Глава 217: «Когда гниет корень, кто это увидит?»
Покончив с делами здесь, Кеичи приказал ниндзя из АНБУ доставить отчет Минато, который все еще находился в Деревне Скрытого Дождя.
Судьба Намикадзе Минато и впрямь была незавидной.
С самого окончания войны он почти не отдыхал: то бесконечные миссии, то обязанности телохранителя, а теперь и вовсе пришлось подменять Кеичи, взяв на себя роль учителя.
Более того, его не покидали мысли о положении дел в самой деревне.
Поимка Данзо – дело серьезное. Кто знает, какую бурю это может поднять? Минато тихо вздохнул, не в силах сдержать нахлынувшую тревогу.
— Учитель, вы в последнее время стали вздыхать намного чаще, — заметил кто-то из учеников.
— Да, есть такое, — отозвался он.
Какаши лишь промолчал. Он прекрасно понимал, что товарищи знают: перед ними вовсе не учитель Кеичи. «Эти двое просто невыносимы, – подумал он про себя. – …Пользуются тем, что у учителя Минато слишком добрый нрав». Впрочем, стоило признать: без присмотра Кеичи все немного расслабились, и он сам не был исключением.
Минато не стал им отвечать. Бог весть, какой хаос сейчас творится в Конохе, и совершенно неясно, когда они смогут вернуться.
— Эх! — Сорвалось у него с губ.
Не стоило тогда соглашаться на это задание. Не взял бы он его – Канда Кеичи не смог бы так ловко использовать его в своих многоходовых схемах, и не пришлось бы коротать дни вдали от Кушины. Она наверняка в ярости… Впрочем, о чем он только думает!
Минато встряхнулся, возвращая себе былую бодрость, и посмотрел на Шисуи и остальных:
— Вам что, заняться нечем? А ну-ка, живо сто кругов по округе. Покажите пример местным генинам, пусть знают, на что способны шиноби Листа.
— А?
— Хм?
— Слушаемся! — Хором ответили ученики.
После короткой перепалки троица отправилась на пробежку. Настроение Минато заметно улучшилось. «Так вот каково это – быть эксплуататором? А мне начинает нравиться».
Не успел он погрузиться в эти мысли, как перед ним возникла стремительная фигура.
Ниндзя из АНБУ?
— Господин, это донесение для вас, доставленное ниндзя-ястребом.
— Благодарю.
Едва услышав об отправителе, Минато понял: Кеичи закончил со своими делами. Он развернул свиток, и первые же строки заставили его брови взлететь вверх от удивления.
В клане Учиха произошел внутренний конфликт! И это было не всё. За кулисами этого столкновения скрывались силы из других деревень, тайно подталкивавшие события. Даже Кеичи не смог распознать личность врага или хотя бы его облик – известно было лишь то, что противник мастерски владеет Стихией Земли. Тело, невосприимчивое к точечным атакам… Поистине пугающий враг.
Минато читал дальше. Последующие новости уже не так сильно поднимали давление.
Неужели Кеичи и впрямь схватил Данзо и отправил его в тюрьму АНБУ для допроса? Поразительно!
— Похоже, через несколько дней я смогу забрать ребят и вернуться домой, — пробормотал он с облегчением.
… Ниндзя-ястреб летел быстро. По расчетам Кеичи, самое позднее к сегодняшнему вечеру Минато получит известия через оперативников АНБУ, находящихся близ Деревни Скрытого Дождя.
Наверняка он тоже выдохнул. В последнее время Минато действительно пришлось несладко, так что по возвращении Кеичи твердо решил дать ему заслуженный отпуск. Сказано – сделано!
«По крайней мере, я на это надеюсь», – добавил Кеичи про себя.
Ничего не поделаешь, во всей Конохе сейчас только Минато владел Летящим Богом Грома, и без него многие задачи оставались невыполнимыми. И все же Кеичи не был чудовищем и собирался по возможности избавить друга от миссий. В крайнем случае, он просто поручит ему тренировать группу шиноби, у которых есть хоть какой-то талант к пространственно-временным ниндзюцу.
Например… ту троицу, в которую входил Ширануи Генма, и, пожалуй, Обито.
У Обито определенно был дар к таким техникам. Хотя способности его глаз напрямую зависели от желаний сердца, без врожденной предрасположенности он бы их не пробудил. Взять хотя бы Шисуи: его стремление изменить судьбу клана в сочетании с мастерством в гендзюцу привело к пробуждению Котоамацуками.
