Глава 78. Лобовое столкновение
Внутри допросной уже ждали Сяо Бин и Гром. Они хранили молчание, словно хищники перед прыжком, когда Халей ввел Тань Сяолинь в комнату.
Тань Сяолинь затравленно огляделась. Когда её взгляд упал на массивное металлическое кресло, к которому был подведен странный шлем с кучей проводов, она мертвенно побледнела. Ей уже доводилось видеть записи подобных допросов, и она прекрасно понимала предназначение этого устройства. Но одно дело — видеть это на экране, и совсем другое — оказаться в нем самой. Сердце зашлось в бешеном ритме. Сможет ли она выдержать?
— О, я вижу, ты у нас образованная. Узнала аппаратуру? — Гром заметил, как изменилось её лицо. — Не волнуйся, ты получишь от этого «удовольствие» в полном объеме. Садись.
Тань Сяолинь была не из тех, кто добровольно идет на заклание. Она попятилась, лихорадочно соображая, есть ли путь к бегству. Гром недовольно нахмурился. В два счета он оказался рядом, мертвой хваткой вцепился в её плечи и буквально впечатал девушку в холодное сиденье.
Секунда — и на её голове защелкнулся шлем, а запястья и лодыжки стянули широкие ремни.
— Ты же знаешь правила, — Гром затягивал фиксаторы так туго, что металл впивался в кожу. — Если начнешь лгать, машина это почувствует.
— Это произвол! — Тань Сяолинь дернулась в путах, пытаясь воззвать к логике. — В нашей стране показания детектора лжи не признаются судом!
Гром выпрямился и одарил её короткой, лишенной тепла улыбкой.
— Ты права. Наше государство их не признает. Но враг — признает. А мы сейчас для вас — самые настоящие враги.
Эти слова прозвучали как окончательный приговор. Тань Сяолинь поняла: взывать к гуманности бесполезно. Впереди её ждало нечто за гранью человеческого понимания. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в коленях и собрать остатки воли.
— Ну, давай! Начинай! — выкрикнула она, глядя Грому прямо в глаза.
Тот перевел взгляд на Сяо Бина, ожидая приказа. Главный инструктор едва заметно кивнул. Получив добро, Гром взял со стола флакон с прозрачной жидкостью и закрепил его на штативе рядом с креслом. Тань Сяолинь с ужасом наблюдала, как капля за каплей раствор начинает бежать по трубке. Когда Гром взял иглу, чтобы ввести её в вену, она сорвалась на крик:
— Что это?! Что вы собираетесь мне вколоть?!
— Обычная глюкоза, — не поднимая головы, ответил Гром, ловким движением вводя иглу. — Чтобы ты раньше времени не потеряла сознание от усталости.
Тань Сяолинь на мгновение выдохнула. Глюкоза — это не сыворотка правды и не яд. Уже легче. Гром выпрямился и заглянул ей в зрачки.
— Сейчас я буду задавать вопросы. Твои ответы должны быть только «да» или «нет». Поняла?
Игра началась. Гром заговорил вкрадчиво, почти шепотом, но Тань Сяолинь была начеку.
— Ты и не надейся выудить из меня хоть слово, — отрезала она.
Гром лишь снисходительно покачал головой.
— Первый вопрос: ты являешься военнослужащим армии страны Дракона?
Тань Сяолинь промолчала, демонстративно отвернувшись.
— На тебе военная форма, — тон Грома мгновенно стал стальным. — Повторяю: ты военнослужащий страны Дракона?
— Да, — небрежно бросила она. Этот вопрос был формальностью, скрывать очевидное не имело смысла.
Гром бросил взгляд на Халея, который сидел за монитором детектора.
— Правда, — коротко отрапортовал тот, сверяясь с графиками.
Гром удовлетворенно кивнул и продолжил:
— Ты входишь в состав группы подготовки спецподразделения «Огненный Феникс»?
Вот оно. Начались вопросы по существу. Тань Сяолинь понимала, что теперь каждое слово имеет вес.
— Нет! — солгала она, надеясь сбить их с толку.
— Ложь! — тут же отозвался Халей.
Гром усмехнулся. Детектор работал безупречно. Тань Сяолинь почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она всегда скептически относилась к полиграфам, считая, что их можно обмануть самоконтролем, но здесь, под давлением шлема и проводов, всё было иначе.
— Видишь? Я и так знаю, что ты из «Фениксов». Врать бесполезно, — Гром подался вперед, сокращая дистанцию до минимума. — Следующий вопрос: ты являешься командиром этой группы?
— Я ничего не скажу. Можешь даже не тратить время, — Тань Сяолинь решила сменить тактику и просто замолчала, надеясь, что её упорство заставит их отступить.
Гром нахмурился, его лицо потемнело от гнева. Он надеялся на более тонкую игру, но Тань Сяолинь выбрала путь лобового столкновения.
— На твоем месте я бы этого не делал. У врага есть тысячи способов развязать тебе язык, и поверь, молчание лишь сделает твою участь более мучительной.
Тань Сяолинь либо не поняла предупреждения, либо намеренно проигнорировала его. Её захлестнула волна истерического мужества.
— Ну так давай! Что там у тебя? Пытки? Применяй! — закричала она, срываясь на хрип. — Не верю, что вы рискнете меня убить!
Гром понял её расчет. Она знала, что это всего лишь учения, и эта мысль служила ей щитом.
— Ты строишь свою защиту на том, что это игра, — холодно произнес он.
— Именно! Я знаю, что это маскарад! И я знаю, что вы боитесь за мою жизнь больше, чем я сама. Если со мной что-то случится, вам всем несдобровать! — Тань Сяолинь больше не скрывала своего торжества. Она была уверена, что нашла их слабое место.