Глава 451: «Предупреждение Кирин-Тора»
На следующее утро Джесс проводил мать к собору, чтобы вознести молитву Свету. На площади было не протолкнуться, а у входа в церковь царило такое столпотворение, что множеству жрецов приходилось постоянно дежурить там, поддерживая порядок.
Говорили, что этот древний собор старше самого Лордерона; со стороны он напоминал колоссальную светлую каменную плиту, уходящую в небо.
Внутри было гораздо прохладнее. В коридоре у входа стоял скромно одетый, но, судя по всему, высокопоставленный епископ, который читал благословение каждому горожанину и путешественнику.
Джесс гадал, почувствует ли тот силу Тьмы внутри него, но когда настала его очередь, епископ точно так же даровал ему благословение Света, ничем не выделив из толпы.
Подойдя к рядам скамей, Джесс шепнул матери на ухо:
— Мам, я не пойду с тобой вперед.
— Почему? — Хенни удивленно обернулась. — Мы так редко здесь бываем, помолись со мной вместе…
— Здесь слишком много знакомых лиц, — Джесс виновато поджал губы. — Я стал выше, сильно похудел, да и копна волос на голове служит какой-никакой маскировкой – вряд ли кто-то признает во мне прежнего Джесса. Но если я буду стоять рядом с тобой, меня вычислят в миг.
Хенни понимающе кивнула:
— Хорошо. Тогда присядь сзади и молись со мной отсюда. Свет поймет тебя, Джесс.
— Свет всегда меня понимал, мам, — ответил он.
Хенни ушла вперед вместе с толпой. Джесс присел на свободное место, провожая взглядом мать, которая то и дело оглядывалась на него и улыбалась. Он отвечал ей тем же.
Джесс поднял голову, рассматривая бледно-синий, словно ночной небосвод, купол собора, каменные столбы со сложной резьбой и статуи воинов с мечами, взирающие на прихожан. Золотые фонари, цветные окна, сияющие на солнце так ярко, что слепило глаза…
— Добрый день, господин Сесо.
Услышав приветствие, Джесс опустил взгляд. Рядом стоял мужчина средних лет, одетый по-дворянски, однако Джесс сразу заметил на его пальцах кольца: там были и перстни Кирин-Тора, и кольцо архимага Лордерона, и другие знаки, которые он даже не узнал.
— Приветствую вас, мастер, — отозвался Джесс.
— Меня зовут Биссо Эсшард, — мужчина протянул руку. — Я член Кирин-Тора и магический советник королевской семьи Лордерона.
— Я слышал ваше имя, мастер, — Джесс поднялся и пожал ему руку.
— Слышали обо мне? — Биссо Эсшард улыбнулся. — Приятно удивлен.
Джесс действительно знал его имя, но не по этому миру, а по своей прошлой жизни.
Биссо Эсшард в будущем падет во время нашествия Плети и будет возрожден рыцарем смерти как могущественный чернокнижник нежити. Позже, когда Король-лич и Ледяной Трон будут ослаблены, он вернет себе сознание и примкнет к Отрекшимся под началом Темной Королевы Сильваны, возглавив магический квартал подземелья под Столицей Лордерона – того самого города, что назовут Подгородом.
Разумеется, и Плеть, и Отрекшиеся ценили его именно потому, что еще при жизни он был высокопоставленным членом Кирин-Тора.
— Не скрою, стоя еще там, на площади, я гадал про себя: решитесь ли вы войти в собор? Мне даже было любопытно, что произойдет, если вы переступите этот порог… — Эсшард мельком глянул на скамью. — Садитесь, господин Сесо.
Джесс кивнул и сел, Биссо Эсшард поправил одежду и пристроился рядом.
— Мне было чертовски интересно: не причинит ли Свет вам боль?
— Неужели это возможно? — Спросил Джесс.
Эсшард покачал головой:
— Знаете, даже в Кирин-Торе не чужды странным суевериям. Почти все отступники, втайне изучающие магию Тьмы, или те непростительные безумцы, что заигрывают с магией нежити… они и близко не подходят к святилищам. Поэтому я иногда наблюдаю: а что будет, если они все-таки войдут? Как отреагирует Свет?
— Но вы вошли. Совершенно спокойно, без тени страха… И Свет никак не отреагировал. Считайте, вы разрешили мой давний спор с самим собой.
— А может, вы просто исключение, — Эсшард усмехнулся. — Мне кажется, если бы у вас здесь возникли проблемы, то это со Светом было бы что-то не так.
Джесс лишь вежливо улыбнулся в ответ.
— Но я здесь не ради пустой болтовни, — улыбка медленно сползла с лица мага. — Кирин-Тор заметил вас в ту же секунду, как вы вошли в столицу, господин Сесо. Скажу прямо: нам не по душе ваше столь явное появление. Слишком многие в этом городе знают вас в лицо, и уж меньше всего вам следовало заявляться в дом четы Сесо.
— Прошу прощения, но я должен был вернуться, — сказал Джесс.
Эсшард вздохнул:
— Генерал Сильвана Ветрокрылая уже направляла посланников к вашим родителям, чтобы все объяснить. Полагаю, леди Вереса тоже говорила вам об этом. Личный визит был излишним.
— Я понимаю ваши чувства, но… поймите и положение Кирин-Тора. Убедить Альянс в том, что вы сразили владыку Безданы одним огненным метеором, было и так непросто. Слухи о том, что вы казнили этого владыку демонов магией Тьмы, разлетятся по домам вместе с солдатами, вернувшимися из Крепости Стражей, и быстро сожрут нашу официальную версию.
— Но пока вы мертвы, через несколько лет все об этом окончательно забудут. Ситуация под контролем. Нам не нужно ваше воскрешение. Даже слухи о том, что вы живы, опасны – это искра, которая подожжет те старые толки о магии Тьмы и породит страх… Вы чернокнижник и, думаю, лучше других знаете, что такое страх.
— Кирин-Тор не винит вас за импульс повидать родителей, поэтому поручил мне поговорить с вами. Возможно, архимаг Марин из-за вашей дружбы не смог выразиться достаточно ясно.
— Впрочем, и мне трудно говорить в лоб. Я лишь передаю волю совета. И, поверьте, я искренне восхищаюсь тем, что вы совершили в Крепости Стражей. Это не дежурная вежливость, я говорю от чистого сердца.
— Благодарю за предупреждение, мастер, — Джесс помолчал. — Значит, мне пора уходить?
Эсшард с сочувствием склонил голову:
— Как я и сказал, Кирин-Тор не ставит вам в вину это возвращение. Можете остаться на несколько дней, только не выходите на улицу и не привлекайте внимания. Но после этого – постарайтесь не возвращаться.
Он мельком взглянул в сторону алтаря:
— Что ж, не буду мешать вашей молитве с матерью, господин Джесс Сесо. Несмотря на всё сказанное, с возвращением в Лордерон. Надеюсь, вы хорошо проведете здесь время.
Биссо Эсшард поднялся и быстро скрылся в толпе, оставив Джесса одного на скамье. Юноша тихо вздохнул.