Глава 479 - Трое трудяг (56)
Меньше чем за десяток ударов сердца кулаки марионетки молотили без передышки, пока под ними не образовалась внушительная воронка.
Несмотря на колоссальные разрушения, ни Чэнь Юй, ни Ван Чуюнь не испытывали угрызений совести.
В конце концов, перед ними был сам Учитель Чжао!
Человек с непостижимой техникой боя, мастерски владевший любыми боевыми искусствами, для которого само понятие «предела» отсутствовало как класс — неужели такого монстра можно было вырубить с полтычка?
Разумеется, нет.
На дне воронки Чжао Цзыри скрестил руки у головы, применив боевую технику «Непоколебимая гора», погасившую львиную долю кинетической энергии ударов.
Этот приём сочетал в себе методики Гашения Силы, блокирования и перенаправления импульсов, пропуская их через закалённую годами тренировок плоть до достижения абсолютной непробиваемости.
Но бронескафандр восьмой модели относился к числу передовых разработок, и сколько бы ни тренировался заклинатель стадии Конденсации Ци, полностью нивелировать его мощь было невозможно.
Просканировав противника армией мини-дронов, Чэнь Юй с изумлением обнаружил, что физические параметры учителя давно перешагнули порог стадии Конденсации Ци, вплотную приблизившись к показателям мастеров Закладки Фундамента.
— Чудеса в решете!
Не имея ни семян Дао, ни следов цивилизованного прорыва, Чжао Цзыри обладал телом, чья прочность не поддавалась никакой логике.
Учитель Чжао тоже читерил!
Убедившись в этом, Чэнь Юй перестал сдерживаться. Шквал ударов обрушился на застрявшего в яме человека с удесятерённой силой.
Слепящая карусель атак не давала опомниться; Чэнь Юй выжимал из марионетки последние соки, разгоняя её мощности до предела.
Наконец, когда силовой агрегат бронескафандра взвыл на предельных оборотах и затих, Чжао Цзыри неторопливо стёр кровь с уголков губ и довольно хмыкнул:
— Недурно, недурно. Настоящий мой ученик — кулак что надо.
— Учитель Чжао, вы в своём уме? — хмуро уточнил Чэнь Юй, выглядывая из люка.
— Ась? Да, в своём. Хотел было подтянуть хвосты этим оболтусам, но собственная жадность сыграла со мной злую шутку.
— Вы уверены? Тут вокруг столько хороших и не очень полей, какую обрабатывать планируете?
Учитель Чжао презрительно фыркнул:
— Разумеется, хорошую.
— Ошибаетесь. Сейчас не время для полевых работ, вам положено детей учить. Чжао Цзыри, лови ещё разок!
Отпрыгнув в сторону, Учитель Чжао ловко приземлился прямо на кулак бронескафандра и миролюбиво замахал руками:
— Всё, всё, хорош! Я в полном порядке. Будь во мне хоть каплю скверны, лежал бы сейчас смирно и ждал продолжения порки.
— Ну ладно поверим. Но всё же, Учитель Чжао, что за фокусы с вашим телом?
— Заметил? Это плод закалки духа и плоти, моя секретная разработка, почерпнутая из древних манускриптов. Позже поделюсь!
— Не надо, Учитель Чжао, умоляю!
Судя по одному только названию, методика обещала новые ментальные травмы, после которых позитивные эмоции окончательно покинут этот мир.
Но учитель уже отмахнулся:
— Вы пока переведите дух, а я пойду выковыривать остальных преподавателей.
— Понял. Только постарайтесь не забить кого насмерть, Учитель Чжао.
— Не впервой.
Развернувшись, учитель зашагал по территории школы, и вскоре из разных углов донеслись сочные шлепки и вопли отборного мата.
Не прошло и получаса, как свыше десятка преподавателей с отчётливыми багровыми следами на лицах собрались у главного корпуса, угрюмо глядя в землю.
Среди пострадавших Чэнь Юй разглядел Чжун Чжэна и Бай Буюй — оба яростнотёрли ушибленные щеки, храня мрачное молчание.
Пересчитав синяки и убедившись, что все на месте, Учитель Чжао взмахнул рукой:
— Детвору пока оставим здесь, а сами выдвигаемся в Старшую школу нравственной культивации. Там высокая плотность духовной энергии, это поможет стабилизировать наши ядра Дао и больше не цеплять заразу.
