Глава 137. Две девчонки
Вернувшись в виллу, Су Цинъянь всё ещё ходила надутой.
— Что случилось, кто тебя так разозлил? — забрав у неё сумочку и аккуратно убрав, спросил Тан Сюань.
— Ничего, просто встреча получилась не очень приятной. Лучше скажи, чем ты там был занят до этого, муж? — немного помедлив, спросила Су Цинъянь.
— Смотрел стрим, в чужой трансляции спел пару песен. Ещё я собираюсь сам начать вести стримы: на моём аккаунте на «Акуле» и так много подписчиков, грех не заняться. В наше время правит общественное мнение, а имея аккаунт с большой аудиторией, можно хоть как‐то его направлять, по крайней мере, иметь возможность говорить так, чтобы тебя услышали, — сказал Тан Сюань, даже не думая скрывать это от Су Цинъянь.
Су Цинъянь застыла на секунду — она не ожидала, что у Тан Сюаня есть такие планы, но сама идея ей показалась вполне разумной.
— Господин, я вернулся, — в этот момент пришёл Лу Юнь.
— Сначала воды выпей, а я пока закажу тебе еды, — Тан Сюань взял телефон и выбрал несколько блюд в доставке.
Сделав глоток воды, Лу Юнь рассказал, что по наводке Цюцюй уже накопал кое‐какую информацию: у Сун Цзиня совесть нечиста, а ещё выяснилось, что он содержит двух любовниц; сегодня Лу Юнь как раз сфотографировал одну из них.
— Сейчас у нас только одна фотка, мало. Дальше я возьму кадры ещё и со второй любовницей; а вот доказательства по финансовым махинациям — этим уже занимаются другие люди, Цюцюй всё организовала, — сказал Лу Юнь, показав Тан Сюаню снимок.
— Понятно, ты хорошо поработал. Главное — не забывай о собственной безопасности, — кивнул ему Тан Сюань.
Отчитавшись о проделанном, Лу Юнь не стал мешать разговору Тан Сюаня с Су Цинъянь и ушёл к себе в комнату.
— Сун Цзинь — высокопоставленный чиновник, муж, зачем ты вообще начал его копать? — выслушав их разговор, Су Цинъянь была поражена: Сун Цзинь ведь крупный начальник.
После небольшой паузы Тан Сюань рассказал о том, как «Да Тан Фармацевтика» столкнулась с давлением и как Сун Цзинь оказался всего лишь ручной шавкой тех, кто стоит за всем этим.
— У той стороны очень большие связи. Даже если ты свалишь Сун Цзиня, они найдут другие рычаги, — в глазах Су Цинъянь читалось беспокойство.
Тан Сюань, улыбаясь, провёл рукой по её мягким волосам:
— Ничего страшного. «Да Тан Фармацевтика» играет важную роль и для Чжунхая, и для развития всей медицинской отрасли. Никто не сможет перегнуть палку слишком сильно.
— Поэтому ты и решил развивать свой аккаунт в соцсетях, чтобы иметь возможность говорить вещи, на которые обратят внимание, — поняла его мысль Су Цинъянь.
— Да, есть такое намерение, а дальше будем смотреть по обстоятельствам, — кивнул Тан Сюань.
— Тогда завтра я буду сидеть дома и смотреть твой стрим, а ещё задарю тебя ракетами, — Су Цинъянь придвинулась к нему поближе: её прежняя мелкая обида окончательно растаяла. Главное — Тан Сюань не скрывал от неё, что пел в прямом эфире, и этого было достаточно.
Когда приехала доставка, Тан Сюань позвал Лу Юня к столу, а сам с Су Цинъянь продолжил неспешную беседу.
Поболтав ещё немного, они с Су Цинъянь поднялись наверх умываться и отдыхать.
Тан Сюань отправился спать, а вот сеть тем временем закипела. Платформа «Акула» запустила мощное продвижение: часть медиа в своих публикациях не только отметила, что сегодня Тан Сюань исполнил две песни, но и одновременно анонсировала его завтрашний стрим. В итоге тема моментально вылетела в тренды.
Откуда такой ажиотаж? Ранее Тан Сюань выложил четыре песни, и все четыре до сих пор держались в верхах музыкальных чартов; многие известные музыканты и критики дали этим трекам высочайшие оценки.
Кроме того, особо ушлые люди покопались в его биографии и выяснили, что он председатель студсовета «Хуацина», а также единоличный владелец «Да Тан Инвест» и «Да Тан Фармацевтики».
