Глава 2: «Представления приезжего работяги о красных драконах»
Около десяти часов утра солнце еще не успело толком подняться, а канал уже кишел лодками, груженными камнем и деревом. Рабочие укрепляли набережную, и Джесс проскочил мимо них по временным деревянным мосткам.
Впереди лежал Квартал Магов. Этот район на юго-западе Штормграда сохранился лучше прочих, если не считать Квартала Дварфов и Восточного квартала. Еще издалека можно было заметить Храм Волшебников – то самое место, где в игре располагались порталы города.
Шпили башен, возвышаясь над кронами деревьев и карнизами домов, уходили высоко в небо. Они перекликались с макушкой Собора Света, который все еще достраивали на севере, и с башнями Крепости Штормграда, где на стороне доков расположилась королевская семья.
Среди горожан ходили слухи, будто Квартал Магов уцелел лишь потому, что маги наложили на него бесчисленное множество жутких проклятий и магических ловушек. Якобы именно это помешало оркам и ограм ворваться внутрь, чтобы все разграбить и сжечь.
Джесс, однако, смотрел на вещи иначе. Обладай те маги силой, достаточной для возведения барьера против легионов огров, Штормград вряд ли бы пал.
Вождя племени огров, захватившего город, звали Чо’Галл. Он вовсе не был тем диким чудовищем, какими обычно представляют его сородичей. Еще на Дреноре он проявил свой ум, овладев магией и даже способностью предвидеть будущее.
Такой мудрец среди огров ни за что не упустил бы сокровищницу, полную исторических знаний и артефактов. Наверняка это он отдал приказ сохранить здесь все в целости, благодаря чему район и уцелел.
Привычно лавируя в тени деревьев и по укрытым карнизами переулкам, Джесс миновал несколько старинных лавок и жилых домов. Вскоре перед ним открылась поляна перед винтовой лестницей, ведущей прямиком в Храм Волшебников.
В воздухе стоял запах сырой земли и аромат бумаги. Тяжелая, влажная погода лишь подчеркивала царившую здесь академическую атмосферу.
Пока он шел, молодые люди в фиолетовых и синих мантиях то и дело бросали на него косые взгляды. Джесс посмотрел на свою одежду: обычная льняная рубашка и брюки с подвернутыми штанинами – ни дать ни взять рабочий с ремонта моста. В месте, столь пропитанном духом учености, он и впрямь выглядел чужаком.
Впрочем, неловкости он не чувствовал. Неужели все здесь при первом же визите были разодеты в шелка и прижимали к груди фолианты с рунами и магическими формулами?
Расспросив нескольких учеников, читавших у дороги, Джесс узнал, где живет Иден Марин. Однако добравшись до места, он обнаружил у дверей еще нескольких юношей примерно своего возраста.
Все они были одеты прилично, выглядели начитанными и, судя по всему, тяжелее пера ничего в жизни не держали.
Сам же Джесс, долго работавший в Квартале Торговцев и у Соборной площади, а порой и выбиравшийся в Элвиннский Лес, заметно выделялся. Даже в этом влажном районе его кожа покраснела от солнца, а мозоли на ладонях были куда грубее.
К тому же он был поджарым – в двадцать первом веке такая фигура считалась бы завидной, но здесь на нее смотрели без особого почтения.
Обычно в магических школах учились дети из обеспеченных семей, не знавшие нужды. Обучение магии – процесс долгий, быстрых плодов он не приносит, и простые семьи предпочитали обучать детей ремеслам, которые дают верный заработок.
К тому же на большинство магических организаций Альянса влияли связи и инвестиции дворян и торговцев. Обычному человеку пробиться туда было непросто, и Джесс в полной мере ощутил это еще в Лордероне.
В детстве он мечтал стать учеником в Королевской академии Тайной магии в Столице Лордерона, и родители были готовы его поддержать. Но само название заведения намекало, что оно не для таких маленьких людей, как он. Джессу раз за разом указывали на дверь.
Что же до Даларана, города магов на южном берегу озера Лордамир… Хоть там и принимали всех людей и эльфов, тянувшихся к магии, к моменту его совершеннолетия Темный Портал уже открылся.
Поползли слухи, что корабли орков подошли к предгорьям Хилсбрада, а их авангарды просочились в густые леса к югу от Даларана.
Отца призвали, матери нужно было присматривать за фермой. Если бы десятилетний ребенок в одиночку пустился в путь через весь Серебряный Бор из Тирисфальских Лесов в Даларан, ему бы и трех голов не хватило, чтобы их срубили.
Когда война стихла, ему было уже почти восемнадцать.
