Глава 85: «Тоска ветерана»
Днем Джесс собрал вещи: сумку для трав, инструменты, сумку чернокнижника, где сидел бес и лежало зелье защиты от Тьмы. Прихватив палку вместо посоха, он отправился в путь.
Изначально он планировал поход в Западный Край ради сбора трав, ну и, если повезет, поохотиться на мурлоков. Нужно было добыть для Урсулы сведения о магии Тьмы, которую те используют.
Однако после разговора с Учителем и известия о предстоящем экзамене по орочьему языку, зелье маны отошло на второй план.
Весь следующий месяц ему предстояло грызть гранит науки, и если бы не желание попрактиковаться в магии на свежем воздухе, он бы вообще не выходил из комнаты.
Джесс привык путешествовать в компании дварфов, и теперь, когда он в одиночестве ехал на повозке каравана через Элвиннский Лес, тишина дороги казалась ему непривычной.
К вечеру они достигли Крепости Западного Края. Джесс надеялся прикупить здесь какое-нибудь подержанное оружие. К нему подошел ветеран с довольно странным выражением лица и с ходу поинтересовался, зачем парню меч. Джесс несколько раз повторил, что оружие нужно ему лишь для самообороны от диких животных, и только тогда солдат согласился что-нибудь ему продать.
Он привел Джесса к уединенной палатке, внутри которой горой было навалено всякое старье.
— Выбирай, — ветеран махнул рукой на кучу ржавчины. — Любая штука – один медный грош. Если найдешь что-то дельное, считай, тебе повезло.
Джесс долго копался в груде железа, пока не выудил более-менее приличный нож.
Ветеран, скинув куртку и оставшись с голым торсом, принялся приводить в порядок разворошенную кучу. Джесс спросил:
— А откуда всё это добро?
— Подобрали на полях, — не оборачиваясь, ответил солдат. — Кое-что списали, многое отобрали у гноллов или мурлоков. — Он повернулся и с усмешкой добавил:
— Хочешь орочий тесак? У нас есть парочка. Стоят дороже, но дрова колоть ими – самое то. Целый меч ты вряд ли поднимешь, а вот кинжал или короткий клинок – вполне. Сил у тебя должно хватить.
Тон вояки показался Джессу издевательским, и он благоразумно покачал головой.
Он вспомнил ту дубину, что была у орка-шамана в Красногорье. Вблизи она казалась толщиной с бревно, хотя в руках орка выглядела как обычная ветка. Этого воспоминания Джессу хватило, чтобы представить масштабы орочьего вооружения.
— А мурлоков здесь часто встречаете? — Поинтересовался он.
— Последние пару лет на побережье постоянно выбрасывает обломки кораблей, — пояснил солдат. — Припасы, размокшее барахло… Вся эта дрянь приманила мурлоков с запада. Раньше их на берегу и не видели, а теперь проходу не дают.
— Что за корабли?
— Военные, ясное дело. Култирасские, штормградские… Всякие. Даже орочьи посудины бывают.
— Орочьи?
— Ага, — кивнул солдат. — Мы как-то раз в патрулировании видели, как мурлоки жарили орчатину.
— Как же вы поняли, что это мясо орка?
Солдат постучал пальцем по виску:
— Орочью башку я из тысячи узнаю. Насмотрелся на них на всю жизнь вперед.
— Значит, вы видели их в бою? — Спросил Джесс. — Вы ветеран Орочьих войн?
— А ты как думал? — Усмехнулся тот. — Я не просто ветеран. Я был в числе первых, кто по приказу короля Ллейна вошел в Черные Топи. Из тех первых отрядов мало кто вернулся, но я выжил. Тогда мной двигала одна лишь ярость, я жаждал мести. Потом я пересек Бухту Барадин и вместе с Серебряной Дланью сражался при Хилсбраде.
— Должно быть, вы в высоком чине.
Едва задав вопрос, Джесс понял, что сморозил глупость. Человек, торгующий ржавым ломом в захолустной крепости, меньше всего походил на офицера.
— Нет, — спокойно признался солдат. — Потому что в Хилсбраде я стал дезертиром.
Он помолчал и продолжил:
— Но куда бежать, когда кругом орки, тролли и воргены размером с быка? Пришлось вернуться. Поскольку у меня были заслуги, а новый Штормград отчаянно нуждался в рабочих руках для ремонта, меня не казнили. Сначала был помощником на стройке, потом снова призвали в армию, в обоз. Я всю дорогу солдатом был, больше ничего и не умею.