Почему всё это вообще всплыло? Потому что на приветственном концерте в университете «Хуацин» Тан Сюань уже пел, и его тогда узнали как господина Сюаня, так что настоящее имя и личность «господина Сюаня» уже давно не были секретом.
Помимо всего прочего, за Тан Сюанем числился и подвиг: его официально отметила полиция за геройское вмешательство, а история с тем, как он, превышая скорость, вёз человека в больницу, тоже всплыла наружу. Любой из этих эпизодов по отдельности уже тянул бы на горячую новость, а тут всё скопилось в одном человеке.
На рассвете, бросив взгляд на всё ещё сладко спящую Су Цинъянь, Тан Сюань вышел во двор, чтобы размяться, а затем вернулся и приготовил завтрак. Для Лу Юня он не готовил — тот ещё до зари ушёл по делам: расследование по Сун Цзиню требовало продолжения.
После утренних процедур они с Су Цинъянь поели вместе, и она поехала на работу. Хотя компания принадлежала их семье, к работе она относилась максимально серьёзно. У Тан Сюаня есть своё дело, но и она хотела проявить себя: даже если однажды Тан Сюань ничего не будет делать, её собственный заработок должен покрывать все его расходы.
Когда Тан Сюань проводил Су Цинъянь, у него зазвонил телефон. На экране — неизвестный номер. Он без церемоний сбросил вызов. Когда звонок повторился — сбросил снова.
Вскоре позвонила Сяо Цинъинь:
— Тан Сюань, ты сейчас не отклонял несколько вызовов? Это был официальный номер «Акулы». Они через меня запросили твой контакт, но раз ты их подряд скидываешь, они ничего сделать не могут, вот я и звоню предварительно.
После разговора с Сяо Цинъинь телефон Тан Сюаня зазвонил снова. На этот раз он ответил: звонок действительно был от представителей платформы «Акула».
Представитель «Акулы» сообщил, что платформа хочет подписать с ним контракт: без контракта им будет сложно выводить ему доходы от подарков.
— Мне правда не нужно, — сказал Тан Сюань. — Я всего лишь время от времени спою пару песен, до ваших стандартов для штатных стримеров я точно дотягивать не собираюсь.
— Господин Тан, наше руководство внимательно изучило вашу ситуацию и понимает, что у вас очень плотный график. Поэтому мы не будем предъявлять к вам никаких завышенных требований. Наши сотрудники уже выехали и к обеду будут в Чжунхае. После этого свяжутся с вами. Всё, что вас не устроит в контракте, мы в оперативном порядке поправим, — вежливо пояснил представитель «Акулы».
— Ладно. Когда ваши люди приедут, тогда и обсудим, — согласился Тан Сюань. Он вспомнил, что для трансляций на крупных платформах в любом случае нужен какой‐то договор.
Около одиннадцати сотрудники «Акулы» добрались до места. Причём приехал не один человек, а целая мини‐команда из трёх.
Тан Сюань принял их в вилле. Руководила делегацией женщина‐вице‐президент.
Предложенный Тан Сюаню контракт стал самым мягким в истории платформы: по сути, никаких ограничений на него не накладывалось. Длительность эфиров — по его желанию; единственное условие — во время стримов нельзя очернять страну или саму платформу, а также транслировать всё, что нарушает закон или противоречит базовым нормам морали.
Поскольку в договоре действительно не было ничего перегибанного, Тан Сюань подписал его. Он не любил зря чинить людям препятствия: если с ним поступают по‐человечески, он, в свою очередь, всегда готов сохранить лицо партнёрам.
Кроме того, прописанная в контракте доля с донатов была очень высокой: если для остальных стримеров стандартным считалось деление пятьдесят на пятьдесят, то у Тан Сюаня — семьдесят на тридцать. То есть с каждой тысячи юаней подарков он получал семьсот до вычета налогов.
— Благодарим, господин Тан, что выбрали нашу платформу. Рассчитываем на плодотворное сотрудничество, — после подписания вице‐президент «Акулы» пожала Тан Сюаню руку.
Обсудив все детали, вице‐президент уехала, но двух молодых сотрудниц высокого ранга оставила в вилле. У Тан Сюаня не было опыта проведения прямых эфиров, и чтобы не вышло какого‐нибудь скандала, девушку оставили ему в помощь — они должны были выступать в роли ассистенток во время стримов.
К обеду вернулась Су Цинъянь. Зайдя в гостиную и увидев в вилле двух незнакомых девчонок, она на месте остолбенела.