Глава 102 - Умрут абсолютно все!
[Исходя из стратегических интересов и смещения приоритетов развития, Группа «Сюй», оценив торговую ценность города Тяньюань, с сожалением вынуждена признать его экономически неперспективным. В связи с этим мы понижаем торговый статус города Тяньюань с категории «Допустимо к сотрудничеству» до «Сотрудничество невозможно».]
[Группа «Сюй» выражает глубокое сожаление и выражает надежду, что руководство города Тяньюань признает свои ошибки, трезво взглянет на историю, проявит открытость и тем самым обретет новые, более качественные возможности для развития.]
В общежитии Старшей школы нравственной культивации Чэнь Юй, Учитель Чжао и остальные сидели на ковре, молча дочитывая только что вышедшее коммюнике Группы «Сюй».
Текста в нем было немного, но каждое слово разило не хуже отравленного клинка, вонзённого прямо в сердце Тяньюаня. Из-за Зональной Блокировки город и без того едва дышал: от лёгкой промышленности до тяжелого машиностроения — всё находилось на грани коллапса. Теперь же Группа «Сюй» без зазрения совести применила Торговую Блокировку, окончательно перерезав и без того куцые артерии снабжения.
Сжав виски, Чэнь Юй чувствовал, как жажда крови внутри закипает с нечеловеческой силой.
Стоило торговой блокаде вступить в силу, как абсолютно все магазины отказались принимать оплату. Его деньги превратились в фантики, которые невозможно было сбыть с рук. А пару минут назад подтянулись оценки ещё двух Звёздных Владык — и показатель позитивных эмоций махом раздулся до девятисот тысяч. Оставался всего один!
«Группа «Сюй», ну вы и твари!..»
Сидевший рядом Ма Дацян перечитал текст объявления раза три, после чего недоуменно почесал затылок:
— А что эта писулька вообще значит?
— Нас заставляют встать на колени, — с ожесточением прикусывая палец, вздохнул Чжун Чжэн. — Если перевести с чиновничьего на человеческий: «Вы, нищеброды из Тяньюаня, нас бесите, поэтому мы будем вас гнобить. Но если приползёте на коленях и поцелуете сапог — так и быть, поговрим».
— Да как такое терпеть?! — взревел Ма Дацян, потрясая кулаками. — Я пойду и переломаю кости этим ублюдкам из Группы «Сюй»! Мы-то кому дорогу перешли?!
Учитель Чжао бросил короткий взгляд на Чэнь Юя и глухо произнес:
— На восемьдесят процентов уверен, что дело в Чэнь Юе.
— При чём тут мой приёмный отец?!
— Сунь Лэй писал мне в мессенджере, — пояснил Чжао Цзыри. — Сюй Цзылун долго готовился к этому Дню Вопрошения Сердца. Он даже спустил кучу личных баллов внутри Группы «Сюй», чтобы выкупить этот шанс. Но Чэнь Юй смешал ему все карты и отобрал лавры победителя. Естественно, эта тварь затаила лютую обиду.
Осознав подлинную причину, Чэнь Юй лишь онемел от абсурдности происходящего.
Ты проиграл, потому что оказался слабее. Неужели так трудно признать поражение, вернуться домой и пахать дальше? Валить всю вину на окружающих — это же какими мозгами надо обладать?!
И пока они думали, как выкрутиться из тупика, у Чэнь Юя зазвонил телефон. На экране высветилось имя Сюй Фэна.
Едва Чэнь Юй принял вызов, как из динамика раздался взволнованный голос:
— Чэнь Юй! Я только что увидел внутреннее распоряжение концерна... На Тяньюань реально наложили Торговую Блокировку!
— Есть такое.
— Тут какое-то дикое недоразумение! Ты только не горячись, я сейчас попытаюсь всё уладить через свои каналы. Это стопроцентная ошибка!
— Вряд ли ошибка, — хмуро отозвался Чэнь Юй. — Скорее всего, за этим стоит Сюй Цзылун. Твой старший братец.
— Двадцать третий брат?.. Чёрт. Ладно, жди, я всё выясню.
Сюй Фэн не стал отключаться, оставив линию открытой. Минут через пятнадцать его голос прозвучал вновь:
— Я списал часть семейных баллов и связывался с Хранителем Предков. Это реально инициатива Сюй Цзылуна. Причём он в курсе наших с тобой отношений и знал, что я начну копать. Он велел передать тебе послание.
— Какое ещё послание?
— Переходи к нему на службу, и тогда всё спустят на тормозах. Он даже показал мне проект контракта… Честно говоря, условия очень жирные. Тебе предлагают ставку Мастера Снов первого ранга. Но есть нюанс: обязательный контракт на пятьдесят лет работы без права расторжения.
В этот момент Чэнь Юю захотелось истерически расхохотаться.
Чтобы заполучить его в рабство, этот псих не пожалел целого города и ввёл Торговую Блокировку! Откуда только берутся такие шизофреники?! Контракт, видите ли, «жирный»… Обычная кость, брошенная слуге с барского стола, чтобы тот вилял хвостом и был благодарен хозяину!
Какая мерзость!
Узнав, по какой именно причини Сюй Цзылун перекрыл кислород Тяньюаню, присутствующие в комнате застыли с такими же выражениями лиц, как у Чэнь Юя.
Полнейший аскал! И несмываемое оскорбление!
