Глава 426 - Подарок от Звёздного Владыки (56)
Цао Чжэну исполнилось восемьнадцать. Набрав на Гаокао четыреста двадцать один балл, он считался в Тяньюане эдаким маленьким вундеркиндом, однако в провинции Чаншэн, в стенах престижного университета, его результаты едва дотягивали до унылого среднего уровня.
Всего несколько дней назад, переступив порог студенческого общежития, парни встретили друг друга звонким смехом и дружескими подколками. Но стоило одному из соседей извлечь из кармана ампулу с сияющей жидкостью и небрежно бросить вопрос, не желает ли Цао Чжэнь ширнуться разок-другой перед походом в качалку, как тот отсек предложение на корню.
— Прошу прощения, но в Тяньюане мы исповедуем естественную закалку тела. А главное — у нас нет на это денег.
Эта короткая фраза заставила соседей по комнате судорожно втянуть воздух ртами. Воцарилось гробовое молчание.
Черт возьми, да откуда нам было знать, что эти парни из Тяньюаня такие отмороженные и качаются в натураху.
Пытаясь разрядить неловкую обстановку, один из соседей нашелся с улыбкой:
— Ну тогда, может, рванем сегодня в интернет-кафе культивировать вдвоем? В заведении неподалеку есть такие пикантные секретные Иллюзии, от которых просто крышу сносит!
— Прошу прощения, но моё семя Изначального Ян еще не пролито, я не могу участвовать в подобном. Впрочем, главная причина всё же в отсутствии денег.
Атмосфера сделалась еще более зловещей и натянутой.
Последний сосед нервно кашлянул и выдал:
— Т-тогда… Давайте арендуем духовные корни в университетской комнате ци? Там можно заполучить даже корни с семьюдесятью пятью баллами годности, говорят, коэффициент поглощения духовной энергии там просто безумный.
— Прошу прощения, но мои духовные корни оцениваются в восемьдесят баллов. К тому же у меня нет денег.
Сосед яростно грохнул кулаком по столу, ткнул в Цао Чжэна пальцем и взревел:
— Это нельзя, то нельзя! Больше всего на свете я терпеть не могу таких показушников! А ну выходи, один на один!
— Прошу прощения, но по физкультуре у меня девяносто три балла.
Цао Чжэнь резким движением задрал майку, обнажив чудовищно раскаченные грудные мышцы, которые тут же начали ритмично подёргиваться под кожей.
Уставившись на бугры мышц, взращенных исключительно природным трудом, сокурсник мгновенно пересохшим ртом сглотнул вязкую слюну и проблеял:
— Слушай, братец… у меня от природы глотка лужёная, ты уж не принимай близко к сердцу.
— Пустяки, я человек рассудительный. Кстати, не пойти ли нам сегодня вместе на подработку? Я хочу поскорее вкусить прелести жизни тягловой лошади.
— Э-э, мы-то все сидим в кредитах…
— О. Прошу прощения, но в Тяньюане не очень-то жалуют кредиты.
После недолгих пикировок Цао Чжэнь с горечью осознал: кажется, он катастрофически не вписывается в этот чуждый мир.
И дело было не только в нем — все остальные выходцы из Тяньюаня испытывали глубокий дискомфорт.
Стоило им зачислиться в университет, как их прописку временно перенесли в студгородок, а прежнюю Зональную Блокировку аннулировали.
Они наивно полагали, что теперь-то смогут взглянуть на этот великий и прекрасный мир, но реальность встретила их лишь густым туманом растерянности.
В университетской столовой не было никаких дотаций: самая дешевая порция тофу с рисом стоила двадцать восемь юаней, и этот ценник едва не довел Цао Чжэна до инфаркта.
Лекции проносились с запредельной скоростью: студент не успевал моргнуть, как преподаватель переходил к следующей теме. Желаешь освежить материал в памяти? Изволь раскошелиться на личные методички профессора, иначе ты и во сне не поймешь, о чем шла речь на занятии.
Он поступил на отделение кибернетики. Для старта в этой профессии требовалась пара промышленных перчаток стоимость в тридцать семь тысяч, а последующий апгрейд мог обойтись в добрые сотни тысяч.
Духовный компьютер также числился в разряде сугубо необходимых вещей, без него мобильные приложения для промышленного черчения просто отказывались запускаться.
Разумеется, за софт внутри железки тоже приходилось платить.
Территория университета поражала воображение своими масштабами: общежития и учебные корпуса разделяли световые годы, и без транспорта добраться туда не представлялось никакой возможности.
Если же студент хотел не отставать от программы, ему приходилось докупать импланты для улучшения памяти.
Вдобавок ко всему, освоение большинства дисциплин требовало синхронных боевых искусств; без их изучения невозможно было даже переступить порог мастерства.
Прикинув необходимую сумму, Цао Чжэнь с ужасом подсчитал, что только базовые расходы на первый год обучения составят семнадцать тысяч.
