Глава 220 - 第220章 Чтобы не вылететь, придется собирать фанатов
— Мяо Цинъюй, это ещё что за художества?!
В Академии Хэхуань преподавательница средних лет с короткой стрижкой с силой хлопнула по столу распечатанным альбомом. Студентка второго курса с цветными линзами в глазах и жвачкой за щекой неопределённо пожала плечами:
— Фотоальбом.
Строгая учительница сделала глубокий вдох, пытаясь подавить закипающий гнев:
— Ответь мне чётко: какова была тема практического задания?
— Снять любой тематический фотоальбом, удовлетворяющий специфические эстетические предпочтения аудитории. Вот я и сняла «Фотоальбом очков».
— Название звучит приемлемо, но объясни мне, почему на снимках одни оправы?! Где люди?!
— Я стояла за кадром и фотографировала.
— А почему ты сама не вошла в кадр?!
— Я воспитана в строгих традициях, за спасибо натуру не демонстрирую.
— При чём тут традиции и «за спасибо»?! И вообще, с такими «традициями» нечего было поступать в Секту Хэхуань! Студенты Хэхуань должны быть раскрепощёнными, яркими, привлекательными и активно демонстрировать свою красоту миру! Ответь, зачем ты вообще подала документы в наш университет?!
— Тут проходной балл низкий.
— Вон отсюда!
Выставив Мяо Цинъюй за дверь, учительница с треском захлокнула створку и уже сквозь дерево ледяным тоном добавила:
— Если твоя средняя оценка за сегодня останется ниже проходного балла, готовишься к отчислению!
Глядя на закрытую дверь, Мяо Цинъюй беспомощно вздохнула. Похоже, дело принимает скверный оборот.
Университет Хэхуань славился своими немилосердными ценами. Местным студентам приходилось учиться искусству макияжа, осваивать навыки привлечения поклонников, угодничать перед Звёздными Владыками и соответствующими жрецами-хранителями, а также копить деньги на пластические операции.
Чтобы оплачивать учебу, девушке приходилось вкалывать на трёх работах одновременно, но денег всё равно катастрофически не хватало.
Дабы помочь ей насквозь покрыть расходы, отец был вынужден использовать родовое искусство трансформации и устроиться в зоопарк. Каждый день он обращался в панду и трескал бамбук до разрыва прямой кишки, а возвращаясь домой, с улыбкой уверял дочь, что ему ни капельки не больно.
Её старший брат превращался в волка и вкалывал на фабрике каллиграфических кистей: он собственноручно выдирал у себя шерсть, чтобы делать волчьи кисти на продажу, а половину заработанного спускал на средства для восстановления волосяного покрова.
Младшая сестра училась лишь в старшей школе, но уже навострилась притворяться взрослой и подрабатывала в котокафе. Бедняжка успела плотно пересесть на кошачью мяту и каждую ночь рыдала в подушку, жалуясь на буллинг на рабочем месте.
Будучи единственной за несколько поколений семьи, кому удалось поступить в высшее учебное заведение, Мяо Цинъюй просто не имела права вылететь.
В свое время её приняли лишь потому, что их род издавна славился талантом к метаморфозам — они умели превращаться в животных, что давало дополнительное преимущество перед обычными абитуриентами Университета Хэхуань.
Однако искусство трансформации имело свои специфические направления. И её семейный профиль оказался мягко говоря... экзотическим.
Насекомые.
Когда приёмная комиссия узнала, что её специализация — жуки и муравьи, проводившего собеседование преподавателя лишили месячной премии за халатность.
Насекомые давно вышли из моды!
Нынче народ фанател от грибов!
Причём с элементами жесткого доминирования!
Кое-как дотянув до второго курса, девушка пропустила кучу предметов из-за хронической нехватки денег, а теперь и вовсе получила ультиматум об отчислении. Назад дороги не было.
Пока она судорожно соображала, как сообщить горькую весть семье, экран её телефона вспыхнул от входящих сообщений.
