Глава 675 - Божественный покемон, рождённый из злобы! Ивельтал!
Будучи Драконом среди Двенадцати Священных Зверей, с точки зрения чистого таланта он являлся абсолютным и неоспоримым «сильнейшим». Даже Тигр, с малых лет закалявшийся в непрестанных кровавых схватках, уступал ему по потенциалу.
Нынешний Дракон был сдержанным, рассудительным лидером, готовым в любой ситуации жертвовать собой ради общего блага.
Однако в далеком детстве Дракон являлся… редчайшим, законченным выродком!
По словам Верховного правителя, сила Пробуждённых, заключенная в Двенадцати Священных Зверях, напоминала двенадцать семян. И сокрытая в них мощь изначально не была строго равной. Сила Вэйян, уклонявшаяся в поддержку, уступала Тигру и уж тем более Дракону.
Энергия смерти символизировала «тёмную» изнанку мироздания, провоцируя в обладателе вспышки неукротимой ярости. Сила Пробуждённых была свободна от этого проклятия, однако сама по себе мощь… изначально несла в себе зерна жестокости. В этом плане и энергия смерти, и дар Пробуждённых были абсолютно идентичны.
И носители этих «семян» с самого детства нуждались в правильном наставничестве, дабы направить обретенную силу в созидательное русло.
В отличие от прочих Священных Зверей, имевших за спиной кланы или наставников, Дракон в момент пробуждения сил был обычным ребенком-сиротой, брошенным на произвол судьбы!
Лишенный руководства, он, обладая силой, превосходящей не только сверстников, но и взрослых мужчин, дал волю своей самой первобытной «злобе».
Эта чистая, первозданная «злоба» не была искажением, порождаемым энергией смерти. Это был чистый, незамутненный импульс сильного существа, лишенного морали: желание калечить, крушить и подчинять всё вокруг!
Если бы в его судьбу не вмешался лично Верховный правитель, юный Дракон превратился бы в кошмар для всего людского рода — по степени угрозы он превзошел бы даже Апостолов Патриарха!
И сейчас Ивельтал, сокрытый в Коконе разрушения, прельстился именно этой древней, глубоко похороненной на дне сердца Дракона «злобой». Он вознамерился не просто выпить досуха его жизнь, но и впитать эту злобу, сделав её частью собственного существа!
Когда Легендарный покемон замышлял нечто подобное, смертные были бессильны его остановить. Это был разрыв на уровне самой природы бытия, пропасть в контроле над энергией!
К тому же Ивельтал разительно отличался от новорожденного Мьюту. Он не являлся «младенцем» — это был очередной виток его вечного цикла перерождения!
И из-за этого непреодолимого барьера сил Дракон за считанные секунды оказался на грани гибели, удерживаемый в этом мире лишь последней каплей непреклонной воли. Но самым жутким было то, что эта воля оказалась отравлена пробудившейся злобой его темного прошлого, стремительно выжигавшей остатки разума!
«Дело дрянь…» — Су Бай до крови прикусил палец.
Он видел лишь визуальную картинку и не мог заглянуть в разум Дракона, но даже по внешним признакам катастрофа казалась неизбежной.
Тёмный и Призрачный типы являлись самыми коварными среди всех стихий покемонов. По сути, они представляли «тёмную» сторону энергии покемонов, хотя и не несли в себе откровенной скверны энергии смерти. Если бы Лок с детства не закалял свой дух в борьбе с извращенной аурой своей Тени, он бы тоже не смог покорить свой артефакт.
А здесь… под удар попал Дракон, сильнейший из людей, но и у него прошлые грехи вылезли наружу.
«Если так пойдет и дальше, то о Каменной плите можно забыть… Дракон сам сгинет на этом месте!» — Су Бай метался от бессилия.
Ситуация была катастрофической, но он не мог вмешаться! Запертый Арсеусом в глубинах ментального пространства, он не имел возможности отправить во внешний мир даже крошечный сигнал!
Пока Су Бай сгорал от тревоги, смеженные веки Дракона неожиданно дрогнули, и глаза медленно приоткрылись.
«А? Выстоял?!» — у Су Бая ёкнуло сердце, и он уже готов был мысленно восславить мошь Дракона, как вдруг прочёл в его взгляде абсолютную, ничем не разбавленную «злобу»!
— ГРА-А-А-АРК!!! — приклеенный к Кокону разрушения Саламенс изо всех сил повернул голову и дико, предостерегающе зарычал на своего мастера.
От человека, когда-то подчинившего его своей волей, исходила совершенно чужая, смертоносная аура!
«Его… поглотила собственная злоба?!» — сердце Су Бая ушло в пятки. Черт возьми, худшие опасения оправдались!
Что за бред?! Неужели он не прошел испытание?! Арсеус ведь не предупреждал, что проверка Легендарного покемона способна полностью разрушить разум человека!
Едва Дракон полностью открыл глаза, по поверхности Кокона разрушения прошла жуткая, заставляющая трепетать сердце трещина. Весь кокон окропился алой, сочной кровью, и наружу пробился иссиня-чёрный, острый коготь.
Затем второй, третий!
Огромный, иссиня-красный птицеподобный покемон вырвался из окровавленного кокона и замер, взирая на Дракона! На его хвосте и исполинском оперении непрестанно вспыхивали алые, опасные сполохи.
Как и предполагал Су Бай, перед ними явился воплощенный Повелитель Разрушения — Ивельтал!
«Ивельтал… явился миру. И, судя по всему, он настроен крайне враждебно?!» — Су Бай схватился за голову. Не только плиту не заполучили… так ещё и выпустили на волю этого монстра!
Арсеус не предупреждал о столь чудовищных побочных эффектах!
Будучи воплощением Разрушения, Ивельтал ни в коей мере не походил на дружелюбного к людям Феникса…
Только что вылупившийся из кокона Ивельтал испытывал лютый, неутолимый голод. А по имеющимся данным… единственной пищей для Ивельтала являлась сама Жизнь! Он был способен безжалостно высосать все живое вокруг, лишь бы вернуть себе пиковую форму!
И сейчас, глядя на Дракона, переполненного пробужденной злобой, Ивельтал лишь хищно и оскалился!
Хотя охрана Каменной плиты являлась волей Арсеуса, выбор «якоря» оставался на усмотрение самого покемона. И если в любой команде неизбежно находились бунтари… то Ивельтал являлся самым отпетым паршивым овцом среди всех божеств!
Для него человек, способный сломаться под давлением собственной «злобы», был недостоин стать его якорем!
Эта тварь, рождённая из тёмных глубин бытия, даже при выборе спутника руководствовалась исключительно чистой «злобой»!
За спиной Ивельтала неторопливо и плавно парила Каменная плита. Покемон с явным раздражением оглянулся на артефакт, качнул головой и приготовился взмыть в небеса.
Его задача была окончена… Эта плита являлась поручением Арсеуса, но в то же время служила для него обузой. Раз «якорь» не выдержал его силы, к чему медлить?