Глава 248 - Суд продолжается
Взглянув на сообщение в телефоне, а затем на бушующий чат, Чэн Цзинь без лишних колебаний просто вырубил трансляцию.
【О, стример сбежал! Значит, всё, что было в игре «Из-под контроля» — чистая правда!】
【Я поначалу думал, что «Из-под контроля» — это просто чернуха для очернения старого комитета. Но проверил архивы и хренею: автор просто задокументировал их реальные дела!】
【Ага, я тоже в шоке...】
【Народ, да о чём вы?! Я только пришел! Чэн Цзинь что, слился?!】
【Если бы просто слился... Ему, похоже, перевалило за сотню лет!】
【...Что?! Он же утверждал, что ему двадцать! Чёрт, я полгода называла столетнего деда милым младшим братиком?! Меня сейчас вырвет!】
【Молчи, я сам его так называл, тошнота подкатывает...】
【Так, мой список подписок осквернён. А из-за чего конкретно его разоблачили?】
【Он заявился как внук бывшего председателя Тяньюаня, но по факту он и есть тот самый председатель. Вот полный список его «подвигов», добрые люди уже составили памятку.】
【Какая же он мразь!】
Стрим, задуманный как публичное бичевание Тяньюаня, превратился в площадку для разоблачения самого Чэн Цзиня.
Все эти дни игроки вдоль и поперек перерыли материалы внутри игры «Из-под контроля», пытаясь открыть истинную концовку. Мяо Цинъюй проделала титаническую работу: в документы вошли реальные газетные вырезки тех лет, мемуары жертв, личные истории репрессированных. Каждая деталь была подтверждена фактами.
И теперь зрители просто перенесли эти архивы в комментарии Чэн Цзиня. Любой, кто читал хотя бы первые три страницы, закипал от праведного гнева, плювал в адрес стримера и с омерзением отписывался.
Видя, как счетчик фанатов пробил дно и упал до семисот тысяч, Чэн Цзинь почувствовал, что ситуация окончательно выходит из-под контроля.
Найдя в поиске игру «Из-под контроля», о которой все твердили, он с изумлением обнаружил, что этот игровой сон числится в топе самых популярных новинок Сети «Лэйтэн».
Глядя на миллионный рейтинг «Из-под контроля», он с яростью вытаращился на помощника:
— Почему мне никто не сказал, что этот игровой сон настолько популярен?!
— Ты сам приказал не отвлекать тебя по пустякам и докладывать только о ключевых вещах, — холодно отозвался Ли Энь.
— Я говорил, но...
— Прими поражение, Чэн Цзинь. На этот раз мы продули, — перебил его Ли Энь, качнув головой. — Автор этого сна — явно кто-то из Тяньюаня, иначе откуда такие подробности? И судя по дате публикации, его выложили аккурат в тот день, когда ты послал Чжан Чжэньюэ с проверкой по экологии. Понимаешь? Стоило им увидеть твоего шестёрку, как они тут же раскусили твой замысел и выпустили готовую ловушку!
Слова Ли Эня заставили Чэн Цзиня оцепенеть от ужаса.
На дворе стояло жаркое лето, но ледяной пот прошиб его до костей. Стужа поднималась от пяток прямо к затылку.
«Всего один взгляд — и они уже приготовили ответный ход... Насколько же глубок их расчет?! Если это лишь то, что лежит на поверхности, то сколько ещё сетей они расставили в тени?!»
И всё же, несмотря на охвативший его ужас, Чэн Цзинь вдруг... расхохотался.
«А это становится интересным!»
Он уселся обратно в кресло и рявкнул ассистенту:
— Быстро купи мне «Из-под контроля»! Я хочу лично видеть, что это за дрянь!
Выложив 298 монет, ассистент установил сон и передал шлем боссу. Чэн Цзинь погрузился в виртуальное пространство. Спустя час он выбрался обратно — бледный как полотно, с безумной ухмылкой на губах:
— Сильно... Мать вашу, как же это сильно!
Ли Энь с отвращением посмотрел на него и заметил, что за этот час в волосах Чэн Цзиня пробилась седина.