Папа: 【Цинъюй, со мной всё в порядке! В прошлый раз кровь шла просто от переутомления, бамбук тут ни при чём. Кстати, тебе нужны деньги? Я сегодня на акробатических трюках заработал лишнюю сотню, держи, купи себе чего-нибудь вкусного.】
Брат: 【При людях не признавайся, что я твой брат, а то подумают, что у нас в роду все плешивые, это повредит твоей карьере. Я тут понял, что шерсть на теле тоже годится для кистей, так что выработка выросла! Заработал лишние восемьдесят монет, перевёл тебе — купи фанатов. Пусть даже ботов, на них могут клюнуть настоящие.】
Сестренка: 【Сестрёнка, я правда в норме! С кошачьей мятой я завязала, не переживай. Денег в кармане хватает. Не волнуйся за тугрики, держи шестьдесят монет, купи хорошей косметики!】
Глядя на сообщения от близких, слова об отчислении застряли у неё в горле.
Вытащив телефон, Мяо Цинъюй зашла в академическую систему и принялась изучать свою успеваемость.
За культурологию и теорию заклинаний она не переживала. Пластика и искусство тоже были закрыты на «отлично».
Зато макияж — «неуд», эмоциональное обслуживание — «неуд», актерское мастерство — «неуд».
Пролистав список, Мяо Цинъюй с досадой отметила, что по этим предметам пересдач сегодня не предвидится, а значит, поднять балл быстро не выйдет.
Единственная дисциплина, где оставался шанс — «Социология и связи с общественностью». Требованием курса было набрать определенное количество подписчиков на аккредитованных платформах, причём строго без накруток.
По этому предмету у неё стоял наихудший балл, ведь для привлечения аудитории требовалось светить лицом, а у неё банально не хватало времени на ведение блогов.
Набор аудитории требовал аналитики, продвижения, поиска своей ниши и ежедневного труда.
А ведь этот предмет имел самый высокий коэффициент! В конце концов, вся программа Университета Хэхуань была заточена именно под взращивание аудитории.
Любой фанат — это потенциальная «сочная репка». Сначала ты делаешь человека поклонником, затем превращаешь его в ресурс, а потом планомерно состригаешь урожай — в этом и заключалась суть Пути Культивации Секты Хэхуань.
«Путь Небес — отнимать у имеющих излишек и отдавать нуждающимся», что на простом языке означало: сам бог велел залезть в чужой кошелёк, чтобы набить свой собственный.
Заработать признание публики непросто, но ради того, чтобы остаться в институте, придётся штурмовать именно эту дисциплину.
«Чтобы получить итоговую восьмёрку, мне нужно... восемьдесят тысяч подписчиков в Сети «Лэйтэн», сто шестьдесят тысяч в Сети «Цзюйин», двести тысяч в Сети «Чаньинь»... А с А-Станции данные больше не учитывают? А я-то думала, стримы Ван Ма ещё ничего...»
Изучив варианты, Мяо Цинъюй решила начать с Сети «Лэйтэн», которая нравилась ей больше всего.
В конце концов, там собирались такие же домоседы, не желавшие выходить на улицу и мечтавшие лишь играть в миры снов. Если вести трансляции там, можно найти свою аудиторию.
К тому же она сама любила проходить миры снов, а её духовный компьютер поддерживал трансляцию игрового процесса во внешний эфир.
Можно было транслировать процесс от третьего лица, дистанцируя себя от игрового персонажа и снижая социофобию.
Однако, зайдя на стриминговую платформу, она почувствовала, как у неё темнеет в глазах.
Конкуренция была чудовищной.
В этой нише грызлись как адепты Секты Хэхуань, так и сторонние стримеры.
Люди из кожи вон лезли, зверушки от переутомления теряли шерсть, но продолжали выдавливать из себя фальшивые улыбки перед камерами.
Многие ведущие и вовсе освоили работу на три-четыре фронта одновременно, ухитряясь выдавать по четыре разных перформанса в одном кадре.
«Одеяние жреца-хранителя, холодный образ, очки, параллельное решение уравнений высшей математики во время игры... Серьёзно?! Такое вообще возможно?!»
«Косплей зомби, длинный язык, умение писать текст мочками ушей... А вот на это я бы взглянула!»
«Закладка Фундамента, боевые заклинания, эфиры строго после полуночи... Это же нелегальная культивация, Сеть «Лэйтэн» вообще смотрит, что у них крутят?!»
Полистав ленту полчаса, Мяо Цинъюй с ужасом поняла, что в этой кровавой бане ей ничего не светит.
— Нынешние стримеры... вы серьёзно так жилы рвёте?!