Глава 527: «Магия природы»
Моса Вудмейн была тяжело ранена. Даже лечебное зелье лишь немного облегчило ее участь: при ходьбе она все равно сильно хромала.
Она привела троих спутников к скрытой маленькой пещере, не сводя бдительного, полного подозрений взгляда с двух демонов, следовавших за Джессом. С самим Джессом она по-прежнему не проронила ни слова.
Джесс понимал: не спаси он жизнь этой тауренке, она бы наверняка в тот же миг набросилась на него, посчитав таким же порождением зла, как и его слуг. Так что на дружелюбие с ее стороны рассчитывать пока не приходилось.
Зато на Грерида и Вересу она поглядывала вполне благосклонно. Хотя таурены и напоминали внешне быков, их взгляды и мимика были куда выразительнее и богаче человеческих.
Грерид, который в последнее время притих, подсел к Джессу и тихо спросил:
— Ты ведь тоже думаешь, что это невозможно?
— Что именно? — Отозвался Джесс.
— Ну, что я ей нравлюсь, — прошептал дварф, едва шевеля губами. — Я же дварф, а она… ну, она корова. Слишком уж большая разница, не находишь?
— Понятия не имею, что там на уме у тауренов. — Джесс кашлянул и, украдкой глянув на Мосу, добавил:
— Почему бы тебе самому не расспросить ее поподробнее?
— Это через эльфийку-то переводить? Ну уж нет, не хочу, чтобы она слушала подобные вещи, — пробормотал Грерид. — А то подумает еще, будто мне это важно!
Неподалеку Вереса доедала мясо василиска, добытое еще на Сверкающих Равнинах. Тауренка с любопытством принюхалась и, кажется, не прочь была попробовать кусочек.
Грерид тут же округлил глаза:
— Гляди, гляди! Джесс Сесо, проклятье, корова собралась есть мясо!
— Таурен – это не корова, что плохого в том, чтобы поесть мяса? — Возразил Джесс. — Она такая мощная, что наверняка за год съедает его побольше твоего. Не забывай, она назвалась охотницей. Разве того, кто жнет пшеницу, назовут охотником?
Грерид понимающе кивнул и пробасил вполголоса:
— Твоя правда.
— И вообще, — продолжил Джесс, — лучше уж ты ей будешь нравиться, чем нет. Эта тауренка, кажется, в любой момент готова размозжить мне голову, но к тебе она так не относится. К тому же мы в Калимдоре ненадолго. Вернемся назад – и поминай как звали, она о тебе и не вспомнит. Ты же у нас вроде как знаток женских сердец, чего вдруг расклеился, как зеленый юнец, места себе не находишь?
— Посмотрел бы я на твое спокойствие, если бы в тебя влюбился какой-нибудь джунглевый тролль или огр! — Прошипел Грерид, придвинувшись вплотную.
Джесс кашлянул, перевел взгляд на Вересу, затем снова на Грерида и признал:
— Ладно, тут я бы точно не сохранил невозмутимость. Моя вина.
— Если это тебя так тяготит, Грерид, я могу устроить так, чтобы она возненавидела тебя в одно мгновение, — подала голос Морофиэль. На ее губах играла ехидная усмешка.
Дварф хмуро воззрился на демона:
— Сдается мне, это ты за спиной что-то подстроила, фурия, привыкшая играть чужими чувствами!
— Я? — Морофиэль картинно закатила глаза. — Просто твое обаяние с легкостью преодолевает межрасовые и размерные преграды. К тому же без приказа хозяина я бы не стала…
— Шутки шутками, но даже не вздумай применять магию против этой тауренки, — предостерег ее Джесс. — Она и так нас троих терпеть не может. Мы с трудом нашли проводника, так что пусть она просто ведет нас. Не хватал еще новых бед.
— Разумеется, хозяин, я все понимаю, — ответила Морофиэль, прислонившись к плечу Джесса. — Ведь перед уходом я обещала тебе быть послушной.
