Глава 545: «Как разговаривать с кентаврами»
В этот момент Джесс взглянул на стоящую рядом тауреншу и предложил:
— Пожалуй, нам стоит попробовать наладить контакт с кентаврами. Найти какой-нибудь предлог и проверить, не согласятся ли они пропустить нас напрямую.
Вереса на мгновение задумалась, а затем перевела слова Джесса Мосе. Тауренша тут же, не скрывая своего дурного характера, выдала быструю и резкую тираду.
— Она говорит, — перевела Вереса, — что так и знала: у типа вроде тебя, якшающегося с демонами, нет ни капли совести.
Джесс посмотрел на Вересу; ему показалось, что она использует слова Мосы, чтобы выразить собственное мнение.
— И что же предлагает Моса? — Спросил он.
Вереса передала вопрос. Моса некоторое время размышляла, глядя в сторону долины, а затем ответила, что согласна с идеей Грерида, но вовсе не обязательно прорываться с высоты. Можно воспользоваться сложным рельефом и шаг за шагом просочиться вглубь долины.
Она считала, что Грерид и Вереса – отличные охотники, умеющие скрывать свои следы, а сама она может принять облик большой кошки, в котором прятаться еще проще.
По ее мнению, Джесс со своими демонами вполне мог бы подождать снаружи Мародона, пока они втроем закончат проникновение и разведку.
Выслушав мнение Мосы в пересказе Вересы, Грерид тут же возмутился:
— Оставить того из нас, кто лучше всех смыслит в демонах, прохлаждаться снаружи, когда нам грозит встреча с затаившимся порождением Тьмы? При всем уважении к Мосе…
— В этом есть смысл, — Вереса снова заговорила с Мосой. Тон их беседы становился все более тяжелым, в голосах зазвучали нотки спора.
С самой их встречи в Тысяче Игл Джесс еще ни разу не видел, чтобы Моса и Вереса препирались.
Дождавшись, когда в их дискуссии наступило затишье, Джесс вставил:
— Вообще-то, я не просто болван, умеющий бормотать заклинания… Но я все же считаю, что сперва нужно попытаться договориться с кентаврами. Скрытное проникновение – это крайняя мера, наш последний козырь. Если они откажут, тогда и попробуем прокрасться. А если провалимся и тогда – будем думать дальше.
Моса сидела рядом, все еще заметно раздраженная. Даже не понимая слов, она явно чувствовала, что обсуждение уходит в нежелательное для нее русло.
— Давай лучше обсудим этот предлог, Джесс. Как заставить кентавров нас впустить? — Спросил Грерид. — Не билеты же нам у них покупать. Нам и предложить-то им в обмен нечего.
— Кто сказал, что нечего? — Возразил Джесс. — Наши мечи и магия – отличный товар. Мы представимся группой охотников на демонов. Скажем, что прослышали о бедах, которые демоны причиняют кентаврам, и предложим свою помощь. Проникнем в Священную Гробницу, решим их проблему, а взамен потребуем достойную награду.
— Ах! — Грерид кивнул. — Звучит неплохо… Но какую награду ты собираешься просить у кентавров?
— Сокровища, монеты, что угодно – всё, что они смогут дать, — ответил Джесс.
— Джесс прав, требование платы сделает нашу легенду убедительнее, — подтвердила Вереса.
— Да и сама награда важна, — добавил Джесс. — Если мы в итоге ничего не найдем, не возвращаться же с пустыми руками.
— Ладно… А что делать с языком? — Спросила Вереса. — Неизвестно, знает ли кто-то из кентавров язык тауренов или язык кал’дорай.
Она посмотрела на Мосу и со вздохом что-то спросила. Та долго молчала, прежде чем наконец нехотя пустилась в объяснения.
— Моса говорит, что среди жриц кентавров, владеющих магией ветра, из поколения в поколение передается древний язык кал’дорай. Возможно, у нас действительно есть шанс на общение.
Тут Моса произнесла фразу, явно не эльфийскую, а затем пояснила ее смысл на языке эльфов.
Вереса поблагодарила ее и принялась слово за словом повторять услышанное, стараясь зазубрить фразу. Наконец она произнесла:
— На языке кентавров это значит: «Мне нужен тот, кто говорит на языке кал’дорай».
— Раз она понимает их речь, почему бы Мосе самой не стать нашим переводчиком? — Спросил дварф.
Джесс посмотрел на него как на ребенка:
— По-твоему, кентавры станут вести беседы с тауреном?
Вереса уныло добавила:
— Думаю, Моса и сама не горит желанием общаться с кентаврами.
— Передай ей, — попросил Джесс следопыта, — что мы очень благодарны ей за то, что она привела нас сюда. Но нас мало, а их много, и в наших интересах действовать мирно. Если Моса не хочет входить в Мародон вместе с нами, я пойму. В конце концов, кентавры вряд ли пустят таурена в свое священное место. Ее присутствие только усилит их враждебность и подвергнет ее опасности.
Вереса разъяснила слова Джесса. Тауренша окинула взглядом чернокнижника, затем Грерида, и внезапно приняла облик большой кошки. Она медленно, шаг за шагом, подошла к дварфу и встала рядом.
— Это значит, она согласна идти с нами? — Уточнил Грерид.
— Разве не естественно для охотника из клана Дикий Молот иметь при себе горного льва в качестве помощника? — Улыбнулась Вереса.
— И то верно! — Грерид громко расхохотался и хлопнул Мосу по спине. Та в ответ мягко боднула его в ладонь.
— Но эти рожки… — Джесс попытался коснуться макушки большой кошки, но Моса свирепо оскалилась и отпрянула.
— Виноват… — он неловко отдернул руку. — Я имел в виду, не заметят ли кентавры подвоха из-за рогов?
— Проще простого, — Грерид снял свой шлем и нахлобучил его прямо на голову Мосе.
Удивительно, но громоздкий шлем, который был великоват даже дварфу, плотно сел на голову кошки, полностью скрыв рога.
Вереса прыснула со смеху:
— Дварф в странных доспехах ведет большую кошку в шлеме… Одна странность накладывается на другую, и в итоге всё выглядит почти нормально. Раз так, переговоры беру на себя.
— Мы с Греридом пойдем следом, скрыв лица под плащами, будто мы наемники-чужаки, — сказал Джесс. — А ты прикинешься одной из кал’дорай.
— Ты уверен? — С сомнением спросила Вереса. — Магистры говорили, что здешние кал’дорай куда крепче и выше нас.
— А кентавры великие знатоки эльфийских подвидов? — Хмыкнул Грерид. — Не забывай, что эльфы Калимдора до сих пор прячутся в тенях, мы за все время ни одного не встретили! Спорим, и кентавры их в глаза не видели. О кал’дорай Древних времен я тоже слышал легенды – на вид они точь-в-точь как вы. Посмотри на себя: длинные острые уши, светлые волосы, богатые одежды, глаза сияют магией, говоришь на эльфийском, да еще и эта ваша манерная эльфийская походка… Сойдешь за оригинал, клянусь бородой!
После этой тирады на лице Вересы отразилась такая сложная гамма эмоций, что было неясно, то ли ей согласиться, то ли немедленно начать спорить.
— В целом, так оно и есть, — подтвердил Джесс, кивнув.