Глава 46
— Хечжин! Говорите, чуть больше повернувшись сюда! Лица не видно.
Начались полноценные репетиции на сцене.
В процессе мы буквально разбирали сценарий по косточкам, анализируя его со всех сторон.
Читка сценария была само собой разумеющимся этапом.
Примерно шесть недель репетиций были направлены на то, чтобы «сыграть спектакль без ошибок».
Идеальное выступление.
Это было основное требование к качеству такого продукта, как театральная постановка.
— Соён.
— Да.
Помощник режиссёра Ким Чонун потёр подбородок, глядя на стоящую перед ним девушку.
Обычно в театре руководство актёрской игрой полностью ложится на плечи помощника режиссёра. Ким Чонун повидал множество актёров, но Соён среди них была особенной.
Гениальная девочка-актриса Чу Соён.
Её реальные способности намного превзошли то, что Ким Чонун о ней знал.
В основном, в хорошем смысле.
— Пока ещё чувствуется влияние игры в дорамах, но эмоциональную линию ты держишь отлично.
— А, спасибо.
— Но было бы хорошо поработать над передвижениями по сцене. Взгляд и жесты у тебя действительно хороши.
— Передвижениями? А где именно… — спросила я, недоумевая, где именно мои перемещения были неудачными.
— Вот тут есть часть, где ты произносишь монолог, глядя на Сим Чонсока? Попробуй здесь больше перемещаться поперёк сцены.
— Но это же монолог, не будут ли передвижения слишком широкими?
— Зато эмоции будут выглядеть более бурными. И ещё, попробуй произносить монолог так, будто разговариваешь со зрителями.
Будто разговариваешь со зрителями. Услышав это, Соён кивнула.
‘Она поняла?’
Такие вещи не всегда можно понять сразу, просто услышав объяснение. Даже для Соён это…
— Окей! Давайте попробуем.
После слов Ким Чонуна к нам подошёл Сим Чонсок.
— Итак, начнём.
Услышав его слова, Соён спокойно сосредоточилась.
Хон Чжонхи — девушка, преследующая айдола Пэ Сонхака.
Прочитав поверхностные эмоции персонажа, она выдохнула.
‘…Каждый раз поражаюсь’.
Метод Станиславского (прим.: в оригинале 메소드 연기 — Method acting, актёрская техника, часто ассоциируемая со школой Станиславского).
Есть такое понятие, но то, что делала сейчас Соён, было иным.
В её игре тонко ощущалось присутствие самой «Соён».
Когда я спросила её об этом, она ответила:
— Сейчас же репетиция.
На прогонах постараюсь сыграть более полноценно, — добавила Соён.
‘Насколько же «полноценно» она может сыграть?’
Давно, в той дораме, я видел её игру. Недавно Ким Чонун пересмотрел ту дораму. Это была слишком эмоционально насыщенная игра для ребёнка. Вероятно, это и было главным достоинством Соён.
Но, как ни парадоксально, в театре такая эмоциональная игра не всегда является сильной стороной. Эмоциональная игра Соён была очень тонкой, и её истинная ценность раскрывалась лишь при крупном плане, но в театре зрители не могли уловить все эти нюансы. В зависимости от места в зале, что-то могло быть вообще не видно, и передать такие тонкие эмоции было на удивление сложно.
Поэтому важны были жесты и передвижения по сцене, чтобы выразить эти эмоции. Но эти два аспекта противоречили методу. Если полностью погрузиться в персонажа, жесты и движения неизбежно могут стать несколько неловкими. В конечном счёте, определённая доля «театральной техники» была необходима.
Репетиции Соён были процессом максимально естественного вплетения этой техники в её игру.
— Не могу поверить. Ну почему! Почему оппа (прим.: кор. 오빠 — обращение девушки к старшему брату или парню) встречается с такой девчонкой?!
Реплика Соён, обращённая к зрительному залу, прозвучала отчётливо.
Ким Чонун, слушая её из зала, наблюдал за естественными перемещениями Соён. Она двигалась именно так, как он просил. Монолог тоже был произнесён с ощущением диалога со зрителями — очень удачно.
— Ну как?
— Очень хорошо.
Ким Чонун показал большой палец Соён, вернувшейся после сцены.
Наблюдать за талантливым актёром — одно удовольствие.
Однако…
‘Что-то неуловимо цепляет’.
