! Совсем в тебе нежности нет!
На её упрёк Е Су лишь беспомощно развёл руками:
— А как мне ещё сказать? Всякому пиру приходит конец, расставания неизбежны, к этому надо просто привыкнуть. К тому же ты в индустрии уже не первый год, неужели до сих пор не освоилась?
Он думал, что эти доводы немного успокоят её, но вышло наоборот – она разрыдалась ещё горче. Е Су в душе помянул себя недобрым словом: «Знал бы, что так будет – помалкивал бы в тряпочку».
— Ладно, ладно, мы ведь не навсегда прощаемся! — Снова заговорил он. — Обязательно ещё пересечёмся, хотя бы на промо-акциях сериала!
Лишь услышав эти «человеческие» слова, Дильраба уняла слёзы и легонько кивнула. А затем, будто вспомнив о чём-то важном, выпалила:
— Но… я буду так скучать по твоей еде! Этот вкус… его невозможно забыть.
При этом она облизнулась так, будто вкусности всё ещё стояли перед глазами. Е Су осенило:
— Так вот почему ты так убиваешься! Оказывается, ты плачешь из-за того, что кормушка закрывается. Ну и обжора же ты.
Будто пойманная на горячем, Дильраба смущённо опустила голову и тихо возразила:
— Вовсе нет!
Е Су, глядя на неё, невольно улыбнулся:
— Обжора! Но если не боишься сплетен, то, когда захочется есть, просто приезжай ко мне в Яньду. Я обещаю снова приготовить что-нибудь специально для тебя!
По правде говоря, Е Су симпатизировала эта девушка: красивая, искренняя, добрая и весёлая. С ней всегда было легко. Но эта симпатия не выходила за рамки дружеских чувств. Дильраба же, услышав его слова, без раздумий протянула мизинец и кокетливо произнесла:
— Тогда договорились! Давай поклянемся, на сто лет и без обмана!
Поражённый её детской непосредственностью, Е Су замер на миг, а затем тоже протянул руку и крепко сцепил свой мизинец с её пальцем.
Спустились сумерки, зажглись огни, и городской шум начал уступать место ночному покою. Режиссёр Линь организовала роскошный банкет в честь завершения съёмок в одном из элитных ресторанов. Когда гости начали прибывать, столы ещё пустовали, но все уже нетерпеливо поднимали бокалы. Весь зал наполнился смехом и криками, атмосфера была накалена до предела. Вскоре на столах появились изысканные блюда. К этому времени большинство уже прилично захмелело; взгляды затуманились, лица раскраснелись.
Е Су втайне порадовался, что заранее приврал о своей непереносимости алкоголя. Стоит признать, статус Е Су в группе был особым: и режиссёр Линь, и Гу Мань души в нём не чаяли. Поэтому, пока остальные заливались вином, он мог спокойно пить чай, выражая почтение каждому присутствующему.
Банкет затянулся на три с половиной часа. Люди чокались, болтали, вспоминая каждую мелочь съёмочного процесса. Незаметно ночь сгустилась, и праздник подошёл к концу. К финалу лишь Е Су сохранял полную ясность ума, хотя даже актрисы были «в стельку». Хорошо ещё, что у них были ассистенты, иначе…
Е Су вызвался помочь: он посодействовал помощникам, усаживая нетрезвых коллег в машины, чтобы каждый добрался благополучно. Когда всех проводили, он молча подошёл к стойке и оплатил счёт. Он не роптал: в конце концов, разве деньги нужны не для того, чтобы их тратить? К тому же это время было для него крайне насыщенным, он по-настоящему примерил на себя актёрскую мечту. А продолжит ли он этот путь – скорее всего, нет.
Затем Е Су вместе с Чжу Сяолинем и остальными отправился в апарт-отель. В машине он обратился к другу:
— Старина Чжу, глянь, можно ли купить билеты в Яньду на ближайшее время.
Услышав это, Чжу Сяолинь тут же достал телефон, на ходу уточняя:
— Су-цзы, чего такая спешка? Зачем лететь ночью, случилось что-то срочное?
Е Су покачал головой с мягкой улыбкой:
— Ничего срочного. Просто долго мотался по свету и теперь ужасно соскучился по своей уютной кровати. Тебе разве не хочется домой?
Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. Е Су не был дома три месяца, и теперь в его мыслях то и дело всплывала мягкая постель в его огромной вилле. Чжу Сяолинь согласно кивнул:
— И то правда! Хоть мы в группе и насмотрелись на красоток шоу-бизнеса, со временем и это приедается.
— Ха-ха, красота хороша, когда к ней прилагается интересный ум, — подколол его Е Су. — Иначе это просто картинка, скукотища.
— Прямо как у Дильрабы? — Не удержался от подколки Чжу Сяолинь.
Он-то часто видел на площадке их шутливые перепалки. Цзюй Хайфэн с переднего сиденья тут же обернулась с крайне любопытным видом, а Цун Баовэй, сидевший за рулем, навострил уши.
— О чём вы только думаете? — Недовольно буркнул Е Су. — У меня и в мыслях такого нет.
Не успел Чжу Сяолинь ответить, как Цзюй Хайфэн вставила свои пять юаней:
— Босс, вы-то, может, и не думаете, а вот у девчушки мысли вполне могут быть. Вы красавец, талант, да ещё и готовите божественно… Будь я на её месте, давно бы на вас набросилась, ха-ха-ха!
— Сестрица Цзюй! — Е Су не ожидал, что даже она начнёт его поддразнивать.
Машина заполнилась дружным хохотом. Вскоре Чжу Сяолинь нашел нужные рейсы:
— Су-цзы, есть! На сегодня ещё остались билеты до Яньду, правда, в первом классе мест нет.
— Неважно, — махнул рукой Е Су. — Главное – вернуться.
Чжу Сяолинь без лишних слов заказал четыре билета. Четвёрка вихрем влетела в отель, покидала вещи в чемоданы и меньше чем через полчаса уже мчалась в аэропорт. У самого входа Чжу Сяолинь остановился и протянул Е Су новую маску:
— Су-цзы, надень, на всякий случай.
Тот нацепил маску, но даже она и надвинутый капюшон не спасли его. В зале ожидания две глазастые поклонницы всё же узнали кумира по осанке и походке. Они едва не закричали от восторга, но Е Су, вовремя заметив их взгляды, приложил палец к губам и прошептал:
— Тсс, потише, пожалуйста, не тревожьте других пассажиров.
Девушки понятливо закивали. Тогда Е Су снял маску и с улыбкой спросил:
— Хотите автограф и фото?
Счастливицы закивали как заведённые. Е Су быстро расписался в их блокнотах и сделал пару селфи. Едва они ушли, рассыпаясь в благодарностях, как тут же открыли WB, чтобы выложить историю о случайной встрече с пруфами. Пост мгновенно оброс комментариями, полными зависти.
А Е Су тем временем уже поднялся на борт. Полет прошел гладко, и спустя два с половиной часа самолет мягко коснулся полосы аэропорта Яньду. Еще час на машине – и они у ворот загородной виллы. Едва машина замерла, Е Су выскочил наружу. Широко раскинув руки перед собственным домом, он негромко прошептал:
— Я вернулся!
Подхватив чемодан, он стрелой влетел внутрь и бросился в свою комнату. Чжу Сяолинь, Цун Баовэй и Цзюй Хайфэн, глядя на его порыв, лишь понимающе переглянулись и улыбнулись.