У Обито талант был бесспорный. Единственная проблема заключалась в том, что этот парень был слишком прост. Хватит ли его «объема памяти» для столь сложного ниндзюцу, требующего колоссальных теоретических знаний? Это оставалось под вопросом.
Поразмыслив, Кеичи решил, что об этом пока не стоит беспокоиться. В любом случае, Генма и двое его товарищей справятся. Техника Формации Летящего Бога Грома! Впрочем, по прикидкам Кеичи, эта формация по своей сути уже не являлась классическим Летящим Богом Грома – она была куда ближе к барьерным техникам.
Приведя в порядок планы на будущее касательно Минато, Кеичи вновь сосредоточился на деле Данзо.
Из памяти пленного удалось выудить немало. Среди прочего Третьего Хокаге особенно привели в ярость тайные сделки с другими деревнями, о которых Хирузен даже не подозревал. И это была лишь малая, не самая важная часть воспоминаний. Сколько же еще секретов этот человек скрывал от него?
Просмотрев отчет, Хирузен больше не желал знать о судьбе Данзо. Тот заслужил свою участь. Если его решат казнить на глазах у всех, ему нечего будет возразить. Вернувшись домой и все обдумав, Сарутоби тем же вечером послал человека к Кеичи с просьбой не принимать во внимание его старые чувства к другу.
Более того, он сам выйдет на помост и публично признает свои ошибки. Раньше Третий полагал, что под его началом Коноха процветает, но, столкнувшись с горой грязных дел Данзо, он осознал, как глубоко заблуждался. Он взрастил опухоль. Если бы не решительные действия Кеичи, неизвестно, до каких масштабов разросся бы этот яд.
Корень Конохи… Ха. Когда гниет корень, кто это увидит?
Он, Третий Хокаге Сарутоби Хирузен, должен был видеть. Но он ничего не сделал, даже не подозревая, сколько интриг плел Данзо за его спиной. Он тяжело вздохнул:
— На мне лежит тяжкая вина!
— Не бери в голову, ложись спать, — донесся из спальни голос жены. — Асума опять весь день не в духе…
— Да не обращай внимания. Мальчишка просто злится на самого себя из-за того, что Кеичи не взял его с собой на задание, — Хирузен покачал головой.
Асума был еще слишком юн и неопытен. Кеичи ведь отправился вовсе не на обычную миссию – он увел из деревни Шисуи, чье присутствие стало опасным, а Какаши взял попутно, чтобы «подлечить» его душевные раны. Что же до Юхи Куренай, то здесь в игру вступал баланс сил в отряде. Три бойца прорыва в одной команде – это совершенно не в стиле Кеичи, так что Асуме вполне логично не нашлось места. Если парень не может понять таких простых вещей, то он и звания чунина не заслуживает.
… На следующий день на доске объявлений у Башни Хокаге появилось извещение, вызвавшее в деревне настоящий шок.
«Джонин Конохи Шимура Данзо в нарушение устава самовольно создал организацию Корень, тайно попирал многочисленные законы деревни, поддерживал запрещенные эксперименты и причинял вред жителям Страны Огня… Учитывая совокупность преступлений, не заслуживающих прощения, сегодня в полдень перед Башней Хокаге состоится публичный суд».
Публичный суд? Жители замерли в оцепенении, которое быстро сменилось волнением. Данзо. Глава Корня, один из влиятельнейших людей Конохи, на которого многие таили обиду, но боялись высказаться вслух. И вот теперь, едва Четвертая вступила в должность, она сразу решилась на открытый суд над ним?
Это… это дело принимало небывалый оборот!
— Не слишком ли они рискуют? Это же подливание масла в огонь, — недоумевал Юхи Шинко.
Он поспешил в Башню Хокаге, чтобы обсудить это с Цунаде или Кеичи, но тут же вспомнил, что Кеичи на задании, а Цунаде настолько занята, что ее просто нет в кабинете. Шинко ничего не оставалось, кроме как стоять внизу и смотреть на объявление в глубокой задумчивости. Он не двигался с места, пока время не приблизилось к полудню.
Толпа росла. Группы ниндзя из АНБУ начали выстраивать оцепление, поддерживая порядок.
Похоже, оставалось только ждать. Шинко вздохнул и приготовился наблюдать за продолжением истории.