Джесс смотрел на этого человека и не мог представить, что же такого пережил в Хилсбраде воин, сумевший уцелеть в кошмаре Черных Топей.
В той войне были и рыцари смерти, и красные драконы. Не побывав в том пекле, нельзя было с уверенностью сказать, что сохранишь рассудок до самого конца.
А этот человек рассказывал о вещах, которые должны были преследовать его в кошмарах, так обыденно, будто пересказывал чужую историю.
— Зачем тебе мурлоки? — Внезапно спросил ветеран.
— Я собираюсь на северное побережье, — ответил Джесс. — Хочу узнать, где они обычно ошиваются, чтобы избежать встречи. Куда мне лучше податься? Есть там где переночевать?
— Перейдешь мост и дуй прямо на запад, — посоветовал старый солдат. — Пройдешь миль десять, увидишь заброшенную деревню, там пусто. Недалеко от неё есть ферма – Фаблоны там живут, тыквы выращивают. А если еще пару миль на север заберешь, там будет рыбацкая деревня на четыре дома, оттуда уже море видать. Везде найдешь, где голову приклонить.
Джесс поблагодарил его и уже собрался уходить, когда ветеран окликнул его:
— Слушай, парень, ты в ту рыбацкую деревню заглянешь?
— Думаю, да.
— Моя жена оттуда родом, — сказал ветеран. — Давно я её не видел… Если будешь там, передай словечко. Скажи, что у меня всё хорошо.
— Передам, — пообещал Джесс. — А как её имя?
Солдат промолчал. Он лишь пристально посмотрел на Джесса несколько секунд, а потом развернулся и вышел через другой выход палатки.
Джесс не стал удивляться странной реакции – этот человек с самого начала показался ему не совсем в своем уме.
Конечно, он бы и рад помочь бедолаге, но как найти женщину, не зная ни её имени, ни имени её мужа? Выйдя из палатки, он поймал себя на мысли, что вся эта история отдает чем-то жутким.
Забытая деревня, мурлоки, жена, безумный ветеран… «Тень над Иннсмутом» какая-то.
В игре не было никаких зловещих рыбацких деревень, да и Лавкрафтовщиной в Западном Крае не пахло. Хотя на северном побережье и впрямь стояло несколько ветхих лачуг.
Раз ветеран сказал, что в деревне всего четыре двора, найти семью, чья дочь вышла за военного, будет не так уж сложно.
Джесс вспомнил слова солдата о мести и ярости. Возможно, его жена погибла во время войны, и именно это помутило его разум, из-за чего он и дезертировал. В таком случае, известие о том, что он жив, станет хоть каким-то утешением для её родных.
Переночевав на постоялом дворе в Западном Крае, на следующее утро он снова тронулся в путь.
О ферме Фаблона он слышал – она была и в игре. А вот про пустую деревню и рыбацкий поселок он совершенно не помнил.
Западный Край огромен, пожалуй, побольше Элвиннской области. Когда они шли сюда с Греридом, только до Холма Стражей добирались сутки, что уж говорить о Луноречье, которое было еще дальше на юг.
Судя по карте, дорога от Крепости Западного Края до Холма Стражей – это лишь малая часть пути через восточные равнины региона.
Возможно, здесь было полно мелких поселений, процветавших до открытия Темного Портала, но стертых с лица земли орочьей ордой.
К полудню Джесс проголодался. Он как раз раздумывал, не сделать ли привал, когда впереди показалась ферма.
Урожай уже собрали. Судя по сухим листьям, сваленным неподалеку, здесь было тыквенное поле. Неужели та самая ферма Фаблона?
К слову, никакого городка или деревни по пути он так и не встретил.
— Эй! Ты там! За тыквами приехал? — Донесся крик со стороны дома. — Октябрь на дворе, Праздник Урожая уже прошел!
Джесс обернулся на голос. К нему шел высокий мужчина в коричневом пиджаке.
— Я не за тыквами, господин! — Крикнул он в ответ. Приблизившись, Джесс увидел, что перед ним крепкий молодой мужчина.
— Вы господин Фаблон?
— Он самый. Редор Фаблон! Хозяин этой фермы!