Глава 465 - Не лезь на рожон (Часть 66)
Хотя заставить врага раскошелиться было делом безумно приятным, сама по себе выплата наличных вызвала у Чэнь Юя глухое раздражение.
Присев на корточки перед униженным У Чжихао, он недовольно процедил:
— А нельзя было выдать вещами? Куда нам в Тяньюане девать ваши бумажки?
— Из-за Зональной Блокировки мы не имеем права переводить слишком много материальных ценностей.
— Тогда почему Ло Туну?
— Сейчас активирована боевая отрава, прямой перевод на ваш счет вызвал бы подозрения в исчезновении крупных сумм. Раз уж ваш подчиненный находился в провинции Чаншэн, деньги ушли ему.
— И кто придумал эту бюрократию… Ладно, проехали. Скрипя сердцем, принимаю.
Предчувствие Вспышки Интуиции всё еще зудело где-то на задворках сознания — мелкие пакостницы продолжали строить козни.
Пусть осадок остался, но на этом этапе конфликт можно было считать исчерпанным. Счета за старые обиды они выставят позже.
Подписав мирный договор, Чэнь Юй увидел, как У Чжихао с трудом поднимается с земли.
Его поразила тяжелая духовная болезнь: наспех слепленная плоть не выдерживала нагрузки распадающегося Первозданного Духа, и от одного лишь движения кожа на его теле лохмотилась, обнажая багровые мышцы.
Сейчас У Чжихао походил на заезженную до дыр игрушку или на чумную крысу, испустившую дух.
Пепельный оттенок кожи дополняли черные опухоли, что то тут, то там вздувались на его теле, лопаясь и унося последние крупицы жизни.
Даже мастер стадии Закладки Фундамента, не обретший истинного бессмертия, в конце концов поддавался тлетворному влиянию болезней ци и скатывался до такого жалкого состояния.
В нем не осталось ни слева от вчерашнего напыщенного величия — перед ними стоял дряхлый, умирающий старик.
Впрочем, Чэнь Юй не испытывал к нему ни капли жалости.
Он сам напросился.
Вперив в него холодный взгляд, Чэнь Юй бросил:
— Чего стоишь? Шагай в колесо перерождения.
— …Угу.
Бросив последний взгляд на чужую боевую машину, а затем на пустое небо, старик понял, что за этой сценой наблюдают сотни глаз.
Он втайне надеялся, что хоть кто-нибудь — хотя бы один человек — выйдет проводить его в последний путь, чтобы дорога к перерождению не казалась столь одинокой.
Но улицы оставались мертвы и пусты.
Молча глянув вдаль, он едва заметно кивнул. Жизненные силы в его теле окончательно угасли, Первозданный Дух вырвался наружу и устремился по тропе перерождения.
Боевая отрава всё ещё клубилась вокруг, и из-за угла тут же высыпали тыловые ремонтные автоматоны корпорации У, принявшись спешно зачищать следы побоища, пока их никто не заметил.
Мгновение спустя перед Чэнь Юем материализовалась голограмма солидного мужчины.
Отдав поклон восьмому типу, незнакомец заговорил подчеркнуто вежливым тоном:
— Приветствую, Чэнь Юй. Я генеральный директор корпорации У, У Поцзунь.
— Имя у тебя звучное!
— Благодарю. Как руководитель компании, мы лишь недавно узнали о самоуправстве У Чжихао — корпорация была абсолютно не в курсе его выходок. Но раз уж он занимал столь высокий пост, мы приносим искренние извинения за его безрассудство.
— И правда не знали? — прищурился Чэнь Юй.
— Чистая правда. Если Чэнь Юй сомневается, можете нанести визит с проверкой, мы окажем всемерное содействие, — без тени смущения отрапортовал У Поцзунь.
Его лицо выражало искреннюю скорбь, игра актера заслуживала Оскара, а в безупречном поведении невозможно было отыскать изъян — по крайней мере, Чэнь Юю это было не по силам.
В отличие от выжившего из ума реликта прошлого по имени У Чжихао, У Поцзунь выглядел подлинным акулой бизнеса.