Подойдя к дому мастера Марина, Джесс уловил за дверью приглушенные голоса. Он попытался прислушаться, чтобы подготовиться к разговору, но ничего не разобрал.
Деревянная дверь внезапно распахнулась, заставив Джесса вздрогнуть. На пороге показался молодой человек. Лицо его выражало разочарование – видимо, собеседование прошло не слишком удачно.
— Следующий, — раздался изнутри низкий мужской голос.
Джесс оглянулся на остальных. Те сверлили его взглядами, но на зов Марина никто не откликнулся.
— Ну, есть там кто?
— Есть, господин Марин, — отозвался Джесс, глядя на струсивших конкурентов. Он повернулся и зашел в дом, плотно прикрыв за собой дверь.
— Прошу называть меня «мастер Марин».
Иден Марин поднял голову. На вид ему было лет сорок-пятьдесят. На его голове с копной серо-бурых волос уже наметилась плешь, а окладистая борода спускалась до самой груди, придавая ему несколько неопрятный вид.
— Да, мастер Марин, — почтительно произнес Джесс и уселся на стоявший рядом табурет.
Маг мазнул по нему взглядом, покрутил в пальцах длинное перо грифона и спросил:
— Как твое имя?
— Джесс Сесо.
— Не слышал такой фамилии.
— Я приезжий, из Лордерона.
— Но акцент у тебя не как у жителей столицы Менетилов.
— Моя мать родом из Брилла, я почти все время жил с ней.
— Из какого городка?
— Из Брилла. Это на севере Лордерона.
— Ах… Брилл, Брилл… Твое произношение режет мне слух. Я знаю Брилл, прелестное место. Здание в центре города, похожее на маленькую церковь, производит сильное впечатление.
Джесс видел, что Идену Марину глубоко плевать и на ратушу-церковь, и на красоты Брилла. Эти слова были лишь данью привычной вежливости.
— Какую школу ты окончил? Академию Тайной магии в столице или университет Стратхольма? Бывал ли ты в Даларане?
— Я… — Джесс прокашлялся. — Я учился только в церковной школе в Лордероне.
— Вот как.
Марин отложил перо, сцепил пальцы в замок на столе и уставился на Джесса. Тот хорошо знал этот взгляд – дело пахло провалом.
— И почему же ты решил податься ко мне в помощники? Ты не совсем подходишь под мои требования.
— Ради денег, — честно ответил Джесс.
— Какая искренность, Се… — Марин заглянул в свои записи. — Господин Сесо.
— …И все же я бы предпочел видеть на этом месте человека с хотя бы базовыми познаниями. Так нам было бы проще понимать друг друга, ведь работа у меня предполагает… скажем так, деликатные ситуации. Я вовсе не принижаю твой опыт, ты наверняка приложил немало сил для восстановления Штормграда, за что я выражаю тебе глубочайшее почтение.
— Можете задать мне пару вопросов, мастер, — предложил Джесс. — Уверен, я справлюсь с этой работой.
— Что ж, — маг скользнул взглядом по книжному шкафу неподалеку. — Расскажи-ка мне о Кирин-Торе. Ты ведь знаешь, что это такое?
— С какой стороны подойти?
— С любой. Просто раскрой мне само понятие «Кирин-Тор».
С этими словами Иден Марин откинулся на спинку кресла, явно приготовившись к забавному зрелищу.
— Понял, — Джесс глубоко вдохнул. — Кирин-Тор – это совет магов Даларана под управлением Совета Шести. Это одно из могущественнейших сообществ волшебников в мире. Исторически Кирин-Тор старался держаться в стороне от обычной политики, но позже стал правящим органом Даларана. Кирин-Тор поддерживает дружественный союз с Луносветом в Квель’Таласе уже более двух тысяч лет. В Совете Шести даже были эльфы, например принц Кель’тас, вождь эльфов крови…
— Погоди-ка.
Марин бесцеремонно прервал его тираду. Он нахмурился, о чем-то размышляя.
— Принц Кель’тас больше не входит в Совет Шести? Когда это случилось? И что еще за «эльфы крови»? Ты, верно, хотел сказать «син’дорай»? «Син» на талассийском действительно означает кровь, родословную. «Син’дорай» – это «дети благородной крови», хотя, конечно, можно перевести и как «эльфы крови», но так понимать не принято. Право слово, не знаю, в трудах какого переводчика ты вычитал подобное…
Джесс понял, что сболтнул лишнего о событиях, которые еще не наступили. К счастью, старый маг сам нашел для себя объяснение.
