Глава 425 - Мы разные (46)
После банкротства Чжун Чжэна индекс цен скакнул до четырех.
Учитель Чжао хоть и находился на другом конце карты, но астрономические цены затронули и его.
Стоимость абсолютно всего подскочила вчетверо, любая случайная земля влетала в копеечку, и еще пара кругов сулили ему неминуемое разорение.
Единственная надежда оставалась на спасительный кредит!
В отличие от прочих игр, ссуды в «Великом капиталисте» выдавались без процентов.
Ориентируясь на объем собственных активов, игрок мог запросить у Банка Тяньюаня крупную сумму и вернуть ее через три месяца.
Стоило лишь дойти до клетки с банком, как перед игроком распахивались двери кредитного отдела.
Правда, общий объем доступных займов был ограничен: как только суммарный долг всех игроков достигав потолка, новые ссуды не выдавались вплоть до погашения хотя бы части старых долгов.
Получи он достаточную сумму да примени пару хитростей — и можно попытаться переломить ход партии, отомстив обидчикам.
Под ободряющими взглядами товарищей Учитель Чжао взял кубики и с силой швырнул их на поле.
Банк, жди меня!
Шаг за шагом приближаясь к заветной клетке, Учитель Чжао уже видел победу, что заставило Чжун Чжэна и завуча радостно заерзать на стульях.
Но в самый момент, когда он уже потянулся за управляемыми кубиками, чтобы гарантированно угодить в банк, директор Лю издал мерзкий, инфернальный смешок:
— Учитель Чжао, неужели вы всерьез думали, что я позволю вам оформить кредит?
— Что?!
— В ружье! Карта перемещения!
— Ах ты!
Сработала особая техника фабрики артефактов, и позиция Учителя Чжао мгновенно изменилась — его фигурку швырнуло прямо на смертоносную улицу.
Следом за этим директор Лю активировал карту кражи, утащив у Учителя Чжао последний оставшийся козырь — управляемые кубики. Теперь бедолаге оставалось лишь покорно встретиться лицом к лицу с кошмарным налогом в сто шестьдесят тысяч.
Посмотрев на остаток наличных и активов, Учитель Чжао понял: формально он еще дышит, но по факту уже труп.
Сидевший рядом директор Лю уже потирал ладони. Победа была так близко, что его лицо источало триумфальное сияние.
Помолчав пару секунд, Учитель Чжао с ледяным лицом бросил кубики, отдал сто шестьдесят тысяч за проход и незамедлительно обанкротился.
Доживший до финала триумфатор-директор Лю с гордым видом поднялся, сложил руки в приветственном жесте и провозгласил:
— Благодарю коллег за великодушие! Никогда бы не подумал, что и на моей улице перевернется грузовик с пряниками. Завуч, вы сражались достойно. Старший Чжун, играли великолепно. Учитель Чжао, дойти до финала — поистине выдающееся достижение!
Чэнь Юй, размышлявший в сторонке о том, не стоит ли прикрутить к финалу более яркую анимацию, решил, что в этом нет никакой нужды.
Сама по себе радость победы уже окупала всё.
К слову, директор Лю, а вы не боитесь огрести за такие фокусы?
Бегло проанализировав текущие проблемы, Чэнь Юй убедился, что критических багов в системе нет, а по мелочам Звёздный Владыка Вэньчан наверняка доработает всё сам — в конце концов, это же его собственный подарок.
Мелкие правки кода он и сам успеет внести, а потому объявил остальным:
— На этом закончим. Мне пора возвращаться к доработке, спасибо за помощь, тест окончен.
Он уже собирался отключить симуляцию и забрать проектор, как вдруг ощутил, что его намертво зафиксировали сразу три пары рук.
Завуч вцепился в полу его одежды со звериной серьезностью:
— Считаю, испытания еще не завершены. Требую продолжения банкета!
— Поддерживаю, — холодно процедил Учитель Чжао. — Впрочем, Чэнь Юй, если у тебя дела, можешь идти. Мы позже свяжемся. У меня как раз сегодня нет пар, с удовольствием продолжу тесты.
— Гав-гав! — сжав зубы, подтвердил Чжун Чжэн, вцепившись зубами в край рукава.
Раз уж троица проявила столь трогательное упорство, Чэнь Юй был вынужден уступить.