Выдержав паузу, У Поцзунь продолжил:
— Положенные компенсации уже переданы вам через У Чжихао. Главный виновник понес заслуженное наказание, а мы выпустим внутренний циркуляр по всей корпорации, ужесточив идеологический контроль над командным составом, дабы впредь не допустить подобного. Кроме того, мы выплатим материальную компенсацию госпоже Ван Чуюнь за моральный ущерб. Вас устраивают такие условия?
С этими словами он глубоко поклонился Чэнь Юю, заставив того лишь удивленно присвистнуть.
Пусть Чэнь Юй и понимал, что У Поцзунь не может быть чист перед законом, но манеры этого человека подкупали.
Безоговорочное признание вины, выплата компенсаций, казнь зачинщика и забота о пострадавших — после такого уязвленной стороне просто не оставалось предлогов для продолжения войны.
Будучи главой мегакорпорации и могущественным практиком Закладки Фундамента, этот человек без колебаний согнул спину и принес извинения мальчишке — такие люди далеко пойдут.
Приняв условия и компенсацию, Чэнь Юй покинул место битвы.
А за его спиной У Поцзунь продолжал стоять в глубоком поклоне, выпрямившись лишь тогда, когда силуэт чужака окончательно растворился вдали, после чего шумно выдохнул.
Один из молодых родственников перевел озадаченный взгляд на главу корпорации и не выдержал:
— Дядя, зачем ты унижался перед этим мальчишкой?
— А что ты предлагал? Разбомбить его из тяжелых орудий? — холодно бросил У Поцзунь.
— Нет, я не то имел в виду…
— Именно это ты и имел в виду. Мы, мол, элита корпорации У, аристократия крови, как мы смеем кланяться после того, как нас избили? Поспорь, что в мыслях ты не ругал меня последними словами.
— …
Мягко потрепав племянника по макушке, У Поцзунь вздохнул:
— Вы, молодежь, вечно страдаете этим недугом. Вам кажется, что раз вы родовиты и сильны, то правила писаны не для вас. Зачем превращать дело в бойню не на жизнь, а на смерть, если конфликт можно уладить извинениями и деньгами? Что толку размазать его по стенке? Мы будем неправы по законам чести, да и Тяньюань не ограничивается одним Чэнь Юем. К тому же в этой дыре Тяньюане даже победа не принесет барышей — зачем тратить ресурсы?
— Но как же наша гордость?
— Пока действует боевая отрава, много ли кто разглядит подробности? Звёздные Владыки молчат, Старейшины молчат — значит, инцидент исчерпан. К тому же у нас намечается грандиозная заварушка.
— Э… к-какая заварушка?
Улыбнувшись, У Поцзунь похлопал парня по плечу:
— Фракция капиталистов и фракция силовиков грызутся извечно. Я принадлежу к первой, а покойный У Чжихао — к лагерю силовиков. Теперь, когда этот дурак сам загнал себя в могилу, мы сможем использовать это как трамплин для атаки. К тому же убытки от разрушенных Чэнь Юем контор как раз спишутся на сопутствующие расходы.
Парень ошеломленно хлопал глазами, а затем выдал с благоговением:
— Дядя мудр!
— Это тебе еще один урок на будущее. Издревле беда и удача идут рука об руку, дурное всегда можно обернуть во благо — всё зависит от угла зрения.
— Племянник усвоил урок.
— Вот и отлично. Возвращаемся, нам нужно действовать без промедления.
Перед тем как уйти вместе с племянником, У Поцзунь бросил прощальный взгляд туда, где скрылся Чэнь Юй.
Корпорация У поднялась на боевых искусствах, а потому здесь превыше всего ценилась личная доблесть.
Вспоминая кадры с камер наблюдения, он не мог не признать: движения Чэнь Юя были безупречны, техника боя поражала размахом и при этом несла в себе пугающую, изящную эстетику.
Владея марионеткой, он умудрился слить холодное железо и живое кунг-фу в единое целое, открыв новую страницу в управлении боевыми машинами.
— Жаль лишь, что мы стали врагами. Интересно, удастся ли нам восстановить отношения в будущем?
— Да запросто! — уверенно выпалил племянник. — Будем почаще ходить к нему драться, глядишь — в процессе мордобоя и подружимся!
— …Не лезь на рожон. Воскресать после смерти — удовольствие ниже среднего.