Вскоре на балконе Башни Хокаге одновременно появились Цунаде и Третий Хокаге. В то же время из дверей первого этажа вышел ниндзя в маске Тигра, конвоировавший Данзо, чье тело было покрыто многочисленными печатями запечатывания.
К этому моменту Данзо уже пришел в сознание. Хотя оковы не позволяли ему шевельнуться, он мог вращать головой и глазами. Сейчас он молчал, но позже ему дадут слово.
Пока его вели, он сверлил взглядом сельчан, и те в страхе отводили глаза, стараясь держаться подальше. Кеичи не мешал ему. Это был его последний путь – почему бы не позволить напоследок показать свой гонор? В этом не было ничего зазорного. Что же до попыток запугать жителей… Пусть пробует. Когда будут оглашены доказательства, любые оправдания станут тщетными.
Единственной проблемой оставался Орочимару. В отчаянии Данзо наверняка попытается утянуть его за собой, и причастность Орочимару станет очевидной. Но если сам Орочимару не беспокоился об этом, то Кеичи и подавно. Жизнь того сейчас и так немногим отличалась от заключения.
Однако он находил в этом удовольствие, ведь он сам «заключил» себя в стенах лабораторий. В научно-исследовательском институте ему было позволено изучать всё, что не выходило за рамки установленных правил, а деревня даже снабжала его ресурсами. А то, что в правила не вписывалось… Что ж, всегда можно было начать с чего-то близкого к теме. Это была уловка Кеичи, и Орочимару усвоил ее на отлично.
Например, сейчас он занимался Стихией Дерева, но одновременно подал заявку на изучение Режима Мудреца – ведь в свое время Сенджу Хаширама был силен не только своей стихией, но и Телом Мудреца. Обладать таким режимом мечтали многие, включая самого Орочимару. К тому же он сам был связан контрактом с одной из трех великих священных земель – Пещерой Рьючи – и прекрасно знал, что обитающая там змея живет уже бесконечно долго. Возможно, Режим Мудреца был путем к вечной жизни.
И это можно было исследовать легально. Пока дело не касалось экспериментов на людях, ресурсы и помощь, предоставляемые деревней, давали Орочимару ощущение небывалого комфорта. Что касается материалов для опытов, Кеичи, наложив вето на человеческие жертвы, разрешил использование искусственно выращенных ниндзя-животных. Эффект от них, конечно, сильно отличался от опытов над шиноби, но это было лучше, чем ничего.
В целом Орочимару был вполне доволен институтом. Пока ему не мешали проводить исследования и подбрасывали новые задачи, он был готов оставаться там хоть всю жизнь. Так что пустые угрозы Данзо его совершенно не пугали. Ему было плевать на мнение толпы, а идею публичной казни Данзо он поддерживал обеими руками.
— Граждане! — Начал Кеичи, обращаясь к собравшимся. — Недавно в клане Учиха произошли печальные события, но еще большую скорбь у госпожи Хокаге вызывает деятельность руководителя учебного подразделения АНБУ, Шимуры Данзо.
— Игнорируя запреты, он тайно подстрекал и финансировал возобновление экспериментов по пересадке клеток Первого Хокаге, стремясь завладеть секретными техниками и геномными пределами различных кланов. Все эти годы, стремясь увеличить число членов своего Корня, он принуждал множество мирных жителей и сирот участвовать в тренировках, жертвы среди которых не поддаются исчислению.
С этими словами Кеичи подал знак, и бойцы АНБУ вывели нескольких человек. Впереди шел Дзюцу – тот самый мальчик, которому суждено было стать Ямато. За ним следовали дети-сироты из числа тех, кого недавно нашли в убежищах; все они до последнего пытались сопротивляться отрядам АНБУ в базе Корня, искренне веря, что это лишь часть сурового экзамена.
Кеичи подробно, до мельчайших деталей, изложил весь процесс «обучения».
На площади воцарилась мертвая тишина. Люди знали, что Данзо не отличается добротой, но никто не ожидал, что он действует настолько жестоко. По сравнению с этим эксперименты над парой десятков человек казались каплей в море. Сколько же судеб перемолол его Корень? Сотни? Тысячи?
Толпу захлестнул праведный гнев, многие были готовы разорвать Данзо на куски. А спрятавшийся в тени Шимура Кохей лишь облегченно перевел дух. Как хорошо, что он успел вовремя сойти с этого поезда. Иначе сегодня клану Шимура пришлось бы разделить участь своего лидера и отправиться вслед за ним в могилу.