Конвоируемые преподавателями, Чэнь Юй и Ван Чуюнь двинулись вглубь заснеженного учебного заведения. Концентрация ци здесь и впрямь оставалась на привычно высоком уровне.
Внутренние контуры зашевелились, втягивая потоки духовных сил; меридианы очищали разум, возвращая способность здраво мыслить.
Хотя большая часть учеников покинула школу ранее, основные корпуса устояли.
Правда, архитектурная планировка школы с её концепцией рыб Инь-Ян образовывала естественный защитный массив, который резал влияние бедствия на корню.
Почти все присутствующие были преподавателями — исключение составляли лишь теробороновцы в лице Чэнь Юя и Ван Чуюнь.
Убедившись, что паника никому не грозит, Учитель Чжао взял слово:
— Уважаемые коллеги, заезд по физиономии каждому из вас был мерой вынужденной, прошу великодушно простить.
— Пустяки, я при первой возможности отыграюсь, — злобно зыркнув на зачинщика, прошипела Бай Буюй.
— Вот и отлично, не сомневаюсь в вашей педагогической гибкости, коллега. Для начала давайте скажем спасибо товарищам Чэнь Юю и Ван Чуюнь: если бы они не полезли в самое пекло за нами, мы бы так и сгнили в иллюзиях.
— Мы бы умерли? — поднял руку Чэнь Юй.
— Нет, нас бы перепрошили в фанатиков этого Владыки, — потирая щеку, буркнул Чжун Чжэн. — Падшие божества не признаются официальными структурами, так что мы бы автоматически стали сектантами. А провинция Чаншэн тут же объявила бы нас еретиками-культиваторами, сравняла Тяньюань с землей и разослала по каторжным рудникам.
— Погодите-ка, мы же только что отметелили их местных эмиссаров, неужели у них настолько дубовая броня на голове?
— Дело не в броне. В провинции Чаншэн каждый зампред сидит на своём уделе, многие люто ненавидят друг друга, а бюрократия работает с КПД паровоза. Какое им дело до того, что ты отметелил какого-то там У Чжихао?
— Так это классический бюрократический капитализм?
— Именно. Тошнотворно до зубовного скрежета.
Хлопнув в ладоши, Учитель Чжао вернул совещание в конструктивное русло:
— Аура бедствия слишком сильна — это материализация незакрытых гештальтов усопшего божества. Коллеги, высказывайтесь, обобщу соображения.
Дюжина учителей по очереди озвучила свои выкладки. Каждый из них провёл в зоне поражения достаточно времени, чтобы составить исчерпывающий портрет аномалии.
Спустя три часа все данные были сведены воедино, пропущены через заклинание «Выделение главного» за авторством Чэнь Юя и разосланы участникам на смартфоны.
Судя по собранным фактам, бедствие пробилось через гигантскую брешь, оставленную некогда Пушкой Истребления Демонов, а местная вычислительная сеть Тяньюаня невольно ускорила процесс пробуждения объекта.
При жизни покойный Владыка явно страдал тягой к холодам, аграрным культам и архаичным традициям — отсюда и одержимость превращением Тяньюаня в филиал крестьянского рая.
Прилагался и полный перечень типов ментального загрязнения, а также таблица табу — получился солидный аналитический фолиант.
Удовлетворённо кивнув, Учитель Чжао подвёл черту:
— Что ж, этого достаточно. Мы втроём выходим наружу, передадим отчёт группе ликвидации последствий бедствий — они обязаны выслать порцию подходящих снов для зачистки скверны.
— Что за сны? — с любопытством переспросил Чэнь Юй.
— Специальные ментальные матрицы, способные нейтрализовать влияние божественной ауры. Содержимое станет понятно после того, как эксперты расшифруют наш отчёт.
— Понял, выступаем.
С поддержкой Учителя Чжао путь до периметра занял минимум времени.
Шедший впереди учитель расчищал дорогу, бронескафандр прикрывал тыл, и к исходу полудня троица добралась до пограничной полосы, вынырнув из удушливого тумана.
Заметив выживших, дежуривший у барьера Звёздный Владыка Чжугэ с облегчением выдохнул и почтительно склонил голову:
— Трое трудяг, моё почтение.