Глава 20
— Заходи, — Лил Ди толкнул входную дверь.
Пак Гон всё ещё не мог поверить в происходящее.
«И как меня занесло в логово бандитов?»
Лил Ди достал из холодильника две банки пива и небрежно бросил одну из них.
Клац!
— Отлично.
— …
Уф!
К счастью, Гон успел поймать банку. Не поймай он её, вышло бы совсем неловко.
— Садись сюда.
— …
Пак Гон присел на самый край дивана. В такой позе можно было сбежать в любой момент.
— После нашего прошлого обсуждения я попробовал набросать текст… но на этом месте застрял.
Лил Ди протянул ему блокнот с торчащей ручкой.
Пак Гон вгляделся в строки куплета, и взгляд его стал задумчивым. Он погрузился в мысли.
«… Значит, Лил Ди тоже был один».
В блокноте виднелись следы от множества зачёркиваний и исправлений. Сразу чувствовалось: человеку есть что сказать, но он не знает, как выразить это словами.
Заметив выражение его лица, Лил Ди осторожно спросил:
— У тебя есть какие-нибудь идеи для куплета?
— …
Вместо ответа Шотган лишь бесстрастно кивнул и вытащил ручку из блокнота.
Лил Ди вздрогнул от неожиданности, но Пак Гон даже не заметил его взгляда, ведь все его мысли занимали воспоминания о самом себе.
О том, как он обедал в одиночестве во время перерывов.
О том, как всегда выбирал самый дальний угол в библиотеке.
О том, как в графе «близкий друг для экстренной связи» указывал номер родителей, придумывая вымышленное имя, чтобы выдать их за приятеля.
Это была иная форма одиночества. Лил Ди был окружён людьми, но ни до кого не мог достучаться, а вокруг Пака Гона не было вообще никого.
И всё же эти два разных чувства в какой-то точке переплелись воедино.
Ощущение полного одиночества.
Тот пустой гнетущий гул, когда за окном полно людей, но стоит моргнуть – и видишь лишь своё собственное отражение в стекле.
Скрип-скрип…
«Руки в карманах, ведь мою никто не держит».
У Лил Ди отнялся язык.
Всего одна строчка, но от неё веяло беспросветной тоской.
Перед глазами сразу всплыли воспоминания из детства: другие дети идут за руку с родителями, а он возвращается домой один, засунув руки глубоко в карманы.
Лил Ди невольно оторвал взгляд от блокнота и посмотрел на сидящего рядом парня.
Шотган всё так же бесстрастно продолжал выводить следующий куплет.
«Снаружи стало слишком шумно, и я надел наушники».
«А когда приходит утро, просто начинается очередной день».
«…!»
Лил Ди машинально пробормотал строки вслух, и по его спине мгновенно пробежали мурашки.
Рифмовать в англоязычных строках слова на конце – помимо глубокого смысла, здесь присутствовала безупречная рифма. Лил Ди осознал это только что, проговаривая слова про себя.
Идеально ложащаяся на слух рифма, внутри которой дышала и жила настоящая эмоция.
«Ну и сумасшедший же он монстр…»
Лил Ди думал, что Гон способен писать только диссы – те самые тексты, где цитировались законы и гробились карьеры рэперов из банды Бладс.
Но что это такое?
Если строки диссов были сокрушительными мечами, то этот текст был тонкой иглой. Иглой, пронзающей само сердце.
— …
Только тогда Шотган отложил ручку.
Понимает ли он вообще, что только что создал? На его лице не отражалось ни единой эмоции.
«Да нет, этот ублюдок всё прекрасно понимает и просто притворяется спокойным. Как и всегда».
В этот момент снаружи раздался гул автомобильного двигателя.
— Ах, точно, — опомнился Лил Ди. — О-Джи говорил, что заскочит ненадолго после встречи с Новой.
Лил Ди пошёл открывать. Входная дверь распахнулась, и вошёл Биг Джо. Судя по всему, он уже бывал здесь не раз, поэтому вальяжно уселся на диван.
— Нова очень тобой интересуется, — обратился Биг Джо к Гону.
— …
— Спрашивал несколько раз, что ты за человек.
По спине Пака Гона прошиб холодный пот.