Если же кто-то возжелал заполучить семена дао, ему следовало определиться с покровительством конкретного Звёздного Владыки и приступить к изучению соответствующих канонов и придворного этикета.
Разумеется, этот путь тоже требовал хрустящих банкнот.
Вырвавшись из Тяньюаня в столицу провинции Чаншэн, Цао Чжэнь почувствовал себя крошечной мышью, выброшенной в бескрайнюю дикую степь.
Вроде бы глаза разбегались от дорог, но каждый путь неизменно вел к гибели.
Остальные студенты мостили себе дорогу золотыми слитками, чтобы выстроить Великий Дао.
Иные рождались с уникальными талантами, окруженные любовью небожителей.
И лишь он, бедняга, не имел за душой ни гроша.
Даже сфера подработок кишела жесточайшей конкуренцией: первокурсникам предлагался лишь жалкий огрызок вакансий. Вкалывай до кровавого пота целый месяц, а на выходе получишь сущие гроши в две-три тысячи.
Может, мне тоже податься в кредитную кабалу?
Достав смартфон, Цао Чжэнь принялся шерстить новостные ленты о займах и с удивлением выяснил, что в условиях снятой Зональной Блокировки кредитоваться во внешнем мире — сущие пустяки.
Множество микрофинансовых организаций выдавали средства день в день, годовая ставка стартовала всего с тринадцати процентов, а расплатиться с долгом можно было за пару лет упорного труда.
Если же заемщик вдруг задерживал платеж, кредиторы клялись обходиться без жесткого взыскания, напротив — они обещали с улыбкой обсуждать гибкие графики, лишь бы несчастный клиент в конце концов закрыл долг.
Более того, привлечение по своей реферальной ссылке друга приносило приятный денежный бонус.
К тому же солидные суммы кредитования сулили приятные скидки вроде снижения процентной ставки.
Впитывая глазами рекламные слоганы, Цао Чжэнь поймал себя на мысле, что в Тяньюане они всё же жили слишком консервативно.
К тому же за спинами многих кредиторов стояли влиятельные Звёздные Владыки, а кое-где займы и вовсе выдавались при храмах — эти жулики уж точно не станут его обманывать!
Выбрав самую благопристойную на вид контору, Цао Чжэнь уже заполнил анкету и собирался кликнуть заветную кнопку согласия, как вдруг ощутил на себе чей-то тяжелый взгляд. В ту же секунду прямо перед ним материализовался небольшой свёрток.
Взглянув на отправителя, он обомлел: посылка пришла от самого Звёздного Владыки Вэньчана.
Сложив ладони в почтительном поклоне, парень от всего сердца возблагодарил божество, одновременно ощущая легкий укол разочарования.
Надо же, Звёздный Владыка Вэньчан совсем не занимается микрозаймами. Вот у него бы я с радостью перехватил деньжат.
Быстро разорвав обертку, он обнаружил внутри коробку среднего размера.
На дне лежал лик Звёздного Владыки Вэньчана с печатью храмового благословения: стоило закрепить его на одежде, как память и скорость восприятия информации должны были чуточку возрасти, облегчая муки учебы.
Там же обнаружилась горсть стандартной канцелярии — вещица недорогая, но полная искренней заботы.
А венцом посылки стал активатор Иллюзии. Если раскошелиться на Внешнее устройство проекции, эффект обещал быть потрясающим, ну а за неимением оного сойдет и динамик смартфона.
— Внешнее устройство проекции… В общаге оно вроде было, как раз вернусь и испытаю.
Бережно прижимая подарок к груди, Цао Чжэнь переступил порог комнаты. Едва за ним закрылась дверь, как веселая болтовня соседей оборвалась на полуслове.
Сокурсники с неловкими улыбками уставились на него, он ответил им таким же смущенным взглядом. Синхронно кивнув друг другу, парни разошлись по своим углам.
Для первой встречи их первое впечатление друг о друге оказалось слишком ярким.
Хотя в университетской жизни не было понятия правых и виноватых, столь явное несовпадение интересов делало неловкость неизбежной.
Виновато усмехнувшись, Цао Чжэнь извлек из рюкзака заветное Внешнее устройство проекции.
Прилепив проектор к задней панели телефона, он активировал код. Иллюзия ожила: под мощным усилением картинка заиграла красками, являя миру вложенные в неё образы.
Сперва на экране проступили очертания Тяньюаня, следом возник деловой центр города, а за ним — пять старших школ, выстроившихся в ряд. Узрев родную Старшую школу трудовой культивации, Цао Чжэнь невольно улыбнулся.
Затем загрузились городские кварталы: мощеные плиткой улицы, строящаяся Первая народная больница и Машиностроительный завод сельхозинвентаря Тяньюаня. На мгновение парлю показалось, будто он и впрямь вернулся домой.
Полюбовавшись на милый сердцу урбанистический пейзаж, Цао Чжэнь услышал первые аккорды мелодии. Легкая и бодрая музыка мгновенно вымела из головы недавнюю хандру, наполнив сердце легкостью.
А трек-то ничего, качает.