Ким Чонун немного поколебался, стоит ли говорить об этом. На самом деле, даже если промолчать, большой проблемы не будет. Более того, в таком виде игра тоже казалась вполне завершённой.
— Сначала мне нужно посмотреть других актёров, так что пока немного отдохни.
— Хорошо.
Услышав слова помощника режиссёра, Соён незаметно отошла в сторону.
‘Что-то было не так?’
Реакция Ким Чонуна была странной. Но если бы что-то было не так, он бы сказал об этом первым.
…
Немного подумав, Соён подошла к Сим Чонсоку. Он тоже был на сцене во время её игры.
— А, это? — сказал он так, будто сразу понял, о чём речь. — Проблемы нет, но ощущение, что она есть.
— Что ты имеешь в виду?
В ответ на вопрос Соён Сим Чонсок сел на стул и закинул ногу на ногу. Затем он большими пальцами потёр виски, обдумывая, как бы лучше выразиться.
— Не хватает любви.
— …Что?
— Подумай хорошенько. Почему Хон Чжонхи преследует Пэ Сонхака.
— А.
Только теперь Соён поняла, что он имел в виду.
— Мрачность, комплекс неполноценности и презрение к Сон Минсо. Это всё ты показываешь очень хорошо. Но вот любовного чувства к Пэ Сонхаку почти не ощущается.
— Поня-ятно.
— Но, честно говоря, я не считаю, что в этом спектакле это обязательно нужно. Если неумело пытаться охватить слишком многое, можно в итоге не добиться ни того, ни другого.
Лучше сделать акцент только на тёмных эмоциях, которые Соён сейчас изображает. Вот что говорил Сим Чонсок. А может, это было просто мнение в духе: «Ты и так достаточно хорошо справляешься». Ощущение было иным, чем во время той его провокации.
— …Чего зыришь.
— Я не зырила. У меня просто глаза такие.
— Неправда.
— Правда.
Сим Чонсок усмехнулся, глядя на упрямящуюся Соён.
— В общем, этого достаточно, так что не парься.
Этого достаточно. Это была правда, но Соён почему-то задело самолюбие. Особенно неприятно было то, что в его словах, нехарактерно для Сим Чонсока, чувствовалась забота.
‘Но…’
Играть любовь, значит.
Тьфу. Соён прикусила нижнюю губу.
Вообще-то, он прав.
Она и сама неосознанно исключила это чувство.
‘Я и сама это немного чувствовала’.
Играть любовь — неотъемлемая часть актёрской работы и в дорамах, и в фильмах. Избежать этого, даже если очень хочется, невозможно. Для роли Хон Чжонхи недостаток этого чувства был допустим, но кто сказал, что так будет и в следующих ролях?
‘Надо будет… подумать’.
Для неё, с её размытой границей между мужским и женским, эта задача была ещё сложнее.
Играть влечение к другому человеку.
Для Соён, чьей сильной стороной была актёрская техника метода, это была проблема, которую не обойти.
Старшая школа Ёнхва в Сеуле.
Школа, известная своим современным зданием и красивой формой, которую чаще выбирали старшеклассники, склонные к искусству и спорту, а не к углублённой учёбе.
Театральный кружок здесь был на довольно высоком уровне: в нём состояла действующая актриса, а также было много тех, кто только стремился стать актёром.
— Чжиён! Ох, наша актриса!
Руководитель театрального кружка, учительница Сон Даён, подпорхнула к Ли Чжиён как бабочка и крепко схватила её за руку.
— …Что случилось?
— Ой, ну что ты так холодно.
Чжиён нахмурилась.
Она попросила её зайти в театральный кружок после долгого перерыва, и вот что её ждало сразу по приходе.
‘Явно у неё какая-то просьба’.
Так обычно и думаешь в таких случаях.
Прочитав выражение лица Чжиён, учительница Сон Даён кашлянула и продолжила:
— Для тебя тоже хорошая новость. Знаешь такую передачу — «Вспоминая прошлое!»?
— Не знаю.
— …Да, ладно, откуда тебе знать.
Настолько непопулярная передача?
Это вообще нормально? — мелькнула мысль.
— Так вот, её будут снимать в нашей школе. А что это за передача…
Учительница Сон Даён подробно пересказала Чжиён то, что услышала на педсовете.
Другие ученики из театрального кружка с живым интересом подслушивали их разговор.
— Воссоздание «Луны, скрывающей солнце»?
— Именно!
— Но какое это имеет ко мне отношение…
— Что значит «какое»? Конечно же, мы бы хотели, чтобы ты сыграла роль принцессы Ёнхвы!