«… У него что, какая-то обида на меня?»
Может, в недавней войне диссов Гон задел его близкого друга? Или Нове не понравилось, что его упомянули напрямую?
— Так когда сможем приступить к записи? Я передам Нове.
«!»
Напуганный мозг Гона мгновенно перевёл эти слова по-своему: «Если быстро не сделаешь – тебе конец».
Пак Гон тут же принялся просчитывать минимальные сроки.
Основа бита уже заложена в голове, текст только что доработан… Если пахать на пределе возможностей, то…
— …На следующей неделе.
Лил Ди замер с наклонённой банкой пива у рта. У Биг Джо дрогнули зрачки.
— На следующей неделе?
— Ты за это время успеешь полностью сделать бит и записать демо для фита?
— …
Шотган смотрел вперёд с совершенно невозмутимым видом, будто это нечто разумеющееся.
Биг Джо покачал головой и усмехнулся:
— Так и передам Нове.
* * *
С того самого дня в нём снова включился режим учёбы «под страхом смертной казни».
Ограничители мозга снялись, а адреналин заставил задействовать все синапсы. Эффективность работы возросла до безумных высот.
Проект, на который обычно уходят месяцы, обретал чёткую структуру за считаные дни.
«Я могу умереть. Нет. Мне точно конец, чёрт возьми».
Он дрожал от ужаса перед угрозой свирепых бандитов. Но это длилось лишь мгновение, после чего инстинкт самосохранения снова взял верх:
«У меня что, есть время на эти мысли?»
Он накладывал бит поверх куплета Лил Ди, проектировал бридж и оставлял свободное место для куплета Новы.
И это состояние гиперактива продолжалось вплоть до самого дня встречи с Новой…
— Брат!
Пак Юль выглянула из-за двери.
— Ты поел?
Нет, не поел. Ощущение времени полностью испарилось. Стоило ему снять наушники, как в животе громко заурчало.
— Со своим сочинительством совсем про всё забыл?
— …Я этим занимаюсь только на время академического отпуска.
Именно так Гон соврал Юль. А про оборудование, стоявшее перед ним, он сказал, будто Дастин временно оставил у него свои старые подержанные вещи.
«Хорошо ещё, что Юль ничего не смыслит в музыкальной аппаратуре».
Узнав об этом, родители снова захвалили Дастина. Интересно, сколько ещё продлится эта ложь? Узнай они всю правду, сразу же побежали бы в полицию.
— Можешь подвезти меня сегодня? Я хочу в одно место.
Пак Юль протянула ему экран телефона. Там была информация о ярмарке фудтраков, которая проходит каждую пятницу на проспекте возле аэропорта LAX.
— Друзья говорят, там безумно вкусно, но мне одной туда далековато ехать.
— Сегодня?
Вообще-то сегодня вечером он должен встретиться с Новой. Но если отвезти сестру днём, а вечером поехать в студию, то он как раз всё успеет.
— Ладно, поехали.
— Окей!
— Не притворяйся милой.
— А? А как мне ещё отвечать?
— …
«Вот же чёрт…»
Из-за того что бандиты постоянно твердили свои уличные «Лады», обычные английские словечки вроде «окей» казались ему какими-то чересчур наигранными. В последнее время он общался только с бандитами, поэтому и сам не заметил, как привык к уличным выражениям!
— Д-да нет, ничего. Я тоже говорю: окей! Поехали!
— Так я всё-таки милая?
— …
Он завёл двигатель. Старенькая Хонда Сивик запыхтела и очнулась, точно дряхлый дед.
— Брат, какого года эта машина?
— Две тысячи девятого.
— Ого! Да она же старше меня!
«Машину тоже надо бы поменять…»
Период выплат за стриминг составляет от шестидесяти до девяноста дней. С долей в пятьдесят процентов от паблишинга даже без калькулятора понятно, что сумма придёт солидная.
Проблема появится тогда, когда эти деньги окажутся у него на счету.
«И что я скажу родителям?»
… Подумаю об этом позже. Свалить проблему на будущего себя – его любимая стратегия выживания в последнее время.
— Ах, точно! Я ведь так и не сказала папе, что вы с Лил Ди лучшие друзья.