Оставив устройство внешнего проецирования на месте и перекинув копию сна на гаджет Учителя Чжао, он вернулся в собственную компанию, чтобы продолжить полировку контента.
Ровно в восемь вечера, как и договаривались, явился Звёздный Владыка Чжугэ. Он забрал подготовленный Чэнь Юем сон и с помощью единого синего талисмана отправил его наверх, Вэньчану.
Крошечный кристалл опустился в ладонь Звёздного Владыки Вэньчана, после чего рассыпался мириадами подарков и благословений, разлетевшись по адресам каждого студента, принявшего участие в молитвах.
Закончив с делами, Чэнь Юй со спокойной душой покинул офис и отправился на занятия.
Правда, по пути в аудиторию он заглянул в «Малую Кухню», дабы оценить, как у них идут дела.
Едва переступив порог, он услышал раскатистый смех. Компания вовсю чокалась кружками с пшеничным соком, бросала кости и предавалась безмятежному отдыху.
Учитель Чжао, завуч, Чжун Чжэн и марионетка-официантка увлеченно резались в партию, передавая ход и бурно реагируя на чужие удачи и провалы.
Поглазев на это безобразие пару минут, Чэнь Юй задал вопрос, который мучил его с порога:
— А где директор Лю?
На секунду в помещении воцарилась зловещая тишина, после чего Учитель Чжао с недоумением в голосе переспросил:
— Директор Лю? Какой еще директор Лю? Впервые слышу это имя.
— Именно! Здесь от века веков были только мы с завучем, откуда тут взяться какому-то директору Лю? — качнув головой, изрек Чжун Чжэн и ткнул пальцем в сторону официантки: — Гав!
Завуч бросил кубики и солидно кивнул:
— Учитель Чжао и старший Чжун абсолютно правы!
— Да-да-да! — истово закивала марионетка-официантка.
Окинув взглядом эту компанию, Чэнь Юй решил, что углубляться в дебри коллективной амнезии не стоит. Пусть так и будет.
Что тут скажешь? Некоторые тумаки никогда не бывают незаслуженными.
Директор Лю, не стоит быть столь вызывающе самодовольным.
Хотя, поразмыслив, Чэнь Юй пришел к выводу, что всё в порядке. Есть люди, которым нужно получать по шее каждые три дня — иначе они тут же норовят залезть на крышу и разобрать черепицу. Раз он сам выбрал этот путь, винить некого.
Предоставив компании разбираться с кубиками дальше, Чэнь Юй добрался до аудитории и приступил к ежедневным тренировкам.
Тем временем «Великий капиталист» в качестве дара от Звёздного Владыки Вэньчана уже рассылался всем студентам, посетившим Собрание Молитв о Благословении, став их первым памятным подарком к началу студенческой жизни.
Получение статуса студента университета уже само по себе служило доказательством незаурядных способностей.
Эти молодые люди — сливки Гаокао, образцы гармоничного развития во всех возможных дисциплинах.
Многие корпорации выплачивали студентам стипендии, отталкиваясь от престижности вуза, да и покровительствовавшие им Звёздные Владыки щедро одаривали подопечных в надежде, что те продолжат усердно трудиться и в один прекрасный день заполучат заветное семя дао.
Семьдесят сверхэлитных университетов Белокаменного Города — Байюйцзина — и прочие ведущие столичные вузы Высшей лиги, естественно, были пределом мечты любого абитуриента. Если же пробиться туда не удавалось, прекрасным выбором становились столичные университеты регионального подчинения.
В народе их именовали «университетами полуторного эшелона». Там концентрировались таланты со всей провинции, и они неизменно занимали второе место по популярности среди любителей ожесточенной конкуренции.
Именно там студент по имени ЦАО Чжэн, уроженец Тяньюаня, и начал свою учебу, поступив в Университет Чаншэн.
В нынешнем году показатели сдачи Гаокао в Тяньюане выдались на редкость успешными: хотя в верхнюю семерку десятку вузов никто не пробился, семь человек ухитрились поступить в элитные университеты первого эшелона, тридцать — в полуторный, сто двадцать один — во второй, и семьдесят девять — в третий. Общий процент поступления достиг рекордных 22% — лучший результат за всю историю.
Вот только, с энтузиазмом примчавшись в университет и отсидев три дня лекций по уставу, он столкнулся с острой проблемой.
У него с соседями по комнате категорически не нашлось общих тем для разговора.