Глава 94: «Злосчастный ветеран»
Вечером того же дня, проходя мимо постоялого двора в Западном Краю, Джесс решил заглянуть в военный лагерь.
По сравнению с тем, что он видел месяц назад, когда помогал Грериду с доставкой продовольствия, лагерь даже поредел. Поговаривали, часть солдат отправили в Красногорье на подмогу в борьбе с местными гноллами.
Джесс немного понаблюдал за палатками, но тот странный солдат так и не показался.
— Чего высматриваешь? — К нему подошел воин с мокрой солдатской рубашкой в руках. — Вид у тебя подозрительный. Замыслил чего?
— Мне нужен ваш командир, — ответил Джесс. — У меня есть… довольно важный отчет.
— Говори мне, — отрезал солдат. — Капитан ушел на разведку на юг. Вернется – передам.
Этот боец с голым торсом был немногим старше самого Джесса. Вид у него был суровый и честный, а в глазах читалось раздражение – видимо, он принял гостя за обычного воришку.
— Знаешь того человека, что торгует в вашем лагере всяким хламом? — Спросил Джесс.
— Знаю, — ответил тот. — Это Эгмонт. Наш самый заслуженный ветеран, он в армии дольше капитана. Был ранен, так что теперь на передовую ни ногой.
— Он говорит, что он дезертир, — заметил Джесс.
— Он сам тебе так сказал? — Солдат почесал затылок. — И что с того? Послушай, парень, если у вас вышел какой конфликт, не ищи здесь правды. Никто против него слова не скажет.
— У нас нет конфликта, — возразил Джесс. — Ты знаешь что-нибудь о его жене?
Солдат внезапно схватил Джесса за ворот и притянул к себе.
— Решил посмеяться над Эгмонтом? Ты вообще кто такой?
Джесс крепко перехватил запястье солдата. Тот поморщился – видимо, не ожидал такой силы в руках незнакомца.
— Я из Храма Волшебников. Успокойся, солдат, — сухо предупредил Джесс.
Заметив кольцо, палку за спиной и сумки на поясе, боец сразу поостыл.
— Прошу прощения, — он разжал пальцы. — Эгмонт для нас как отец. А что до жены… нет у него никакой жены. Если тебе правда интересно, то он всё это выдумал. Он ведь небось плел тебе, что в рыбацкой деревне его ждет красавица, что она прекраснее самой королевы Тарии?
Он на мгновение замолк, а потом добавил:
— Слыхал ведь легенды о морских русалках? О том, как они выпивают души? Мы думаем, с Эгмонтом это и случилось. Уж больно его россказни на это похожи. С чего вдруг тебя это заботит?
— Я изучаю миграцию мурлоков и их связи с гноллами, — пояснил Джесс. — Господин Эгмонт упомянул свою жену в той деревне, и я надеялся расспросить местных жителей о море. Но в деревне я никого не нашел, вот и решил уточнить здесь.
— Вот оно что, — кивнул солдат. — Извини еще раз. На постоялом дворе вечно находятся остряки, которые любят поглумиться над байками Эгмонта, я и подумал на тебя. А Эгмонт… Мы считаем, он потому и дрогнул на поле битвы, что его разум помутили эти русалки. Как думаете, господин маг? Вы ведь в этом поболе нашего смыслите.
— Русалки и впрямь способны одурманить своим пением, — с серьезным видом ответил Джесс. — А уж может ли солдат от этого струсить… судить не берусь. Но уверен: тот, кто попал под их чары, никогда не станет прежним.
— Я так и знал, — вздохнул солдат.
Когда молодой боец ушел, Джесс долго смотрел на огни лагеря. В этот момент из палатки вышел тот самый хромой ветеран. Он медленно побрел к навесу с ветхим оружием, что-то бормоча себе под нос, но слов было не разобрать.
Джесс понимал: шанс того, что старик стал дезертиром из-за нага, невелик. Если он встретил нага по пути в предгорья Хилсбрада, стала бы тварь преследовать его через всю Бухту Барадин до самого Западного Края?
Неужто и впрямь любовь?
Если солдат прав, и встреча случилась еще до бегства, то та наг-колдунья в деревне могла вообще не иметь к ветерану никакого отношения. В любом случае, расспрашивать старика дальше было бессмысленно. Либо его «жена» давно погибла, либо этот несчастный просто был безумцем, который по воле случая заманил Джесса в нехорошее место.
На следующее утро Джесс вернулся в Штормград. Смыв дорожную пыль в водах канала, он, прихватив с собой чешую и мешок с травами, отправился прямиком в подвал «Зарезанного Агнца».
Спал он плохо. Мысль о том, что гноллы варят какой-то яд, не давала покоя. Пусть на первый взгляд это казалось средством против мурлоков, но что если они решат отравить сам Штормград?
Учитывая восстания в Красногорье, на Перекрестке и в Крепости Западного Края, казалось, будто все гноллы Королевства Штормград решили объединиться для решающего удара.
Связан ли с этим Хоггер? Является ли он вождем всех племен?
Хоггер был великим воином, это бесспорно. Но хватит ли у него ума, чтобы сплотить разрозненные кланы против людей, как это было во времена Орочьих войн?
Кивнув Заре, Джесс прошел в задние комнаты. Глядя на тяжелую дверь, ведущую в это темное убежище, которое смело можно было назвать подземельем, он пытался вспомнить, как с этими проблемами справлялись в игре.
В Мире Варкрафта, лет через восемнадцать-двадцать, гноллы всё еще будут бесчинствовать, но так и не смогут захватить крупные поселения или всерьез пошатнуть власть короля. О массовых отравлениях там тоже не слышали. Значит ли это, что затея гноллов провалилась?
Или та лаборатория была самой обычной, и в ней просто варили лекарства для нужд племени?
Может, Джесс просто слишком много нафантазировал?
Нет, был один важнейший фактор, который нельзя сбрасывать со счетов: Ониксия.
Когда она явилась, все дестабилизирующие элементы внутри королевства были быстро прибраны к рукам и фактически оказались под ее крылом.
Возможно, угроза гноллов была устранена именно Ониксией, чтобы укрепить ее политическое влияние в Штормграде…
Конечно, всё это были лишь догадки. Может, в племенах начались раздоры, а может, что-то случилось с тем, кто стоял за спинами этих тварей.
Но сейчас угроза была вполне реальной.
В алхимической лаборатории Урсула сидела в углу с книгой. Тигель не дымил, а в воздухе витал легкий запах лекарств – сейчас здесь было куда свежее, чем в его прошлый визит.
Урсула подняла глаза.
— Ты быстро вернулся.
— Нет смысла медлить, — Джесс развязал мешок и протянул его женщине. — Посмотрите, что это за травы?
Урсула принюхалась и поморщилась.
— Трава Смерти. Видимо, долго лежала, иначе запах не был бы таким резким.