— Почему?
— Ну папа же фанат Лил Ди. Если он узнает, поднимется такой шум!
— Решила позаботиться обо мне?
— Ну конечно!
— …И надо же, сообразила. Совсем взрослая стала.
К слову, у них с сестрой разница в шесть лет: Юль родилась уже после того, как родители обосновались в США.
— А как вы вообще сдружились с Лил Ди?
Гон на мгновение растерялся:
— …Да так, случайно.
— Случайно? Это как?
— …Ну, просто…
Почувствовав, что дело пахнет полноценным допросом, он прибавил громкость радио:
— Слушай лучше музыку.
— Тогда переключи с хип-хопа на что-нибудь другое. Терпеть не могу, когда в текстах строят из себя крутых. Вечно про деньги да про баб.
— …
«Раз так, новый альбом Лил Ди ей тоже должен понравиться. Ведь там искренняя лирика».
Когда они подъехали к обочине возле LAX, там уже выстроилась длинная очередь. Дым от барбекю тянулся через всю дорогу.
— Ого, сколько народа!
Пак Юль встала в очередь и принялась разглядывать меню. Гон встал рядом с ней, как вдруг заметил приближающегося издалека мужчину.
«… Нова?»
* * *
— Во сколько нам в студию?
— В семь вечера. Времени ещё полно.
Нахлынул душный полуденный воздух Лос-Анджелеса – сухой зной, совсем не похожий на климат Чикаго.
Шагая по проспекту у аэропорта в тени пальм, Нова поправил солнцезащитные очки.
— Эй, это случайно не Нова?
Двое парней, ждавших шаттл на парковку, сразу его узнали.
— Вау, Нова!
— Вы прилетели из Чикаго?
Они сфотографировались обнявшись. Менеджер рядом выразительно поглядывал на часы, но Нова не спешил.
Когда фанаты ушли, в его голове снова всплыло одно имя.
«… Шотган».
Тот самый Шотган, который во время войны диссов с безумной скоростью выпускал по несколько треков в день.
«Ну, с диссой всё понятно – у неё простая структура».
Но работа над полноценным альбомом – это совершенно другой уровень. Даже если речь о рабочей демо-записи до мастеринга, всё равно нужно довести до ума бит, продумать структуру и подогнать ритм под дыхание рэпера.
… И всё это за одну неделю?
«Что же это за монстр такой?»
Он знал, что тот азиат, но его лица никто не видел. На фестивале Саундвейв тот выступал в шлеме, а на единственном снимке, гулявшем по сети, просматривался лишь силуэт сквозь густые клубы дыма.
«Он явно непрост».
Чтобы заслужить уважение банды Крипс, будучи азиатом, одного таланта мало. Наверняка из тех типов, от одного взгляда которых стынет кровь в жилах. Кренастый, крепкий, с татуировкой во всю шею…
«Чёрт, я аж нервничаю».
— Я проголодался, может, перекусим? Слышал, тут неподалёку от аэропорта есть знаменитый рынок фудтраков, который открывается по пятницам.
— О, отличная идея.
Они как раз находились рядом с аэропортом LAX. Подъехав ближе, они увидели выстроившиеся в ряд фудтраки и столбы дыма от барбекю, уходящие в небо.
«От одного запаха слюнки текут. Что бы выбрать…»
Пока Нова размышлял, его взгляд упал на азиатских брата и сестру, стоявших прямо перед ним в очереди. Парню на вид лет двадцать, в сером худи оверсайз. Девушка – похоже, школьница в форме.
— Что здесь самое вкусное? — Непринуждённо поинтересовался Нова.
Девушка вежливо ответила:
— Говорят, тут просто потрясающая грудинка.
— О, брискет? В Чикаго есть отличные барбекю-заведения, всегда хотел попробовать, как его готовят в Лос-Анджелесе.
«Чёрт возьми…»
В этот момент голова Пака Гона раскалывалась от мыслей.
«Встретить Нову именно здесь?!»
Если он сейчас признается, что он и есть Шотган, Пак Юль обо всём узнает. Этого ни в коем случае нельзя допустить!
Он не собирался специально скрываться, но сейчас у него просто не было выбора.
«Нужно притвориться незнакомцем».