Грерид искоса наблюдал за суккубом, ластившейся к Джессу, и недовольно поджал губы. Затем он посмотрел на Вересу, но та резко отвернулась.
— Эй, Вереса, вы не обсуждали, куда нам двигаться дальше? — Спросил дварф.
— Ах, да, — спохватилась Вереса. — Она сказала, что если нам нужно в северные степи, то она знает тропу, по которой можно выбраться из Тысячи Игл, минуя территорию кентавров. Путь займет дня три или четыре. Но она предупредила, что там могут патрулировать иглошкурые.
— Агама’гор, — произнес Джесс. — Это дом иглошкурых. Если идти на север, другого пути нет.
Услышав его слова, тауренка кивнула и повторила:
— Агама’гор.
Что ж, по крайней мере, лед в общении тронулся.
В этот момент Моса поднялась и обратилась к Вересе. Джесс спросил:
— Что она собирается делать?
— Будет колдовать, — ответила Вереса.
— Что колдо…
Джесс не успел договорить. Тауренка закрыла глаза и сосредоточенно зашептала заклинание.
Для Джесса эти звуки были похожи на глухое мычание, но вскоре в пещеру ворвались потоки прохладного ветра, напоенного ароматом влажной земли и трав. Этот поток подхватил сухие обрывки листвы, заставив их кружиться вокруг Мосы.
К всеобщему изумлению, сухая, крошащаяся трава в этом вихре начала на глазах наливаться соком и зеленеть.
Это не было галлюцинацией. Заэрно, стоявший рядом, тоже заметил это чудо. Он схватил Морофиэль за руку и, указывая на один из крупных листьев, прошептал:
— Что это за странная магия?!
— Магия жизни, — невозмутимо отозвалась Морофиэль.
По мере того как листья молодели, грива тауренки становилась блестящей и гладкой, а кожа разглаживалась. Когда она закончила наложение чар и открыла глаза, выглядела она куда бодрее, чем прежде.
Она осторожно коснулась раны под ребрами, нанесенной копьем: та почти полностью затянулась, лишь засохшая кровь все еще висела на шерсти.
Значит, она владеет природной исцеляющей магией?
— Это посильнее, чем у жрецов в Соборе Света, — потрясенно прошептал Грерид.
— Как-никак, жизненная сила, — Джесс похлопал по свертку дварфа. — Это как твое зелье жизни: если нужно просто залечить рану, результат куда нагляднее, чем от молитв обычного жреца.
Тауренка посмотрела на Грерида и что-то спросила на эльфийском. Вереса перевела:
— Она спрашивает, не ранен ли ты в бою.
Грерид замахал руками:
— Нет-нет, нисколько! С чего бы этим диким тварям меня ранить!
Вереса не успела и слова вставить, как Моса вновь вскинула руки. Джесс отступил в сторону, наблюдая, как Ветер Природы окутывает дварфа.
— Да не нужно меня лечить… — начал было Грерид, привалившись к стене, но, ощутив на себе действие магии, глубоко вдохнул и изумленно огляделся. — Ох… как хорошо-то. Что это за заклинание? Сон как рукой сняло!
Видя радость Грерида, Моса удовлетворенно кивнула и грузно опустилась на землю. От того, как это двухметровое существо село, вся пещера, казалось, вздрогнула.
В этот момент Джесс заметил, что у Грерида из носа потекла кровь.
— Эй, Грерид, — он указал на свой нос, подавая знак.
Дварф вытер лицо, посмотрел на испачканные пальцы и нахмурился:
— Это еще что такое?
— Ты ведь не был ранен, а она влила в тебя слишком много жизненной энергии, — пояснил Джесс. — Помнишь, как я вытягивал жизнь?
Грерид кивнул:
— Я-то думал, такие проблемы бывают только от жадных и злых чернокнижников.
— Жадных и злых… — недовольно проворчал под нос Джесс.