Глава 90
Я и не подозревал, что у бабушек такая хватка.
Меня буквально затолкали в церковь, сжав с обеих сторон за руки.
В мгновение ока меня усадили посреди длинной деревянной скамьи, а на тарелку горой навалили пекановый пирог.
И только всучив мне в руку вилку, старушки уселись вокруг.
Все в солнцезащитных очках.
Все пытаются сохранять бесстрастные лица.
Но углы губ у всех подрагивали, так что попытка явно провалилась.
Поедая пирог, я прокручивал в голове недавний разговор у дверей.
— Новый трек Эй-Эс-Ди… Если хочешь, позволю тебе исполнить его здесь.
Честно говоря, когда я услышал это в первый раз, меня охватил вполне естественный смертельный ужас.
Но вскоре до меня дошло.
«… Да это же жалость».
Биг Джо – человек, который назвал биты Эй-Эс-Ди отстоем.
Он даже обозвал их помойкой.
Тогда ответ один.
Жалость или подачка из благотворительности.
А вот это проблема.
Трек [Vault], над которым я сейчас работаю, должен заставить Биг Джо признать меня как Эй-Эс-Ди.
Моя цель – одним треком разнести в пух и прах его оценку.
Признание, полученное из жалости, вовсе не признание.
И главное.
«А что, если я приму его услугу, и трек провалится?»
Я стану парнем, растратившим впустую милость Биг Джо.
Стоит мне получить это клеймо, как тут же созовётся комиссия по дизайну моего гроба.
Во всех отношениях безопаснее отказаться.
«… Хоть бы на обратном пути ничего не случилось».
С такими тревожными мыслями я доел пирог.
Ого, а ведь безумно вкусно!
— Ешь побольше, — с добродушной улыбкой произнесла Мама Роуз, как и в прошлый раз.
— Лоренцо, а ты чего не ешь?
— …
Биг Джо взял тарелку с пирогом и смирно сел.
Я только что уразумел одну из истин Вселенной.
Над высшим хищником пищевой цепи есть ещё одна ступень.
— Ну что, наш финалист, — наклонилась ко мне бабушка, сидящая рядом, — разнесёшь Карбина в пух и прах?
— Ой, Марта! Наш Карбин тоже хороший мальчик. Я слушаю его со времён первых микстейпов.
В то же мгновение все солнцезащитные очки в церкви повернулись в одну сторону.
— Джоан, ты вообще где находишься?
— Как у тебя язык поворачивается говорить такое в самом центре вражеского лагеря?
— Положи пирог, Джоан.
— П-пирог-то за что?!
Бабушка-фанатка Карбина, спасая свою тарелку, отступила в угол.
— Кстати, видишь вон тот орган? — Одна из старушек указала на переднюю часть алтаря. — Сыграешь нам хоть одну песню? Говорят, ты так отлично играешь на пианино.
— Это мечта всей нашей жизни! Услышать вживую игру гения из телевизора!
Вдруг спереди выскочила дьякониса в пурпурном костюме:
— Э-это недопустимо! Орган предназначен исключительно для богослужений! Это священный инструмент для воскресной хвалы!
— Ой, дьякониса, ну что за упрямство. Он же собрался сыграть хвалу, в чём проблема?
Дьякониса окинула меня полным подозрения взглядом.
Чёрная рубашка, чёрные очки, поджатые в прямую линию губы.
Как ни крути, весь мой вид со священными песнопениями никак не вязался.
Однако стоило Маме Роуз кивнуть, как дискуссия мгновенно прекратилась.
— …Разумеется.
Это сказал я.
Мать Биг Джо просит, и если я отвечу отказом… Страшно даже представить.
«Эх, как моя жизнь вообще докатилась до такого?»
Я сел за орган.
Орган Хаммонда.
К слову, чтобы получить этот характерный вибрирующий звук, к нему должен быть подключён динамик Лесли. К счастью, рядом как раз стоял один старенький динамик Лесли.
«Вот только я знаю теорию, а на практике играл на органе разве что на уроках музыки в старшей школе…»
Эх, ладно.
Чтобы выжить, придётся играть, а что делать?
— …
Подвигав регистровые рукоятки, я настроил звук.
Над выбором песни даже думать не пришлось.
Amazing Grace.
Вот только не в оригинальной обработке.
