Глава 400 - Негодный ученик! Позорит меня аж в самой столице!
Новость распространялась со скоростью лесного пожара. К пяти утра почти все владельцы фабрик, экспортеры и руководители логистических компаний в прибрежных провинциях уже сидели на валидоле.
Телефоны оборвали все провода, а рабочие чаты в Вайсине закипали от сообщений:
【Народ, что происходит?! Я только проснулся — а тут такое?!】
【Всё, мы пропали! Я под новые мощности только вчера кредит взял...】
【Скажите, что это фейк! Пожалуйста, пусть это окажется слухом!】
Бизнесмены, завязанные на внешние рынки, рыдали навзрыд.
Экспорт наряду с инвестициями и внутренним потреблением оставался одним из трех китов экономики. В Лунго работало свыше шестисот тысяч экспортных компаний, обеспечивавших приток более двадцати пяти триллионов юаней ежегодно. Это была не просто статья доходов — это была огромная часть жизни страны.
И теперь согласованный удар тридцати шести стран пришелся аккурат по этой главной артерии.
Обвал заказов, падение индексов, обрушение нефтяных фьючерсов, разрыв логистических цепочек…
В течение первого же месяца сотни мелких фирм, не выдержав кассового разрыва, пойдут ко дну, выбросив на улицу миллионы рабочих. Через два месяца волна докатится до смежных отраслей, повторяя сценарий кризиса 2008 года в куда более страшном масштабе. А через полгода последствия ударят по каждому дому: безработица среди молодежи, скачок цен, социальное напряжение…
В эпоху глобализации ни одна крупная держава не способна выжить в полной изоляции. Начнись хаос — и экономика Лунго рисковала откатиться на десятилетия назад.
И сейчас все взоры были устремлены на правительство. Люди ждали, какой ответ даст государство.
В одном из крупных бизнес-чатов предприниматели пытались бодриться:
【Главное — без паники! Наверху точно есть план.】
【Правильно! Мы за последние годы так поднялись, нас не бросят.】
【Да мы-то что, у руководства сейчас голова куда сильнее болит!】
【Ждём официальных новостей.】
Пока бизнес-сообщество пребывало в мандраже, в шесть утра стартовало экстренное заседание высшего руководства страны в смешанном формате — очно и по видеосвязи.
В числе участников Су Бай увидел множество знакомых лиц: Дун Саньцзинь, Сюй Шаочан, Чжао Бэйхай…
Даже его наставник, патриарх отечественной экономической мысли из Фуданьского университета Лян Цзичан, подключался по видеосвязи из Шанхая.
Очная же часть заседания проходила в столице, в зале «Пион» правительственного комплекса Цзицзиньшань. И присутствовавшие там лица обладали такими статусами, что Дун Саньцзинь на их фоне выглядел обычным рядовым исполнителем. Здесь был даже тот самый высокопоставленный руководитель, который не так давно посещал Чэнду.
Когда последний из высших чиновников занял свое место, заседание началось.
— Обстановка вам известна, — произнес один из руководителей, бросив взгляд на часы. — Застать нас врасплох у них не получилось, хотя удар оказался жестче, чем прогнозировалось.
Он паузой подчеркнул важность момента:
— До утреннего выпуска новостей остался ровно час. Миллионы граждан ждут нашего ответа. Съемочная группа уже стоит за дверью, и сразу после нашей встречи текст заявления пойдет в эфир. Представляю, каково сейчас дикторам… Ну да ладно, товарищи! Западники решили сыграть не по правилам и подняли нас среди ночи. Что ж, давайте напомним им про уважение к старшим!
Легкая ирония разрядила удушливую атмосферу в зале. Руководство страны не паниковало — аналитики давно просчитали варианты развития событий, включая текущий.
Слово взял седой аналитик в очках:
— Время. Нам критически необходимо выиграть время. «Дами Авто» задействовала План «Фитиль» на полгода раньше срока, и ответный удар Запада последовал на пять месяцев быстрее наших расчетов. Наш контрудар будет готов к запуску минимум через три месяца.
Су Бай, присутствовавший на экране в качестве «наблюдателя», при упоминании «Дами Авто» попытался вжаться в кресло. Но было поздно — десятки глаз устремились на экран, где высвечивался богатейший человек страны: в сорочке сверху и в пижамных штанах снизу.
— Я… я сейчас всё объясню! — кашлянул Су Бай. — Запуск «Фитиля» был согласован с центром! К тому же спрос был такой, что покупатели меня чуть со шкурой не съели. Так что тут не моя вина, это всё клиенты виноваты, я тут вообще ни при чём…
В зале раздались сдержанные смешки. Один из руководителей добродушно жестикулировал:
— Ладно тебе, Су Бай, успокойся. Никто тебя не винит.
Винить его действительно никто не собирался. В этой глобальной партии Су Баю отводилась роль штурмовика, выбивающего дверь. Без его дерзости ничего бы не началось.
Впрочем, руководитель тут же перевел тему:
— Раз уж мы заговорили о тебе... Су Бай, группа «Дами» готова? Не забывай, тебе выбивать дверь, но тебе же и закрывать эту историю.
Давайте взглянем на общий стратегический замысел Лунго:
Шаг первый: Су Бай провоцирует Запад, провоцируя полномасштабную экономическую войну.
Шаг второй: Государство принимает на себя основной удар тридцати шести стран и держит оборону три месяца.
Шаг третий: Лунго активирует главный калибр и сносит коалицию противника.
Шаг четвёртый: Су Бай ведет торговый флот в контратаку, и «Дами Авто» захватывает зарубежные рынки, собирая трофеи.
Шаг пятый: Лунго окончательно закрепляется в статусе сверхдержавы, открываем шампанское.
Встретившись взглядом с руководством, Су Бай отчеканил без тени смущения:
— Всё готово. За исключением одной мелочи...
— Какой?
— Денег нет.
При этих словах присутствующие лишились дара речи. Богатейший человек Лунго просит денег у государства?!
Нашшел же момент, жулик!
Один из чиновников не выдержал:
— Кхм! Су Бай, у тебя на счетах сельхоздепартамента за искусственный интеллект всё ещё лежат триста миллиардов!
— Да я помню! Но для молниеносного захвата мировых рынков трехсот миллиардов маловато будет! К тому же я иду в авангарде, дерусь с зарубежными финансовыми акулами за интересы страны. Не идти же мне на войну со своим пайком!
Экстренное заседание государственного значения на глазах превращалось в сцену выбивания бюджета главным олигархом страны.
Дун Саньцзинь, Сюй Шаочан и Чжао Бэйхай дружно уткнулись в свои блокноты, делая вид, что страшно заняты и вообще впервые видят этого парня.
А сидевший у экрана профессор Лян Цзичан закрыл лицо рукой, мгновенно покраснев до корней волос.
«Негодный ученик! Позорит меня аж в самой столице!»