Сказав это, Сон Даён посмотрела на других учеников, и те, хоть и с сожалением, кивнули.
В театральном кружке Ли Чжиён была лучшей и по достижениям, и по актёрскому мастерству. Да и внешность у неё была выдающаяся.
— Принцессу Ёнхву?
Однако лицо Чжиён приняло странное выражение.
Уж больно знакомая роль.
‘Пак Чону тоже приедет?’
Если это правда, то в интернете поднимется настоящий шум.
К тому же, и школа называется «Ёнхва».
Просто идеальное совпадение, ниспосланное небесами.
‘В общих чертах, нужно воссоздать 8-ю серию оригинала’.
А о чём была 8-я серия? О воссоединении.
Именно в 8-й серии повзрослевший Юн Соиль и повзрослевшая Ли Хеволь снова встречаются.
Рейтинги тогда, конечно, взлетели до небес, и серия получила много положительных отзывов, но…
‘Было и много критики’.
Именно в то время актриса Ха Есо, игравшая повзрослевшую принцессу Ёнхву, подвергалась резкой критике.
Говорили, что взрослая принцесса Ёнхва не так харизматична, как ребёнок-актёр.
Что она как-то не подходит на эту роль.
Эта оценка не изменилась и по сей день, и сама Ха Есо часто вспоминала те времена.
Говорила, что было нелегко из-за сравнений с ребёнком-актёром.
— Тогда я согласна.
— Правда?
— Но можно я тогда приведу кого-нибудь из своего агентства? Хочется, чтобы макияж был сделан как следует.
— Ой, ну конечно, можно!
Чжиён кивнула.
И слегка улыбнулась.
Потому что ей в голову пришла ещё одна забавная мысль.
Большой фургон ехал по дороге.
Внутри сидел мужчина в повседневной одежде с повязкой на глазах и закрытыми глазами.
— Чону, мы уже почти приехали, давай потихоньку просыпайся.
— …
Лень.
Это была первая мысль, пришедшая в голову Пак Чону.
Изначально эти съёмки его не интересовали, но…
— Пожалуйста, ну пожалуйста, помоги хоть раз! Ты не представляешь, сколько я об этом трепался!
Просьба знакомого, с которым он совершенно случайно познакомился на предыдущих съёмках.
К тому же, это совпало с его периодом отдыха, поэтому он решил в виде исключения помочь.
— В передаче «Вспоминая прошлое!» в этот раз будут и дорама, и развлекательное шоу, верно?
— Верно. Раз уж ты приехал в качестве гостя, было бы странно ограничиться чем-то одним.
— Ха-а, да кто я такой.
— Что значит «кто»? Ты же Пак Чону.
Самый популярный актёр на данный момент.
Следующий фильм, в котором он будет сниматься, уже утверждён.
Более того — главная роль.
Фильм с большим бюджетом и хорошим режиссёром.
Его жизнь — это гладкая дорога без единого препятствия, так считали все.
— И вот теперь «Луна, скрывающая солнце»… может, эта передача потому и не пошла?
— Ну не говори так. Для тебя ведь это тоже довольно значимая роль.
— …Это да.
Услышав слова своего менеджера Ха Хёнхвана, с которым работал уже пять лет, Пак Чону кивнул.
Значимая роль.
‘Интересно, что она сейчас делает?’
За всю актёрскую карьеру Пак Чону было не так уж много моментов, которые бы его сильно потрясли.
Девочка, которую он встретил на съёмках «Луны, скрывающей солнце», до сих пор чётко отпечаталась в его памяти.
И её игра.
И её уход из профессии.
В его памяти всплыл образ плачущей девочки на церемонии награждения.
Безэмоциональный, скучный ребёнок.
Девочка, которая впервые разрушила его гордость как ребёнка-актёра.
И то, как эта девочка плакала, глядя на всех.
И как улыбалась — всё это он помнил отчётливо.
Иногда Пак Чону думал.
Может, стоило тогда попробовать уговорить её продолжить играть?
Может, стоило сказать, что жаль вот так бросать всё?
Если бы тогда…
‘Всё это в прошлом’.
Пока он об этом думал, фургон остановился.
Он почувствовал на себе взгляд обернувшегося менеджера.
— Чону.
Стерев из памяти видение той девочки… он медленно открыл дверь фургона.
И в тот же миг…
…воздух взорвался от криков множества учеников.