Сплоченность жителей Тяньюаня чужакам и снилась. Зажатые в тиски Зональной Блокировки, они привыкли греться телами, словно замерзающие мыши в зимней норе, помогая друг другу выжить в этой бесконечной стуже. И теперь, когда их товарища пытаются нагнуть прямо у них на глазах, спустить такое с рук было немыслимо!
Лю Цин молча поднялась с ковра. В её хрупком теле, казалось, бушевал океан спрессованного пламени, готовый вырваться наружу и сжечь всё дотла. Ма Дацян до хруста сжал кулаки. Он не произнёс ни слова, но решение вбить Сюй Цзылуна в землю замаячило в его глазах железобетонным фактом.
Вот только самым вспыльчивым среди них всегда был Учитель Чжао. Но именно он сейчас встал на пути у молодежи, перекрыв дверной проём своей могучей, подобной железной башне тушей.
— Дорогу! — процедила Лю Цин, и в её голосе зазвенела сталь. — Я староста класса! Моего одноклассника смешивают с грязью, а я должна смотреть?!
— Это мой приёмный отец! Я первый переломаю тому гаду кости! — рыкнул Ма Дацян.
Чжао Цзыри не стал вступать в дискуссии. Его пальцы мелькнули с молниеносной скоростью, точечно ужалив обоих учеников в области ушных раковин. В ту же секунду Лю Цин и Ма Дацян потеряли сознание и кулями повалились на пол.
Оттащив их в сторону, Чжао Цзыри повернулся к Чжун Чжэну:
— Я пошёл писать заявление об увольнении. Остальное на тебе.
— Учитель Чжао, не надо! Пожалуйста, не делайте этого! — Чэнь Юй схватил его за руку. — Всё началось из-за меня, мне и решать эту проблему.
Чжао Цзыри пристально всмотрелся в глаза ученика, после чего медленно кивнул:
— Хорошо. И как ты собираешься её решать? Этот Сюй Цзылун — полушаг к Заложению Основы. Ему давно пожаловали Семя Дао, но он специально тормозит культивацию, выискивая способ добиться Идеального Заложения Основы. Он хоть и не телесный культиватор, но за ним стоят вековые техники его клана. Смять его будет непросто.
— Учитель Чжао, у вас есть какая-нибудь убийственная техника? Самая мощная, самая лютая, с запредельным уровнем сложности?
— Есть. Но мы, телесники, называем такое Боевой Техникой. Подлинная Боевая Техника — это сложный комплекс связок и приёмов. Они дополняют друг друга, давая эффект, где один плюс один разительно больше двух. Правда, учить её — адский труд, да и духовную энергию она жрёт как несебя. Зато если освоишь — сможешь пустить в расход даже полушаг к Заложению Основы.
— Отлично! Это именно то, что мне нужно!
Чжао Цзыри всматривался в Чэнь Юя. За внешним спокойствием юноши пылала ледяная, абсолютная ярость и непреклонная решимость: прогнуть даосский дух перед этой тварью он не позволит даже под страхом смерти.
Настоящий Телесный Культиватор! Таким он и должен быть!
Ощутив волю ученика, Чжао Цзыри достал телефон и скинул ему файл с обучающей методикой, которую разработал лично.
Сжав плечо Чэнь Юя тяжелой ладонью, он произнёс низким, ровным голосом:
— Делай то, что считаешь нужным. Фундамент даосского духа — это отсутствие сожалений. А следующий шаг — абсолютное бесстрашие! Не жалеть о пройденном пути и не страшиться будущего! Мы, уроженцы Тяньюаня, может, и не самые богатые, зато хребет у нас из литого чугуна! Докажи этому выродку, что если он захочет поставить нас на колени, пусть сначала приготовится к тому, что ему снесут башку!
— Понял!
— Иди.
Сгребнув бессознательных Лю Цин и Ма Дацяна, Чжао Цзыри отвесил Чжун Чжэну лёгкого пинка, выставляя того за дверь.
Оказавшись в коридоре, Чжун Чжэн обеспокоенно спросил:
— Ты уверен, что Чэнь Юй справится?
— Не переживай. В плане таланта к телесной культивации я в жизни не встречал никого сильнее его.
Чжун Чжэн удивлённо уставился на учителя:
— Даже ты уступаешь?
— Даже я.
... В комнате Чэнь Юй сидел на полу, скрестив ноги. Перед ним лежал включённый смартфон.
Весть о блокаде уже разлетелась по сетям, и сообщения от знакомых сыпались одно за другим.
Ван Чуюнь: [Чэнь Юй, я сейчас в Фуцзэ, но уже мчусь в Тяньюань. Я знаю пару отличных способов, как правильно прятать трупы. Давай опробуем на практике?]
Ло Тун: [Босс, на заводе всё готово. В любой момент можем уничтожить улики.]
Очкарик: [Я в теме!]
Коротышка: [И я!]
Дылда: [Замочим суку!]
Гун Цзинь: [Не сцы, уроженцы Тяньюаня не встают на колени. Мы за твоей спиной.]
...
Перечитывая эти строки и слушая непрерывное дзиньканье поступающих системных уведомлений о позитивных эмоциях, Чэнь Юй глубоко выдохнул.
Выбора не оставалось. Придётся валить.
«Каждый, кто мешает мне тратить деньги, должен сдохнуть! А раз уж я и так труп из-за перегруза магии, то ты, мразь, сдохнешь ещё страшнее!»