Опустив руки на клавиши, я нажал на ножную педаль.
Гу-у-ум…
Глубокий бас раскатился по полу молитвенного зала.
Поверх него я пустил знакомую мелодию, немного сместив ритм.
Я добавил в гимн настоящий грув.
Не успела закончиться и первая строчка.
— О-о-о! Боже мой!
— Аллилуйя-а-а!
Бабушки вскочили со своих мест.
Хлоп! Хлоп!
Аплодисменты строго на второй и четвёртый такт.
Видимо, сказались годы практики госпела – никто не сбился ни на долю секунды.
Откуда-то выскочил Тамбурин, а кто-то и вовсе начал размахивать платком над головой.
— Дорогие мои! Это же святилище!
Крик дьяконисы утонул в грохоте аплодисментов.
Во втором куплете я сменил аккорды и пустил басовую линию через педаль.
Бабушки окончательно пришли в экстаз.
— Это лучшая служба со дня основания нашего церковного хора!
— Да не служба это, говорю же вам!
— Йо, аллилуйя-а-а!
— О, опомнитесь! Придите в себя!
Посреди этой вакханалии задняя дверь зала открылась, и вошёл пастор с Библией в руках.
— …Что здесь вообще проис…
Картина маслом: старушки из хора звенят тамбуринами и пританцовывают в проходе, а за органом сидит неизвестный азиат в солнцезащитных очках.
Пастор долго стоял в замешательстве, а затем просто сел в самый последний ряд.
«… Да уж, этой церкви уже ничего не поможет».
Исполнение завершилось.
Стоячие овации, крики «Бис!» и очередная порция пирогов.
От биса меня спасла Мама Роуз, заявив: «Мальчику нужно готовиться к финалу!»
На обратном пути мне в руки всучили целых пять коробок с пирогами.
На прощание Мама Роуз погладила меня по голове:
— Лоренцо, береги такого парня.
— …
В машине по дороге назад.
На светофоре Биг Джо бросил между делом:
— …Не знал, что ты и на органе умеешь.
— …Пустяки.
— Хм, всё-то у тебя пустяки, — тихо ухмыльнулся Биг Джо.
Я лишь крепче сжал пять коробок с пирогами на коленях и уставился в окно.
— …
Какой же, блин, «продуктивный» день.
Чёрт бы всё побрал.
* * *
Пак Юль, собираясь в школу, взяла в руки телефон.
За ночь скопилась целая гора уведомлений из фан-кафе.
«Что такое? Что произошло?»
Она нажала на самый верхний пост.
[Молния: опубликован ключевой визуал нового трека Аэллы – «Will»]
Прикреплённое фото заполнило экран.
Звёздное небо, готовое обрушиться вниз.
Под ним – мужчина с гитарой и девушка с прикрытыми глазами.
— Вау, с ума сойти…
Это выглядело словно постер к фильму.
Ощущение, будто становишься свидетельницей новой эры своего кумира в прямом эфире.
С трепетом в сердце она увеличила фото, но её палец замер на лице мужчины.
Чёрные очки.
Поджатые в прямую линию губы.
— …
Приблизить.
Ещё приблизить.
— …А?
Дверь в комнату распахнулась настежь.
— Ма-а-ама! Па-а-апа!
Выбежав в гостиную, Пак Юль сунула телефон им в лицо.
Ким Миён вгляделась в экран:
— Ой, какая красивая фотография. Но этот парень кажется таким знакомым… А? Э-э?!
— Это же Гон! Наш Гон!
Подбежал Пак Сынхо:
— Погоди, а почему наш сын сидит под звёздным небом?!
— Это обложка альбома Аэллы! На весь мир выйдет! Сейчас лицо брата увидят во всём мире!
— Что-о-о?!
Все трое сгрудились вокруг одного телефона и закричали.
— Да почему он нам ничего не рассказывает?!
— Не знаю! Он вечно так! На церемонии награждения было то же самое!
Глаза Пака Сынхо засияли:
— Дорогая, давай распечатаем её побольше и повесим у нас в ресторане. Прямо над кассой!
— Папа, нельзя! Брата же сольют в сеть!
— Почему? Я просто хочу похвастаться нашим сыном!
— Ха-а, ну правда…
Пак Юль набрала номер брата.
Шли только гудки.
Позвонила ещё раз.
Снова гудки.
