Глава 281: «Кто доставит хозяину больше радости»
— Гакин! Гакин?! Твою мать, ты жив еще?
Джесс изо всей силы ударил кулаком в дверь, выкрикивая имя. Но удар ушел в пустоту – дверь была не заперта и со скрипом распахнулась.
Из непроглядной тьмы комнаты Гакина пахнуло тошнотворно-сладким ароматом, сквозь который пробивалось густое зловоние нечистот и тяжелый запах крови.
Ярость Джесса мгновенно поутихла, сменившись резким приступом тошноты.
Суренна, морщась, шагнула внутрь. Она привычно нащупала кинжал за дверным косяком и, вцепившись в него обеими руками, направила в темноту. Глаза ее были широко распахнуты, она боялась даже моргнуть.
— Я использую заклинание Света, — предупредил Джесс.
Вспышка Тайной магии залила комнату ярким сиянием. Суренна невольно зажмурилась.
Взгляду Джесса предстал кошмар: стены были густо измазаны засохшей темной кровью и чем-то бурым, напоминающим экскременты. Непонятные жидкости складывались на обоях в пугающие символы, смысла которых он не знал.
Суренна не выдержала. Упершись рукой в стену, она зашлась в сухом кашле, ее рвало. Джесс лишь мельком глянул на нее и двинулся в глубь дома, в сторону спальни. Смрад здесь стал невыносимым, и к нему примешивался тот самый металлический запах крови, который Джесс ненавидел больше всего.
Он замер на пороге спальни. Магический свет скользнул внутрь, выхватывая детали, и увиденное было настолько ужасным, что Джесс на миг потерял концентрацию – сияние погасло.
В нахлынувшей темноте он прислонился к стене и зажмурился. Глупо, конечно – какая разница, закрыты глаза или нет в таком мраке, но так он чувствовал себя хоть в какой-то безопасности. Ему просто нужно было перевести дыхание.
Картина, запечатленная сознанием, была слишком тяжелой.
Собравшись с духом, он снова зажег свет и вошел.
Гакин лежал на кровати. Если этот комок плоти вообще можно было назвать Гакином.
Веки у него были срезаны, и налитые кровью глаза неотрывно смотрели в потолок. На губах застыла вымученная улыбка, а рот был доверху набит нечистотами, которые стекали по шее на грудь и простыни.
Кожи на нем не осталось – только желтый жир и багровая мускулатура. Руки и ноги были привязаны к стенам и потолку чем-то, что походило на кишки разной длины, вынутые из его собственного живота. Концы этих «веревок» были намертво прибиты гвоздями.
Его плоть внизу была вздутой и изуродованной, казалось, она никогда уже не примет прежний вид.
На стене над изголовьем кровью и нечистотами была выведена надпись на демоническом языке. Джесс узнал лишь пару знаков, но общий смысл ускользал от него. Обучение явно следовало ускорить.
Суренна, лишь мельком заглянув внутрь, разрыдалась. Колени ее подкосились, она опустилась на пол в коридоре и, закрыв лицо руками, забилась в рыданиях. Джесс и сам не хотел больше смотреть на это. Лишь по размеру тела и цвету волос можно было догадаться, что это действительно Гакин.
Неужели таков финал пути темных искусств?
Они вышли в коридор. Джесс прикрыл дверь и сделал несколько глубоких вдохов.
— Это Гакин призвал то чудовище? Это оно его так? — Сквозь плач спросила Суренна.
— А кто еще? — Ответил Джесс. — Не время горевать. Здесь нужно все зачистить, Суренна. Если сюда заявятся из Храма Волшебников, всей Гильдии Кинжалов несдобровать.
— Я сама, Джесс, — она попыталась взять себя в руки.
— Уверена? — Джесс заглянул ей в глаза. — Сможешь убрать все, что связывает нас с этим местом?
— Я знаю дела Гакина лучше тебя, — твердо сказала Суренна. — Спасибо, что помог… что убил ту тварь. Ты и так сделал достаточно, остальное предоставь мне. Я найду Эрланда… он знает, как разруливать такие ситуации.
Джесс кивнул. Пусть Суренна и не была опытной чернокнижницей, здесь она была права. А уж Эрланд в подобных грязных делах точно знал толк.
— У меня есть свои люди среди стражников, — добавила она. — Если возникнут проблемы, я дам знать.
— Если я что-то услышу в Храме Волшебников, тоже сообщу, — пообещал Джесс.
— Спасибо. И за эту ночь… — Суренна вытерла слезы и кивнула. — Я даже не знаю, что сказать.
Джесс ответил коротким кивком. Он так и не понял до конца, что она чувствовала к Гакину.
Суренна заперла дверь и скрылась в конце улицы. Выйдя из Старого квартала к каналу, Джесс не выдержал: сорвал с себя рубашку и прыгнул в ледяную черную воду.
Он ожесточенно тер кожу, пока она не начала скрипеть под пальцами, и только тогда выбрался на берег.
Дома он швырнул грязную рубашку в угол. Хоть она и не пахла тем зловонием, он больше не хотел ее видеть – завтра же сожжет и купит новую.
Морофиэль подняла рубашку, принюхалась и посмотрела на хозяина.
— Где вы были, господин?
Джесс посмотрел на нее, и перед глазами снова всплыла морда убитого им монстра.
— Не твое дело!
— Вот как? Не мое? — Морофиэль сделала шаг к нему.
От ее сладкого аромата его едва не вывернуло. Он невольно поморщился, снова вспомнив Гакина.
— Дай мне прийти в себя.
— Что такое? Вы встретили других сестер? Они знают лучше меня, как доставить вам удовольствие, и я вам наскучила? — Допытывалась суккуб.
Джесс вдруг насторожился.
Он схватил ее за запястье:
— Что ты сказала? Сестер?
— Вы же знаете лучше меня, — проворчала Морофиэль. — Вы ходили к другим Саяадам… и даже не знаете, сколько их было?
— Я видел только одну, — отрезал Джесс. — Я пронзил ей сердце. Ты хочешь сказать, была еще одна?
— Я чую запах двоих, — ответила Морофиэль.
— Проклятье, за мной!
Джесс накинул мантию, подхватил посох и во всю прыть помчался обратно к жилищу Гакина. Он дернул запертую дверь, а Морофиэль, стоя в тени коридора, заметила:
— Другой, похоже, сбежал еще до вашего первого прихода. Его след уже почти выветрился!
— Значит, Гакин призвал сразу двоих суккубов, — подытожил Джесс.
Морофиэль втянула носом воздух и цыкнула:
— Похоже, господин Гакин получил то, чего желал.
— Хочешь сказать, он это заслужил?
— Я не это имела в виду, хозяин.
— Его убили за то, что он призвал вторую? Из зависти?
— Возможно, — пожала плечами Морофиэль. — Но мне кажется, это больше походило на соревнование.
Джесс нахмурился:
— Какое еще соревнование?
— Кто из них сделает хозяина счастливее, — с улыбкой ответила Морофиэль.
— Кучка гребаных маньяков.
Джесс выругался, но, вспомнив слова умирающей демоницы, вынужден был признать, что в логике Морофиэль что-то есть.
— Ладно, теперь другая проблема. Ты ведь у нас охотница на демонов? Где она?
— Где «он», — поправила Морофиэль. — Второй – самец.
— И он все еще в городе?
— Не уверена.
— Мы должны его найти и прикончить, — заявил Джесс. — Прямо сегодня, иначе я не усну.