Тут они случайно встретились взглядами. Нова протянул кулак для приветствия, и Пак Гон неловко ответил тем же гестом.
— Как тебя зовут?
— …Гон. Гон Пак.
— Гон Пак? Корейское имя, да?
Чуть позже Нова откусил кусочек сочной грудинки и пришёл в восторг:
— О-о, это просто отвал головы!
— Ха-ха, правда ведь?
В этот момент менеджер что-то шепнул ему на ухо. Нова кивнул:
— Нам пора в студию.
— В студию? Вы занимаетесь музыкой? — Девушка указала на наушники, висевшие у него на шее.
— Ага.
— Вау, так вы приехали сюда на запись?
— Ну да… Правда, я немного нервничаю.
— Почему?
— Да есть тут один ублюдок с паршивым характером по прозвищу Шотган.
— О, я тоже знаю Шотгана!
Почему-то у молчаливого азиатского парня уши залились краской.
— Вот как раз еду к нему на запись… Эх, хоть бы ему всё понравилось, а то опять задиссит к чертям.
Нова посмотрел на часы:
— В общем, спасибо вам! Благодаря вам мы отлично поели.
— И вам спасибо, было очень приятно пообщаться!
Попрощавшись, Нова поторопил менеджера.
— Время ещё есть, Нова. Ты серьёзно так дёргаешься из-за какого-то Шотгана? Со стороны можно подумать, будто он продюсер уровня Доктора Дре.
На счету Шотгана был пока только один трек – «DRIVE». Менеджер искренне не понимал, с чего бы Нове, обладающему солидной карьерой, так пасовать перед ним.
Но это было лишь мнение менеджера, а вот сам артист…
— Ты что, не слышал, что я сказал? — Вспылил Нова. — Опоздаем – и он накатает на меня дисс!
Парень, который в одиночку уничтожил семерых рэперов из банды Бладс! Каждый, кто смел перейти Шотгану дорогу, без исключения был разорван в клочья. И где гарантия, что опоздание не посчитают неуважением?
— …Да ну, вряд ли он станет писать дисс из-за какого-то опоздания…
— Слипнот тоже так думал. И Би-Ай-Джи тоже.
— …
— Так что погнали быстрее!
* * *
Студия Хувер Саунд.
— Йо, Нова!
К нему подошёл Лил Ди. Они встречались впервые.
— Рад знакомству, Лил Ди. Слышал, у тебя сейчас отличные времена?
— Ха-ха, до тебя мне ещё расти и расти.
В глубине студии уже находились люди. Биг Джо сидел на диване, скрестив руки на груди, а Майкл Вейн листал что-то в планшете. Звукорежиссёр проверял уровни сигнала за пультом.
«Шотгана, похоже, ещё нет».
Среди присутствовавших не было ни одного азиата.
— Тяжело пришлось, добираясь из Чикаго? — Биг Джо протянул ему руку.
Нова уважительно пожал её обеими руками. Почтение и аура, исходящие от этого человека, внушали трепет ещё во время их прошлой встречи.
— Может, пока распеваешься? Микрофон уже настроен, — Майкл Вейн указал на звукоизолированную кабину.
— Отлично.
Нова сделал глоток воды и вошёл в микрофонную будку. За стеклом просматривалась контрольная комната. Надев наушники, он встал перед микрофоном.
— Хм-хм, хм…
Он как раз напевал, разминая связки, когда в контрольную комнату кто-то вошёл.
И тут же раздалось:
— Йо, Шотган!
— Эээй! Наконец-то пришёл!
— Уоссап, ма хоми.
Настал момент поглядеть на Шотгана. Нова рефлекторно вскинул голову.
— …?
Это был тот самый парень в сером оверсайз-худи, которого он видел у фудтрака.
Вот только сейчас он выглядел совершенно иначе: в солнцезащитных очках и с абсолютно бесстрастным лицом.
«…!»
В памяти мгновенно всплыли собственные недавние слова:
«Да есть тут один ублюдок с паршивым характером по прозвищу Шотган».
«Вот как раз еду к нему на запись… Эх, хоть бы ему всё понравилось, а то опять задиссит к чертям».
Нова побелел как полотно.