[Юль: Брат]
[Юль: Возьми трубку]
[Юль: Эй]
[Юль: Это что такое!! Обложка!!]
[Юль: Почему не сказал!!]
[Юль: Почему рядом с моей любимой исполнительницей сидишь ты!!]
[Юль: Хотя постой]
[Юль: Не хочу признавать, но почему вы так смотритесь]
[Юль: А-а, не знаю, перезвони!!]
Отправив бомбардировку из сообщений, Пак Юль посмотрела на стену своей комнаты.
Стена была увешана постерами Аэллы, собранными со времён её дебюта.
«… Рядом с ними теперь будет висеть лицо брата?»
Чувства были смешанные.
Из всех людей на свете в исторический момент её кумира вклинился именно этот тип.
Но больше всего злило то, что фото получилось настолько прекрасным, что на него даже разозлиться толком не получалось.
В этот момент телефон снова бешено зазвонил.
На этот раз пришло сообщение в школьный групповой чат.
[Майя: Девчонки, вы видели обложку Аэллы??]
[Майя: Говорят, парень рядом – это Шотган. В школе только об этом и говорят]
[Хлоя: Слушайте, а почему Шотган такой крутой??]
[Майя: Звёздная ночь, очки и гитара – это вообще законно?]
[Хлоя: Юль, ты где? Вышла обложка твоей любимицы, а ты молчишь больше всех?]
Пак Юль открыла окно ответа.
[Этот парень – мой брат]
… Она напечатала это, но, дрожа пальцами, тут же всё стирала.
Стоит об этом заикнуться – личные данные брата сольют, адрес дома вскроют, а перед рестораном выстроится очередь из фанатов Шотгана.
«Да как это вообще утаить…»
Главный повод для гордости в её жизни подступал к самому горлу, а ей приходилось давиться и молчать.
[Юль: Видела, улет]
[Майя: Чего реакция такая вялая? Ты же фанатка Аэллы до мозга костей]
[Хлоя: Она просто в шоке, что рядом с её фавориткой парень ха-ха]
[Юль: Вовсе нет]
[Майя: Кстати, интересно, а Шотган и дома так ходит? И ест в солнцезащитных очках?]
[Хлоя: По-любому. Такие люди 24 часа в сутки такие. Думаю, он даже спит с каменным лицом]
«… Он дома в трениках хлопья трескает».
[Хлоя: Эх, имела бы я такого брата, как Шотган, больше ничего бы не желала]
[Хлоя: Он бы мне фоновую музыку включал, когда я в школу захожу]
«Что за бред. Он только и делает, что ворчит, чтобы я училась».
Пак Юль издала немой крик в пустоту.
Самый близкий ей человек настолько знаменит, а в этом чате об этом знает только она одна!
«Я сейчас задохнусь от досады!»
В это время интернет уже стоял на ушах.
— Вышла новая обложка Аэллы, это реальность?
└ Это искусство.
└ Говорят, снимали в пустыне. Работа режиссёра Дэрена.
└ А кто парень рядом?
└ Очки, гитара… А? Погодите-ка.
— Разбор теории, что парень с обложки – Шотган: Очки – совпадает / Губы ниточкой – совпадает / Азиат – совпадает.
└ Hellion сказали «Без комментариев» ахах. Это звучит как полнейшее подтверждение.
└ Выкатить такое перед самым финалом Кузницы? Что за тайминг!
└ Если и продюсированием занимался Шотган, то это просто сенсация.
[Зашёл из поп-фандома, скажу честно]
Зашёл спросить «Кто это вообще рядом с нашей девочкой?», но увидел фото и сразу завалил. С какого перепугу эта бесстрастная физиономия так идеально гармонирует со звёздной ночью?
└ Фанаты Шотгана уже совершили паломничество. Комментарии завалены эмодзи в очках.
└ Фанатики.
Тем временем хип-хоп сообщества тоже бурлили.
└ Брат, ты почему оттуда вылезаешь?
└ Мужик, крушивший мир своими битами, сидит под звёздным небом с гитарой?
└ Что у него за диапазон такой?!
└ Нам бы пульс перед финалом подберечь, ради бога!
└ Что ни день, то новый инфоповод.
В ресторане «Вкус родины» постоянные клиенты – семейная пара – рассматривали обложку на экране.
— Дорогой, тебе не кажется, что мы где-то видели этого парня на обложке?