— И кстати, неужели Кирин-Тору уже две тысячи лет? Я и не думал, что он возник одновременно с основанием Даларана. — Марин поднялся, подошел к шкафу и вытянул книгу в фиолетовом переплете с символом Ока. Полистав ее, он пробормотал:
— Хм… Действительно, Кирин-Тор сформировался еще на заре становления города.
Он кивнул, потряхивая книгой:
— Ты читал это? «История Кирин-Тора и Даларана»?
— Доводилось кое-что видеть, — твердо ответил Джесс, хотя слышал об этой книге впервые.
Марин вернул фолиант на место, кашлянул и сел за стол. Помолчав немного, он задал новый вопрос:
— Поговорим о драконах. О драконах вообще, они меня крайне занимают. Как по-твоему, они существуют на самом деле? Или это просто байки, которые орки распускают для устрашения армии Альянса?
— Драконы, несомненно, существуют, — сказал Джесс. — Многие рассказывали, как красный дракон жег и грабил поселения вдоль побережья предгорий Хилсбрада.
— Ты ведь из Лордерона, верно? Видел их своими глазами? — Спросил Марин. — Ты пришел сюда с беженцами из Штормграда?
Джесс ответил:
— Сам не видел. Только обгоревшие остатки судов.
— Красные драконы злы и полны фанатизма, — Марин кивнул. — Лучше с ними не встречаться.
Джесс, как человек, знающий историю этого мира, прекрасно понимал: красные драконы хоть и были грозными магическими зверями, но по сути своей являлись хранителями жизни. А их королева, Алекстраза, и вовсе была защитницей всего живого в Азероте.
Гордые драконы стали рабами и верховыми животными орков лишь потому, что Алекстраза попала в плен. Орки использовали Душу Демона – древний злой артефакт, поработивший силу Аспекта Дракона.
Терзая королеву болью, они заставляли ее подданных сражаться на своей стороне. И по сей день Королева Красных Драконов томится под гнетом этого артефакта в глубинах болот на востоке, в проклятом заброшенном дварфском городе Грим Батол.
Джесс все это знал, но не понимал, к чему клонит Марин. Действительно ли он верит в злобу драконов или прощупывает почву, проверяя его знания?
— Э-э, мастер…
Джесс заговорил осторожно. Глаза Марина чуть расширились, губы приоткрылись в ожидании. Это подтвердило догадку Джесса.
— Похоже, у красных драконов есть иные причины воевать за Орду. Ведь до открытия Темного Портала почти не было случаев, чтобы они нападали на людей или города эльфов… Большую часть времени они жили в уединении.
— И с чем же, господин Сесо, по-вашему, связано их неистовство? — Марин подался вперед. В его голосе чувствовалось возбуждение.
О Душе Демона не должен был знать обычный горожанин. Даже многие элитные маги Кирин-Тора считали ее лишь древней легендой.
Джесс понимал: выдавать столь опасные знания нельзя. Он просто покачал головой.
Маг что-то пометил в блокноте и сказал:
— Благодарю за визит, господин Сесо. Мы засиделись, на этом, пожалуй, все.
Выйдя за порог дома Идена Марина, Джесс почувствовал легкое головокружение.
Расскажи он магу все, что знает о драконах, место помощника было бы у него в кармане. Но риск был слишком велик: обладать такими знаниями в его возрасте и статусе было просто невозможно.
Будь это обычный друг или прохожий – полбеды. Поверили бы, что это деревенские слухи. Но перед ним был маг.
Джесс с облегчением выдохнул. Сейчас не время высовываться. Если кто прознает, что он может предвидеть будущее, добром это не кончится.
При этой мысли он даже заволновался: не появятся ли рядом бронзовые драконы, охраняющие время, чтобы прихлопнуть его какой-нибудь магией за нарушение порядка.
Убедившись, что временная катастрофа не наступила, он еще побродил по Кварталу Магов. Сады и тишина немного успокоили его.
Что до собеседования – о плате за работу не заикнулись, содержание обязанностей не обсуждали, о способностях почти не спрашивали. Скорее всего, пролет.
Нужно просто смириться и не желать того, что тебе не принадлежит.
Раз уж он здесь, стоит поискать работу в другом месте. Если рассылать резюме повсюду, удача улыбнется. Согласен даже на почасовую оплату – сейчас не до капризов.
В двух ателье, едва узнав, что он пришел не за покупками, а за работой, его тут же выставили вон. Хозяин одного из них, сам беженец из Далона, оказался даже хуже Дункана – никакого сочувствия к сородичу.
И тут в одном из переулков его внимание привлекла вывеска таверны.
«Зарезанный Агнец».