Фанаты вознесли его — фанаты его и уничтожат. Отдача от ритуала набирала силу, и Чэн Цзинь постарел ещё на десяток лет за считанные минуты.
Но сам он, казалось, этого даже не замечал:
— Чёрт возьми! Откуда в этом захолустном Тяньюане взялся столь гениальный Мастер Снов?!
— Неужели всё так серьёзно? — нахмурился Ли Энь.
— Я из Секты Хэхуань, я знаю, о чём говорю! — выкрикнул Чэн Цзинь. — Это не просто талант, это высший пилотаж! Как, ну как они это сделали?!
Великий Мастер Снов способен манипулировать эмоциями людей, подчинять себе их мысли. И создатель «Из-под контроля» справился с этим блестяще: в процессе прохождения любой игрок подсознательно проникался ненавистью к старому комитету и вставал на сторону нового руководства.
Если бы Чэн Цзинь сыграл в это до начала трансляции, он бы ни за что не рискнул начинать Суд Сознания. Но теперь мосты были сожжены.
Он задействовал Истинных Богов Отдела Грома, уведомил инспекторов провинции Чаншэн и заложил всё имущество, чтобы нанять пиарщиков. Он поставил на карту абсолютно всё.
Он был подобен пешке, перешедшей реку: пути назад нет, только вперед! Но даже пешка способна срубить ферзя и решить исход партии!
Сделав глубокий вдох, Чэн Цзинь активировал своё семя даосского закона. Внутренние негативные эмоции и страх начали судорожно впитываться в даосский центр, консервируясь внутри. Это не спасало его — неочищенная скверна рано или поздно вырвется наружу в виде демонов сердца, но сейчас ему нужна была холодная голова.
Уставившись на Ли Эня остекленевшим, ледяным взглядом, Чэн Цзинь произнёс голосом, от которого веяло могильным холодом:
— Ли Энь, помоги мне ещё раз.
— Я всё ещё на твоей службе. Чего ты хочешь?
Переведя соратнику ещё десять тысяч монет, Чэн Цзинь спросил:
— Опиши мне Тяньюань. Каким ты его видел?
Ли Энь на мгновение задумался:
— Серым. Серые улицы, паршивый воздух, грязная вода в реке.
— А рабочие?
— Пашут без продыху. Я видел людей, обставленных флаконами с экстрактом «Рабочая скотина». Бог весть, сколько суток они не спали.
Выслушав детали, Чэн Цзинь удовлетворенно оскалился. Этого было достаточно!
Сформировав новый список обвинений, он немедленно отправил его Истинным Богам Отдела Грома. Вместе с этим он перевел солидную сумму за расширение Суда Сознания напрямую на территорию Тяньюаня, потребовав, чтобы жрец-хранитель и инспектор выступили независимыми свидетелями и показали всей провинции, в какой клоаке живут люди!
Заявка была одобрена мгновенно. Жрец-хранитель и инспектор провинции Чаншэн выдвинулись к границам Тяньюаня.
Один из них был облачён в чёрное даосское одеяние, по полу которого извивались золотые молнии, а лик скрывала тёмная маска с начертанными символами грома — типичный жрец-хранитель Отдела Грома. Второй же представлял собой подтянутого мужчину средних лет в строгом чёрном костюме — инспектор провинции Чаншэн.
Обменявшись ритуальными приветствиями, оба одновременно сотворили заклинания. Скрыв свои ауры и размыв лики, они запустили прямую трансляцию происходящего.
Едва магия заработала, жрец-хранитель пробормотал:
— А этот Чэн Цзинь упёрт. В таком положении — и всё равно жаждет суда.
— Загнанный в угол зверь драку принимает, — отозвался инспектор. — К тому же, у него есть шанс. Тяньюань только начинает подниматься, там наверняка царит разруха. Если он зацепится за нарушения, то сможет повернуть процесс в свою пользу.
— Что ж, это судьба Тяньюаня. Наше дело — лишь зафиксировать увиденное.
— Истинно так.
Скрестив руки в знаке почтения, оба шагнули через границу Тяньюаня.