— Конечно видели. Это же Шотган. Тот азиат, который сейчас безумно популярен.
— Да нет, я не об этом… Тебе не кажется, что он похож на того паренька, что подрабатывает у нас?
— Да ну, о чём ты. Где тот кроткий паренёк и где этот жуткий тип?
— …Думаешь? Ну да, тот парень очень вежливый.
А виновник этой суматохи тем временем проверял телефон в автобусе, направляясь к месту встречи.
17 пропущенных вызовов.
Целая лавина сообщений.
Пак Гон сделал скриншот переписки и отправил его.
[Пак Гон: Заказанная трансляция реакции Юль доставлена]
[Аэлла: ххахахахаха]
[Аэлла: «Не хочу признавать, но почему вы так смотритесь» – это просто шедевр! Юль такая милая 🐱]
[Аэлла: Хочу вставить в рамочку и повесить]
[Пак Гон: Если она узнает, ты улетишь с пьедестала её кумира]
[Аэлла: Не пугай меня так!]
[Аэлла: В общем, до встречи. Я зарядила каменное лицо]
[Аэлла: Маскировка тоже идеальная. Жди!]
* * *
Сумерки. Площадь Даунтауна.
Организаторы из фанатов Шотгана в чёрных жилетах проводили финальное совещание.
— Проверка звука завершена. Диджейский пульт в норме.
— Отлично. Всем повторить сегодняшний девиз!
— Бесстрастность – это уважение.
Площадь представляла собой захватывающее зрелище.
Тысячи людей в чёрных очках стояли молча, выстроившись ровными шеренгами.
Заходящее солнце одновременно отражалось в тысячах линз, отчего вся площадь сияла оранжевым блеском.
Лишь продавец хот-догов поблизости стоял в полном недоумении.
— Эй, вам с кетчупом или с горчицей?
— …
Покупатель молча поднял два пальца.
— …И то, и другое? Хорошо…
Пока поливали хот-дог кетчупом и горчицей, покупатель сохранял бесстрастное лицо, а приняв заказ, с таким же невозмутимым видом стал его жевать.
«Торговля сегодня идет на ура, но почему же так жутко?»
В этот момент у площади остановилась патрульная машина.
Офицер полиции вышел и подошёл к главному организатору:
— Нам поступило три вызова. Жалуются, что это похоже на сектантские сборы.
— Это сходка фанатов.
Офицер оглядел площадь.
Все стройными рядами стояли с абсолютно непроницаемыми лицами.
— Почему на фанатской сходке никто не улыбается?
— У нас культура такая. Наш Брат никогда не улыбается.
— …И кто же ваш Брат?
— Шотган.
Офицер молча поднял рацию:
— …Центральная, кажется, нам потребуется подкрепление.
Вслед за этим подъехал фургон с логотипом телеканала.
Съёмочная группа прибыла за новостным сюжетом, получив наводку, что в Даунтауне собралось несколько тысяч человек с каменными лицами.
— Вау… Наводка оказалась правдой.
— Но удастся ли взять интервью? Они же все молчат.
Пока работала камера, раздалось объявление:
— Объявляем о начале главного события дня – Стандофф лиц Шотгана!
— Совсем скоро с диджейского пульта зазвучат треки. Если ваше тело дёрнется, вы улыбнётесь или хотя бы кивнёте – вы тут же выбываете! Единственный, кто устоит без единого движения до самого конца, станет победителем!
— Приз за первое место – один билет на финал Кузницы! Мы, организаторы, душу продали, чтобы его достать. Не спрашивайте, во сколько он нам обошёлся… мы плакать начнём.
В это время двое организаторов у входа, раздававшие браслеты, одновременно замерли.
Виной тому была вошедшая пара – мужчина и женщина.
Мужчина в чёрной рубашке и очках, и женщина в оверсайз-худи с надвинутой кепкой.
— …Эй, ты видел этого парня?
— До мурашек.
Каменное лицо этого мужчины было совсем иного уровня.
Угол губ, напряжение челюсти, недвижимая линия шеи.
Пока остальные лишь пытались подражать Брату, он один выглядел как оригинал.
— Это вообще как? Он выглядит даже более похожим на Шотгана, чем сам Шотган.
— Постой, а девушка рядом с ним…
— Хочешь сказать, что похожа на Аэллу?
— Как ты догадался?
— Очнись! С чего бы Аэлле быть здесь? Просто все надели очки, вот и кажутся похожими.
— И то правда. Мне вон тот парень только что показался похожим на Трампа.
Организатор застегнул браслет на запястье мужчины и с уважением склонил голову:
— Выражаю почтение вашей точности образа.
Мужчина лишь единожды слегка кивнул.
От этой сдержанной реакции у них снова побежали мурашки.
* * *
В самом центре площади царил мир, абсолютно несхожий с тем, что виден снаружи.
«Вау… Реально ведь секта».
Вот только проблема в том, что глава этой секты – я сам.
Рядом прошептала Аэлла:
— Смотри. Я ведь идеальна?
Худи, кепка, очки, да ещё и губы ниточкой.
— Ты шепчешь, а значит, уже дисквалифицирована.
— Тш-ш, тише! Нас же разоблачат.
— Ты первая заговорила.
Уголки губ Аэллы дёрнулись вверх, но тут же поспешно вернулись на место.
Один из участников поблизости медленно повернул в нашу сторону свои очки.
Безмолвный предупреждающий сигнал.
Мы оба тут же выпрямились.
«… Чуть не попались».
Посреди этого океана невозмутимости даже малейшая эмоция заметна, словно маяк.
Идеальное место, чтобы затеряться, но стоит улыбнуться – и тебе конец.
В этот момент толпа позади колыхнулась от притока новых людей.
Аэлла качнулась и ухватилась за мой рукав.
— Потеряемся – потом не найдем. Тут же все одинаковые!
— …Ну так держись.
Сказав это, я слегка пожалел.
Потому что рука, сжимавшая рукав, расположилась так, будто она взяла меня под руку.
— Хе-хе, мы что, изображаем парочку?
— Да нет же. Что за…
… Типичная черта интроверта: не уметь воспринимать шутки как шутки.
— Мы сейчас прям как тайные агенты. Правда?
На огромном экране транслировали лучшие моменты полуфинала.
Та самая сцена, где десятки тысяч людей сами стали битом.
— Кстати, ты слышал объявление?
— Про стандофф?
— Давай тоже поучаствуем. Я уверена в своих силах.
— А если победим, что тогда делать?
Аэлла задрожала плечами, давя смех, и ещё пара очков из соседнего ряда уставилась на нас.
Мы оба резко уставились прямо перед собой.
— …
Так мы какое-то время стояли молча.
Привычным движением я лишь вращал глазами за очками, осматриваясь по сторонам.
Мужчина, с каменным лицом жующий хот-дог.
Супруги с ребенком в кенгурятнике.
Старик в инвалидной коляске и солнцезащитных очках.
Даже малыш, сидящий на плечах у отца, нацепил миниатюрные очки.
«… Все умом тронулись».
Но с другой стороны…
Все эти люди – мои фанаты.
Они пришли сюда после работы, стояли в очереди, да ещё и изо всех сил сдерживают улыбки.
Честно говоря, меня это растрогало.
Аэлла, державшаяся за мой рукав, слегка наклонила голову:
— Ты какой-то странный.
— …В смысле?
— Не знаю. Ты стал дышать по-другому.
— Да так.
Помолчав немного, я ответил честно:
— Просто благодарен им всем.
— …Чем больше я на тебя смотрю, тем больше ты меня удивляешь.
В этот момент из динамиков на сцене раздался звук:
— Итак, Стандофф лиц Шотгана начинается прямо сейчас! Диджей, за пульт!
Атмосфера на площади мгновенно натянулась как струна.
Множество людей размяли плечи, покрутили головами и снова превратились в изваяния.
Приготовление к решающей битве.
Сквозь это напряжение пробиралась видеокамера.
Новостная камера с логотипом телеканала.
И репортёр с микрофоном.
«… А? Погодите-ка».
Траектория их движения настораживала.
Они направились прямо к нам.
— Извините!
Репортёр встал прямо перед нами.
На камере горел красный огонек записи.
Я почувствовал, как рука Аэллы крепче сжала мой рукав.
— Это интервью для сегодняшнего вечернего выпуска новостей! Я задам всего один вопрос!
Микрофон уткнулся прямо мне в лицо:
— Что именно вам так нравится в Шотгане, что вы пришли сюда сегодня?